flib../b/508250 - Сверхъестественный разум - Диспенза
///
После преодоления высоты более чем 4500 метров над уровнем моря я оказался точно на том месте, где за восемь веков до меня стоял перед своими учениками Миларепа. Приблизив лицо к стене пещеры до нескольких дюймов, я пристально всматривался в неразрешимую загадку, которую современные ученые не могли ни объяснить, ни повторить. Именно в этом месте Миларепа впервые прислонил ладонь к скале на высоте плеча и продолжил вдавливать руку в стену перед собой, словно камня и не было! Когда он так сделал, скала под его ладонями сделалась мягкой и упругой, поддающейся его нажатию. В результате в скале сохранился идеальный отпечаток руки йогина, оставленный для свидетельства его ученикам и всем людям, которые придут сюда столетия спустя. Обводя фонариками стены и потолок пещеры, мы увидели еще несколько отпечатков ладоней, ясно говоривших о том, что Миларепа показывал свое умение не раз.
///
Грегг Брейден, автор книг-бестселлеров «Нью-Йорк Таймс» «Человек по определению» и «Божественная матрица»
vs///
После преодоления высоты более чем 4500 метров над уровнем моря я оказался точно на том месте, где за восемь веков до меня стоял перед своими учениками Миларепа. Приблизив лицо к стене пещеры до нескольких дюймов, я пристально всматривался в неразрешимую загадку, которую современные ученые не могли ни объяснить, ни повторить. Именно в этом месте Миларепа впервые прислонил ладонь к скале на высоте плеча и продолжил вдавливать руку в стену перед собой, словно камня и не было! Когда он так сделал, скала под его ладонями сделалась мягкой и упругой, поддающейся его нажатию. В результате в скале сохранился идеальный отпечаток руки йогина, оставленный для свидетельства его ученикам и всем людям, которые придут сюда столетия спустя. Обводя фонариками стены и потолок пещеры, мы увидели еще несколько отпечатков ладоней, ясно говоривших о том, что Миларепа показывал свое умение не раз.
///
Грегг Брейден, автор книг-бестселлеров «Нью-Йорк Таймс» «Человек по определению» и «Божественная матрица»
Цитата:
flib../b/606657 - Коды сознания. 1152K - Грег Брейден
Чудо в камне
В IX веке нашей эры великий тибетский йог Миларепа уединился в пещере, чтобы стать хозяином своего тела, — путь, которым он шел до самой своей смерти в возрасте восьмидесяти четырех лет. До этого Миларепа уже достиг многих, на первый взгляд, чудесных йогических способностей, таких, например, как умение использовать «психическое тепло» для согревания своего тела среди суровой тибетской зимы.
Непереносимые страдания, вызванные потерей своей семьи и друзей, погибших от рук наемных убийц, заставили Миларепу направить все свои мистические способности на дело возмездия. Предаваясь мести, он убил очень многих, но однажды понял, что данный ему дар психических способностей употребляет не по назначению. Дабы обрести исцеление души, Миларепа уединился в пещере. В своем убогом жилище, являвшем собой резкий контраст с тем материальным изобилием, среди которого протекала его жизнь ранее, он вскоре осознал, что более не нуждается в контактах с внешним миром, и стал отшельником.
После того как у него кончились запасы пищи, Миларепа стал жить, питаясь крапивой, росшей рядом с его пещерой. Без калорийной пищи, без одежды, в совершенном одиночестве, посреди которого ничто не отвлекало его от внутренней сосредоточенности, — короче говоря, практически без ничего Миларепа прожил многие годы. Единственным человеком, с которым он вступил в общение за все эти годы, был паломник, который случайно наткнулся на его пещеру и нашел в ней временное убежище. Описания людей, которым случалось столкнуться с тибетским отшельником Миларепой в эти годы, производят поистине пугающее впечатление.
Одежда, в которой он удалился в свое отшельничество, износилась так, что представляла собой жалкие клочья, едва прикрывавшие его тело. Из-за отсутствия пищи Миларепа высох так, что являл собой живой скелет. Он оброс длинными волосами, которые, как и его кожа, были тускло-зеленоватого цвета, словно из-за переизбытка хлорофилла. Короче говоря, Миларепа был подобен живому призраку! Однако крайние лишения, на которые он себя обрек, все же привели его к цели — совершенному йогическому мастерству. Перед смертью, нас тупившей в 1135 году, Миларепа оставил доказательство достигнутой им свободы от физического мира в виде чуда, которое, как сказали бы современные ученые, просто невозможно.
Во время паломничества в Тибет весной 1998 года я специально выбрал маршрут, ведущий к пещере Миларепы и тому чуду, которое он сотворил. Я хотел увидеть место, где святой отшельник нарушил законы физики и тем самым ниспроверг ограничивающие людей убеждения.
В конце концов, через девяносто дней после начала этого путешествия, я оказался в пещере великого йога и встал на том самом месте, где когда-то, почти 800 лет назад, стоял он. Приблизив лицо к стене пещеры, так что между стеной и моими глазами оставалось всего лишь несколько дюймов, не более, я не отрываясь взирал на то чудо, которое когда-то сотворил Миларепа.
Попасть в пещеру Миларепы можно, лишь заранее зная, где она расположена. Это не то место, на которое можно запросто наткнуться во время праздной поездки по Тибету. Я впервые услышал о Миларепе от мистика-сикха, который был моим учителем по йоге в 1980-х годах. Многие годы я изучал тайну, окружавшую этого великого йога, отрекшегося от всех мирских благ, его путь через священное плато Центрального Тибета и те откровения, которые открылись ему как истинному мистику. И все это в конце концов привело меня в его пещеру.
Я с удивлением глядел на гладкие черные стены, обступавшие меня отовсюду, и представлял, каково это — жить столько лет в таком холодном, темном и удаленном от всего живого месте. Хотя Миларепа, пока был отшельником, жил в двадцати различных уединенных местах, эта пещера отличается от всех других тем, что именно здесь он встретился с чела — учеником.
В доказательство своего Логического мастерства Миларепа показывал два удивительных «фокуса», которые не повторит ни один скептик. Первый его «фокус» состоял в том, что он вращал рукой с такой умопомрачительной скоростью и силой, что создавал звуковую «ударную волну», которая, отражаясь от стен, порождала в свою очередь волны звуковых реверберации, наполнявших все пространство пещеры. (Я тоже пробовал проделать нечто подобное, но безуспешно.) Для того же, чтобы увидеть второй «фокус», я ждал почти пятнадцать лет, проехал полмира и в течение девятнадцати дней акклиматизировался к высокогорью.
Чтобы продемонстрировать свое мастерство над ограничениями физического мира, Миларепа приложил ладонь к поверхности стены примерно на уровне плеча и затем медленно протолкнул руку в толщу стены так, словно этой стены не существовало! Камень стены под его ладонью стал мягким и податливым, и ладонь оставила в нем глубокий отпечаток. Когда ученик, лично присутствовавший при этом, попытался повторить номер учителя, то, как свидетельствуют летописцы, единственное, чего он добился, — вывихнул себе руку.
Поместив свою ладонь в отпечаток, оставленный рукой Миларепы, я ощутил, как мои пальцы точно легли во вмятины, сделанные в стене его пальцами примерно восемьсот лет тому назад, и испытал чувство, в котором смешивались трепет и вдохновение. Совпадение моей руки с отпечатком руки Миларепы было настолько идеальным, что всякое сомнение по поводу его подлинности быстро улетучилось. Я хотел знать, что происходило с ним, когда он сливался с камнем. О чем он думал? Что чувствовал? Каким образом ему удалось обойти физические «законы», гласящие, что два «объекта» (его ладонь и скала) не могут одновременно занимать одно и то же место?
Предваряя мой вопрос, наш тибетский переводчик Сьин-ла (не настоящее имя) ответил еще до того, как я успел открыть рот.
— У него есть вера, — сказал он сухим, будничным голосом.— Геши (великий учитель) убежден, что он и скала неотделимы друг от друга. — Я удивился тому, что наш гид, живущий в XX веке, говорит о йоге, жившем восемьсот лет назад, в настоящем времени, словно тот находится в пещере вместе с нами. — Медитация учит его, что он часть скалы. Для геши эта стена пещеры не стена, и он может двигаться свободно, словно никаких стен нет.
— Он оставил этот след, чтобы продемонстрировать свое мастерство самому себе? — спросил я.
— Нет, — сказал Сьин-ла. — Геши не нужно доказывать себя самому себе. Он жил в этом месте много лет, но мы видим только один отпечаток.
Я огляделся, ища другие следы в этой узкой пещере. Гид прав, я ничего не увидел.
— Рука в скале не для геши, — продолжал гид. — Она для ученика.
Вполне логично. Когда ученик Миларепы увидел, как его учитель делает нечто попросту невозможное с точки зрения традиционных убеждений, это помогло ему переступить через свою веру в то, что возможно, а что нет. Он увидел мастерство учителя воочию. И поскольку он увидел это чудо лично, полученный им личный опыт тут же передал его уму послание о том, что он как человек неограничен и не связан известными в то время «законами» реальности.
Узрев это чудо, ученик Миларепы оказался перед той же дилеммой, перед которой оказывается всякий, кто решает освободиться от ограничивающих рамок своих убеждений. Ему пришлось примирить собственный опыт увиденного им чуда с убеждениями, присущими окружающим, с «законами», которые, как они считали, описывают устройство и работу Вселенной.
Эта дилемма такова: окружение — члены семьи, друзья и другие люди, с которыми ученик общается каждый день, — вынуждает его признать определенный взгляд на мир, в том числе и веру в то, что скала, образующая стену в пещере, является непреодолимым барьером для человеческого тела. С другой стороны, ученику показали, что есть исключения из этих «законов». Ирония в том, что оба взгляда на мир абсолютно правильны. Просто все зависит от того, что человек предпочитает думать о мире в данный момент времени. Я спросил себя: «Могло ли такое случиться в нашей жизни сегодня?» Сколь бы неестественно ни звучал этот вопрос в свете современных научных знаний и технических достижений, современные передовые ученые, используя уже не Логические чудеса, а язык квантовой физики, сходятся на том, что Вселенная есть то, что она есть в силу наших убеждений и нашего восприятия реальности этого мира. Интересно, что чем лучше мы понимаем взаимосвязь между внутренним опытом и внешним миром, тем менее притянутым за уши кажется это утверждение.
Рассказ о Миларепе и его жизни в пещере служит ярким примером пути человека в поисках понимания своей связи с миром. Однако нам, чтобы познать ту же истину, уже не нужно затворяться в пещере и есть крапиву, пока мы не позеленеем! Научные открытия последних ста пятидесяти лет со всей очевидностью показывают, что между сознанием, реальностью и верой, или убеждением, существует прямая связь.
Вопрос лишь в том, хотим ли мы признать эту связь и ту ответственность, которую накладывает на нас осмысленное использование ее в жизни? Как именно мы ответим на этот вопрос, покажет близкое будущее.
Мы знаем, что есть вещи, о которых мы ничего не знаем
На пресс-конференции, состоявшейся в июне 2002 года в штаб-квартире НАТО в Брюсселе, тогдашний Госсекретарь министерства обороны США Дональд Рамсфельд, описывая ситуацию со сбором разведданных и информации после теракта 9 сентября 2001 года, произнес мудреные слова, сразу же ставшие притчей во языцех:
«Есть известное знаемое, то есть вещи, о которых мы знаем, что мы о них знаем.
Мы знаем также, что есть известное незнаемое, то есть, говоря иначе, мы знаем, что есть вещи, о которых мы не знаем.
Но есть также неизвестное незнаемое — те вещи, о которых мы не знаем, что мы о них не знаем».
Рамсфельд имел в виду, что у нас нет всей информации и что мы знаем об этом. Хотя его сентенция касалась лишь сбора разведданных в войне против террористов, то же самое можно сказать и о сегодняшнем состоянии научного знания.
Убеждение-код № 3: Наука — это язык, один из множества языков, описывающих нас, Вселенную, наши тела и то, как все устроено.
Несмотря на успехи науки в раскрытии величайших загадок жизни, некоторые великие умы нашего времени утверждают, что научный язык далеко несовершенен. В редакционной статье, напечатанной в журнале «Природа» (Nature) за 2002 год, в частности говорится: «По своей природе, сколь бы точна и глубока ни была наука, она несовершенна в своих объяснениях мира, а потому постоянно корректирует саму себя». Хотя коррекция научных идей в итоге все же происходит, на это порой уходят сотни лет, как это наглядно показывает спор о Вселенной и энергетическом поле.
Такое несовершенство характерно не только для какой-то одной области знания, скажем физики или математики, но для всей науки в целом. Наш современник, поэт и физик Льюис Томас утверждает: «В реальной жизни каждая область науки несовершенна». Правда, он оправдывает эти «прорехи в знании» молодостью самой науки, говоря: «Какое описание научных достижений [в большинстве отраслей науки ни возьми за последние двести лет, оно покажет, что эти отрасли науки находятся на самых ранних стадиях своего развития».
То, что научные описания мира зияют огромными прорехами, вполне допустимо. Однако физики убеждены, что, используя язык науки, им, например, удалось выявить четыре фундаментальные силы природы и Вселенной: гравитацию, электромагнетизм и сильную и слабую ядерные силы. И хотя мы достаточно знаем об этих силах, чтобы использовать их в своих технологиях — от микросхем до полетов в космос, мы знаем также и то, что наше знание об этих силах несовершенно. Это мы можем сказать с полной уверенностью, ибо ученые до сих пор не в состоянии обнаружить ключ, с помощью которого можно было бы объединить эти четыре силы в едином описании, дающем наглядную картину того, как устроена Вселенная, — иными словами, создать теорию единого поля.
Да, не исключено, что новые теории, например такая, как теория суперструн, могут содержать в себе необходимый ответ, однако критики не дремлют, они задали очень хороший вопрос и на него тоже еще надо ответить. Все струнные теории 1970-х годов в конце концов оформились в теорию суперструн, формально принятую в 1984 году. Если эти теории верны, тогда почему они все еще «теории»? Почему, поддерживаемая сотнями лучших умов на планете, использующими величайшую в истории мира вычислительную технику, теория суперструн до сих пор не может запрячь эти четыре силы природы в одну упряжку и в результате объяснить, как устроена Вселенная?
Неспособность создать теорию единого поля — одно из величайших разочарований в жизни Эйнштейна. В письме к другу Морису Головину, датированном 1951 годом, он признается в этом: «Теория единого поля получила отставку. Неимоверно трудно выразить математически то, в чем я, несмотря на все мои усилия, не смог удостовериться каким-либо другим путем».
Нас не должно удивлять, что на сегодняшний день у науки нет всех нужных ответов. Однако открытия, сделанные в области квантовой физики за последнее столетие, указывают нам новый, удивительный и радикальный путь к познанию самих себя и устройства Вселенной. Эти открытия настолько радикальны, что они по сути дела прямо противоречат всему тому, чему наука учила нас верить последние триста лет, и заставляют ученых заново обдумывать свои предположения, касающиеся устройства Вселенной. Некоторым образом ученым приходится возвращаться назад, чтобы приготовиться к новому наступлению на тайны мироздания. И вероятно, самым большим сдвигом в научном мышлении является осознание того, что сама материя — то вещество, из которого все сформировано, — не существует в том виде, как мы привыкли считать.
Вместо того чтобы поддерживать наше убеждение в том, что Вселенная состоит из обособленных «объектов» вроде атомов, оказывающих друг на друга лишь незначительное влияние, квантовые теории предлагают другую мысль: Вселенная и наши тела сформированы из вечно меняющихся энергетических полей. Эти поля, взаимодействуя, и создают наш мир, который может быть описан лишь в терминах возможностей, а не определенного положения вещей.
Осознание данного факта меняет все. Когда мы признаем, что являемся полноправными участниками энергетического танца Вселенной, наши убеждения и представления о себе и о мире радикально изменятся. И, самое важное, произойдет смена ролей — из пассивных наблюдателей мы превратимся в могущественных а
///
Будде, например, было по силам все: от левитации, биолокации и продавливания ладонью твердой скалы (как это делал Миларепа) до чтения мыслей других людей, что позволяло ему узнать их истинные убеждения, включая и подспудные страхи. Легенда гласит, что Будда, просто двигая ладонью над косточкой манго, в считанные секунды заставил ее прорасти, затем росток достиг высоты до «50 локтей». Интересно, однако, что сам он никогда не считал все эти деяния чудесами. С точки зрения Будды это были обычные способности, которых можем достичь и мы
///
Убеждение-код № 28: Мы склонны испытывать в жизни то, с чем соотносим себя в своих убеждениях.
«Законы» физики вполне реальны и при определенных условиях очень даже действенны, однако научные свидетельства говорят о том, что если мы изменяем эти условия, то тем самым переписываем и сами законы. И для этого вовсе не нужно быть ни учеными-ракетчиками, ни вообще какими-либо учеными. Это можно проделать так же легко, как легко проделала свою «прогулку» по раскаленным до 1700 градусов по Фаренгейту углям Аманда Деннисон, и так же просто, как просто оставил ладонью вмятину в каменной стене пещеры Миларепа.
И в том, и в другом случае законы физики были посрамлены.
Чудо в камне
В IX веке нашей эры великий тибетский йог Миларепа уединился в пещере, чтобы стать хозяином своего тела, — путь, которым он шел до самой своей смерти в возрасте восьмидесяти четырех лет. До этого Миларепа уже достиг многих, на первый взгляд, чудесных йогических способностей, таких, например, как умение использовать «психическое тепло» для согревания своего тела среди суровой тибетской зимы.
Непереносимые страдания, вызванные потерей своей семьи и друзей, погибших от рук наемных убийц, заставили Миларепу направить все свои мистические способности на дело возмездия. Предаваясь мести, он убил очень многих, но однажды понял, что данный ему дар психических способностей употребляет не по назначению. Дабы обрести исцеление души, Миларепа уединился в пещере. В своем убогом жилище, являвшем собой резкий контраст с тем материальным изобилием, среди которого протекала его жизнь ранее, он вскоре осознал, что более не нуждается в контактах с внешним миром, и стал отшельником.
После того как у него кончились запасы пищи, Миларепа стал жить, питаясь крапивой, росшей рядом с его пещерой. Без калорийной пищи, без одежды, в совершенном одиночестве, посреди которого ничто не отвлекало его от внутренней сосредоточенности, — короче говоря, практически без ничего Миларепа прожил многие годы. Единственным человеком, с которым он вступил в общение за все эти годы, был паломник, который случайно наткнулся на его пещеру и нашел в ней временное убежище. Описания людей, которым случалось столкнуться с тибетским отшельником Миларепой в эти годы, производят поистине пугающее впечатление.
Одежда, в которой он удалился в свое отшельничество, износилась так, что представляла собой жалкие клочья, едва прикрывавшие его тело. Из-за отсутствия пищи Миларепа высох так, что являл собой живой скелет. Он оброс длинными волосами, которые, как и его кожа, были тускло-зеленоватого цвета, словно из-за переизбытка хлорофилла. Короче говоря, Миларепа был подобен живому призраку! Однако крайние лишения, на которые он себя обрек, все же привели его к цели — совершенному йогическому мастерству. Перед смертью, нас тупившей в 1135 году, Миларепа оставил доказательство достигнутой им свободы от физического мира в виде чуда, которое, как сказали бы современные ученые, просто невозможно.
Во время паломничества в Тибет весной 1998 года я специально выбрал маршрут, ведущий к пещере Миларепы и тому чуду, которое он сотворил. Я хотел увидеть место, где святой отшельник нарушил законы физики и тем самым ниспроверг ограничивающие людей убеждения.
В конце концов, через девяносто дней после начала этого путешествия, я оказался в пещере великого йога и встал на том самом месте, где когда-то, почти 800 лет назад, стоял он. Приблизив лицо к стене пещеры, так что между стеной и моими глазами оставалось всего лишь несколько дюймов, не более, я не отрываясь взирал на то чудо, которое когда-то сотворил Миларепа.
Попасть в пещеру Миларепы можно, лишь заранее зная, где она расположена. Это не то место, на которое можно запросто наткнуться во время праздной поездки по Тибету. Я впервые услышал о Миларепе от мистика-сикха, который был моим учителем по йоге в 1980-х годах. Многие годы я изучал тайну, окружавшую этого великого йога, отрекшегося от всех мирских благ, его путь через священное плато Центрального Тибета и те откровения, которые открылись ему как истинному мистику. И все это в конце концов привело меня в его пещеру.
Я с удивлением глядел на гладкие черные стены, обступавшие меня отовсюду, и представлял, каково это — жить столько лет в таком холодном, темном и удаленном от всего живого месте. Хотя Миларепа, пока был отшельником, жил в двадцати различных уединенных местах, эта пещера отличается от всех других тем, что именно здесь он встретился с чела — учеником.
В доказательство своего Логического мастерства Миларепа показывал два удивительных «фокуса», которые не повторит ни один скептик. Первый его «фокус» состоял в том, что он вращал рукой с такой умопомрачительной скоростью и силой, что создавал звуковую «ударную волну», которая, отражаясь от стен, порождала в свою очередь волны звуковых реверберации, наполнявших все пространство пещеры. (Я тоже пробовал проделать нечто подобное, но безуспешно.) Для того же, чтобы увидеть второй «фокус», я ждал почти пятнадцать лет, проехал полмира и в течение девятнадцати дней акклиматизировался к высокогорью.
Чтобы продемонстрировать свое мастерство над ограничениями физического мира, Миларепа приложил ладонь к поверхности стены примерно на уровне плеча и затем медленно протолкнул руку в толщу стены так, словно этой стены не существовало! Камень стены под его ладонью стал мягким и податливым, и ладонь оставила в нем глубокий отпечаток. Когда ученик, лично присутствовавший при этом, попытался повторить номер учителя, то, как свидетельствуют летописцы, единственное, чего он добился, — вывихнул себе руку.
Поместив свою ладонь в отпечаток, оставленный рукой Миларепы, я ощутил, как мои пальцы точно легли во вмятины, сделанные в стене его пальцами примерно восемьсот лет тому назад, и испытал чувство, в котором смешивались трепет и вдохновение. Совпадение моей руки с отпечатком руки Миларепы было настолько идеальным, что всякое сомнение по поводу его подлинности быстро улетучилось. Я хотел знать, что происходило с ним, когда он сливался с камнем. О чем он думал? Что чувствовал? Каким образом ему удалось обойти физические «законы», гласящие, что два «объекта» (его ладонь и скала) не могут одновременно занимать одно и то же место?
Предваряя мой вопрос, наш тибетский переводчик Сьин-ла (не настоящее имя) ответил еще до того, как я успел открыть рот.
— У него есть вера, — сказал он сухим, будничным голосом.— Геши (великий учитель) убежден, что он и скала неотделимы друг от друга. — Я удивился тому, что наш гид, живущий в XX веке, говорит о йоге, жившем восемьсот лет назад, в настоящем времени, словно тот находится в пещере вместе с нами. — Медитация учит его, что он часть скалы. Для геши эта стена пещеры не стена, и он может двигаться свободно, словно никаких стен нет.
— Он оставил этот след, чтобы продемонстрировать свое мастерство самому себе? — спросил я.
— Нет, — сказал Сьин-ла. — Геши не нужно доказывать себя самому себе. Он жил в этом месте много лет, но мы видим только один отпечаток.
Я огляделся, ища другие следы в этой узкой пещере. Гид прав, я ничего не увидел.
— Рука в скале не для геши, — продолжал гид. — Она для ученика.
Вполне логично. Когда ученик Миларепы увидел, как его учитель делает нечто попросту невозможное с точки зрения традиционных убеждений, это помогло ему переступить через свою веру в то, что возможно, а что нет. Он увидел мастерство учителя воочию. И поскольку он увидел это чудо лично, полученный им личный опыт тут же передал его уму послание о том, что он как человек неограничен и не связан известными в то время «законами» реальности.
Узрев это чудо, ученик Миларепы оказался перед той же дилеммой, перед которой оказывается всякий, кто решает освободиться от ограничивающих рамок своих убеждений. Ему пришлось примирить собственный опыт увиденного им чуда с убеждениями, присущими окружающим, с «законами», которые, как они считали, описывают устройство и работу Вселенной.
Эта дилемма такова: окружение — члены семьи, друзья и другие люди, с которыми ученик общается каждый день, — вынуждает его признать определенный взгляд на мир, в том числе и веру в то, что скала, образующая стену в пещере, является непреодолимым барьером для человеческого тела. С другой стороны, ученику показали, что есть исключения из этих «законов». Ирония в том, что оба взгляда на мир абсолютно правильны. Просто все зависит от того, что человек предпочитает думать о мире в данный момент времени. Я спросил себя: «Могло ли такое случиться в нашей жизни сегодня?» Сколь бы неестественно ни звучал этот вопрос в свете современных научных знаний и технических достижений, современные передовые ученые, используя уже не Логические чудеса, а язык квантовой физики, сходятся на том, что Вселенная есть то, что она есть в силу наших убеждений и нашего восприятия реальности этого мира. Интересно, что чем лучше мы понимаем взаимосвязь между внутренним опытом и внешним миром, тем менее притянутым за уши кажется это утверждение.
Рассказ о Миларепе и его жизни в пещере служит ярким примером пути человека в поисках понимания своей связи с миром. Однако нам, чтобы познать ту же истину, уже не нужно затворяться в пещере и есть крапиву, пока мы не позеленеем! Научные открытия последних ста пятидесяти лет со всей очевидностью показывают, что между сознанием, реальностью и верой, или убеждением, существует прямая связь.
Вопрос лишь в том, хотим ли мы признать эту связь и ту ответственность, которую накладывает на нас осмысленное использование ее в жизни? Как именно мы ответим на этот вопрос, покажет близкое будущее.
Мы знаем, что есть вещи, о которых мы ничего не знаем
На пресс-конференции, состоявшейся в июне 2002 года в штаб-квартире НАТО в Брюсселе, тогдашний Госсекретарь министерства обороны США Дональд Рамсфельд, описывая ситуацию со сбором разведданных и информации после теракта 9 сентября 2001 года, произнес мудреные слова, сразу же ставшие притчей во языцех:
«Есть известное знаемое, то есть вещи, о которых мы знаем, что мы о них знаем.
Мы знаем также, что есть известное незнаемое, то есть, говоря иначе, мы знаем, что есть вещи, о которых мы не знаем.
Но есть также неизвестное незнаемое — те вещи, о которых мы не знаем, что мы о них не знаем».
Рамсфельд имел в виду, что у нас нет всей информации и что мы знаем об этом. Хотя его сентенция касалась лишь сбора разведданных в войне против террористов, то же самое можно сказать и о сегодняшнем состоянии научного знания.
Убеждение-код № 3: Наука — это язык, один из множества языков, описывающих нас, Вселенную, наши тела и то, как все устроено.
Несмотря на успехи науки в раскрытии величайших загадок жизни, некоторые великие умы нашего времени утверждают, что научный язык далеко несовершенен. В редакционной статье, напечатанной в журнале «Природа» (Nature) за 2002 год, в частности говорится: «По своей природе, сколь бы точна и глубока ни была наука, она несовершенна в своих объяснениях мира, а потому постоянно корректирует саму себя». Хотя коррекция научных идей в итоге все же происходит, на это порой уходят сотни лет, как это наглядно показывает спор о Вселенной и энергетическом поле.
Такое несовершенство характерно не только для какой-то одной области знания, скажем физики или математики, но для всей науки в целом. Наш современник, поэт и физик Льюис Томас утверждает: «В реальной жизни каждая область науки несовершенна». Правда, он оправдывает эти «прорехи в знании» молодостью самой науки, говоря: «Какое описание научных достижений [в большинстве отраслей науки ни возьми за последние двести лет, оно покажет, что эти отрасли науки находятся на самых ранних стадиях своего развития».
То, что научные описания мира зияют огромными прорехами, вполне допустимо. Однако физики убеждены, что, используя язык науки, им, например, удалось выявить четыре фундаментальные силы природы и Вселенной: гравитацию, электромагнетизм и сильную и слабую ядерные силы. И хотя мы достаточно знаем об этих силах, чтобы использовать их в своих технологиях — от микросхем до полетов в космос, мы знаем также и то, что наше знание об этих силах несовершенно. Это мы можем сказать с полной уверенностью, ибо ученые до сих пор не в состоянии обнаружить ключ, с помощью которого можно было бы объединить эти четыре силы в едином описании, дающем наглядную картину того, как устроена Вселенная, — иными словами, создать теорию единого поля.
Да, не исключено, что новые теории, например такая, как теория суперструн, могут содержать в себе необходимый ответ, однако критики не дремлют, они задали очень хороший вопрос и на него тоже еще надо ответить. Все струнные теории 1970-х годов в конце концов оформились в теорию суперструн, формально принятую в 1984 году. Если эти теории верны, тогда почему они все еще «теории»? Почему, поддерживаемая сотнями лучших умов на планете, использующими величайшую в истории мира вычислительную технику, теория суперструн до сих пор не может запрячь эти четыре силы природы в одну упряжку и в результате объяснить, как устроена Вселенная?
Неспособность создать теорию единого поля — одно из величайших разочарований в жизни Эйнштейна. В письме к другу Морису Головину, датированном 1951 годом, он признается в этом: «Теория единого поля получила отставку. Неимоверно трудно выразить математически то, в чем я, несмотря на все мои усилия, не смог удостовериться каким-либо другим путем».
Нас не должно удивлять, что на сегодняшний день у науки нет всех нужных ответов. Однако открытия, сделанные в области квантовой физики за последнее столетие, указывают нам новый, удивительный и радикальный путь к познанию самих себя и устройства Вселенной. Эти открытия настолько радикальны, что они по сути дела прямо противоречат всему тому, чему наука учила нас верить последние триста лет, и заставляют ученых заново обдумывать свои предположения, касающиеся устройства Вселенной. Некоторым образом ученым приходится возвращаться назад, чтобы приготовиться к новому наступлению на тайны мироздания. И вероятно, самым большим сдвигом в научном мышлении является осознание того, что сама материя — то вещество, из которого все сформировано, — не существует в том виде, как мы привыкли считать.
Вместо того чтобы поддерживать наше убеждение в том, что Вселенная состоит из обособленных «объектов» вроде атомов, оказывающих друг на друга лишь незначительное влияние, квантовые теории предлагают другую мысль: Вселенная и наши тела сформированы из вечно меняющихся энергетических полей. Эти поля, взаимодействуя, и создают наш мир, который может быть описан лишь в терминах возможностей, а не определенного положения вещей.
Осознание данного факта меняет все. Когда мы признаем, что являемся полноправными участниками энергетического танца Вселенной, наши убеждения и представления о себе и о мире радикально изменятся. И, самое важное, произойдет смена ролей — из пассивных наблюдателей мы превратимся в могущественных а
///
Будде, например, было по силам все: от левитации, биолокации и продавливания ладонью твердой скалы (как это делал Миларепа) до чтения мыслей других людей, что позволяло ему узнать их истинные убеждения, включая и подспудные страхи. Легенда гласит, что Будда, просто двигая ладонью над косточкой манго, в считанные секунды заставил ее прорасти, затем росток достиг высоты до «50 локтей». Интересно, однако, что сам он никогда не считал все эти деяния чудесами. С точки зрения Будды это были обычные способности, которых можем достичь и мы
///
Убеждение-код № 28: Мы склонны испытывать в жизни то, с чем соотносим себя в своих убеждениях.
«Законы» физики вполне реальны и при определенных условиях очень даже действенны, однако научные свидетельства говорят о том, что если мы изменяем эти условия, то тем самым переписываем и сами законы. И для этого вовсе не нужно быть ни учеными-ракетчиками, ни вообще какими-либо учеными. Это можно проделать так же легко, как легко проделала свою «прогулку» по раскаленным до 1700 градусов по Фаренгейту углям Аманда Деннисон, и так же просто, как просто оставил ладонью вмятину в каменной стене пещеры Миларепа.
И в том, и в другом случае законы физики были посрамлены.
страм то якой айяйяй.. и не во хфiзике а в том шо враць нехорошо.. (хотя мабуць то другая пещщера?)
В инстаграм я видела рилсы,в которых говорилось о том,что в некоторых городах глушится интернет. С 1 января 2026 вроде должен быть заблокирован ватсап. В течение первой недели можно было обмениваться сообщениями ,а сегодня глянула -- пока нет уведомлений о прочтении...
Остаточная Аура от "Демиурга 2010". 
Ноосфера говорит - "Вот теперь только это,раз не сумел реализовать настоящее "Предназначение" вовремя". 
Вконтактике такого нету. 