Главная
Поиск
Статьи
Форум
Файловый архив
Ссылки
FAQs
Контакты
Личные блоги
C Новым Годом,Империя!
Добро пожаловать, Гость. Пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь.
17 Июня 2019, 12:13:11
Начало Помощь Поиск Войти Регистрация
Новости: Книгу С.Доронина "Квантовая магия" читать здесь
Материалы старого сайта "Физика Магии" доступны для просмотра здесь
О замеченных глюках просьба писать на почту quantmag@mail.ru

+  Квантовый Портал
|-+  Тематические разделы
| |-+  Человек будущего (Модератор: Quangel)
| | |-+  C Новым Годом,Империя!
0 Пользователей и 4 Гостей смотрят эту тему. « предыдущая тема следующая тема »
Страниц: 1 ... 169 170 [171] 172 173 ... 207 Печать
Автор Тема: C Новым Годом,Империя!  (Прочитано 681698 раз)
valeriy
Глобальный модератор
Ветеран
*****
Сообщений: 4118



Просмотр профиля
« Ответ #2550 : 13 Января 2019, 09:38:59 »

Сколько черной икры мог купить учитель при Сталине?



Цитата:
Картина выходит крайне невыгодная для нынешних учителей, которые могут на свою месячную зарплату купить всего 600 грамм черной икры.
Это если на развес.
 
В баночках по 100 гр. выйдет всего 3-4 банки.
 
При Сталине учителя могли купить примерно 5 кг. при довольно скромной зарплате 600-800 рублей, которая у педагогов со стажем могла доходить до 1,5 тыс. в месяц.

 
Больше всего икры могли купить при Брежневе, когда икра стоила 16 руб. за кг.
 
При Горбачеве ее цена поднялась до 40 рублей, что отразилось на уменьшении покупательной способности в икре.
Цитата:
В общем, будьте осторожны с нынешними тотально антисоветскими СМИ: в них кругом ложь и обман.
Записан
Oleg
Модератор своей темы
Ветеран
*
Сообщений: 3880



Просмотр профиля
« Ответ #2551 : 13 Января 2019, 21:02:18 »

а уж коньячные клизьмы в ласковых шаловливых ручках пахана так вообще были задаром ! мечта урбиса с валерой !

Больше всего икры могли купить при Брежневе, когда икра стоила 16 руб. за кг.

стоить то она стоила .. вот только её не было в магазинах страны.. то есть она стоила для приближённых к власти и в "городе-вднх" с "магазинами-вднх" с людьми-экспонатами в них живущими и демонстрирующими западу символы победы соцьялизьма

Сколько черной икры мог купить учитель при Сталине?

только этому "учителю" надо было за той колбасой-икрой ехать в тот вднх-москву.. где колбасу ещё можно было найти, а икра - частенько только в спец магазинах за запрещённые баксы а не за деревянные.. куда даже коровьевых с бегемотами на поводке не пускали

а "не в москве" - за обычным хлебом надо было очередь с 5 утра занимать частенько

вброс вашей дезы для хомячков в сеть видимо сделан в одном из бывших архивов КПСС, сотрудником этого самого архива в рабочее время и за государственный счет и по заданию Вертикали Власти :-)
А насчет "репрезентативности" подобной инфы, я бы Вам посоветовал обдумать вот какие вопросы (к примеру) ;
1) Можно ли судить о проблемах крестьянства в сталинское время по к/ф "Трактористы" ? :-)
2) Можно ли доверять утверждениям о том, что 22 июня 1941 года И.В. Сталин весь день вел прием посетителей, как то сказанов в трудах самого Сталина, опубликовыных при его жизни ? :-)


Цитата:
http://flib.flibusta.is/b/357726/read

Ловко извиваясь среди прохожих, гражданин открыл наружную дверь магазина. Но тут маленький, костлявый и крайне недоброжелательный швейцар преградил ему путь и раздраженно сказал:

— С котами нельзя!

— Я извиняюсь,— задребезжал длинный и приложил узловатую руку к уху, как тугоухий,— с котами, вы говорите? А где же вы видите кота?

Швейцар выпучил глаза, и было отчего: никакого кота у ног гражданина уже не оказалось, а из-за плеча его вместо этого уже высовывался и порывался в магазин толстяк в рваной кепке, действительно, немного смахивающий рожей на кота. В руках у толстяка имелся примус.

Эта парочка посетителей почему-то не понравилась швейцару-мизантропу.

— У нас только на валюту,— прохрипел он, раздраженно глядя из-под лохматых, как бы молью изъеденных сивых бровей.

— Дорогой мой,— задребезжал длинный, сверкая глазом из разбитого пенсне,— а откуда ж вам известно, что ее у меня нет? Вы судите по костюму? Никогда не делайте этого, драгоценнейший страж! Вы можете ошибиться, и притом весьма крупно. Перечтите еще раз хотя бы историю знаменитого калифа Гарун-аль-Рашида {237}. Но в данном случае, откидывая эту историю временно в сторону, я хочу сказать вам, что я нажалуюсь на вас заведующему и порасскажу ему о вас таких вещей, что не пришлось бы вам покинуть ваш пост между сверкающими зеркальными дверями.

— У меня, может быть, полный примус валюты,— запальчиво встрял в разговор и котообразный толстяк, так и прущий в магазин.

Сзади уже напирала и сердилась публика. С ненавистью и сомнением глядя на диковинную парочку, швейцар посторонился, и наши знакомые, Коровьев и Бегемот, очутились в магазине. Здесь они первым долгом осмотрелись, и затем звонким голосом, слышным решительно во всех углах, Коровьев объявил:

— Прекрасный магазин! Очень, очень хороший магазин!

Публика от прилавков обернулась и почему-то с изумлением поглядела на говорившего, хотя хвалить магазин у того были все основания.

Сотни штук ситцу богатейших расцветок виднелись в полочных клетках. За ними громоздились миткали и шифоны и сукна фрачные. В перспективу уходили целые штабеля коробок с обувью, и несколько гражданок сидели на низеньких стульчиках, имея правую ногу в старой, потрепанной туфле, а левую — в новой сверкающей лодочке, которой они и топали озабоченно в коврик. Где-то в глубине за углом пели и играли патефоны.

Но, минуя все эти прелести, Коровьев и Бегемот направились прямо к стыку гастрономического и кондитерского отделений. Здесь было очень просторно, гражданки в платочках и беретиках не напирали на прилавки, как в ситцевом отделении.

Низенький, совершенно квадратный человек, бритый до синевы, в роговых очках, в новешенькой шляпе, не измятой и без подтеков на ленте, в сиреневом пальто и лайковых рыжих перчатках, стоял у прилавка и что-то повелительно мычал. Продавец в чистом белом халате и синей шапочке обслуживал сиреневого клиента. Острейшим ножом, очень похожим на нож, украденный Левием Матвеем, он снимал с жирной плачущей розовой лососины ее похожую на змеиную с серебристым отливом шкуру.

— И это отделение великолепно,— торжественно признал Коровьев,— и иностранец симпатичный,— он благожелательно указал пальцем на сиреневую спину.

— Нет, Фагот, нет,— задумчиво ответил Бегемот,— ты, дружочек, ошибаешься. В лице сиреневого джентльмена чего-то не хватает, по-моему.

Сиреневая спина вздрогнула, но, вероятно, случайно, ибо не мог же иностранец понять то, что говорили по-русски Коровьев и его спутник.

— Кароши? — строго спрашивал сиреневый покупатель.

— Мировая! — отвечал продавец, кокетливо ковыряя острием ножа под шкурой.

— Кароши люблю, плохой — нет,— сурово говорил иностранец.

— Как же! — восторженно отвечал продавец.

Тут наши знакомые отошли от иностранца с его лососиной к краю кондитерского прилавка.

— Жарко сегодня,— обратился Коровьев к молоденькой краснощекой продавщице и не получил от нее никакого ответа на это.— Почем мандарины? — осведомился тогда у нее Коровьев.

— Тридцать копеек кило,— ответила продавщица.

— Все кусается,— вздохнув, заметил Коровьев,— эх, эх…— Он немного еще подумал и пригласил своего спутника: — Кушай, Бегемот.

Толстяк взял свой примус под мышку, овладел верхним мандарином в пирамиде и, тут же со шкурой сожравши его, принялся за второй.

Продавщицу обуял смертельный ужас.

— Вы с ума сошли! — вскричала она, теряя свой румянец.— Чек подавайте! Чек! — и она уронила конфетные щипцы.

— Душенька, милочка, красавица,— засипел Коровьев, переваливаясь через прилавок и подмигивая продавщице,— не при валюте мы сегодня… ну что ты поделаешь! Но, клянусь вам, в следующий же раз, и уж никак не позже понедельника, отдадим все чистоганом! Мы здесь недалеко, на Садовой, где пожар…

Бегемот, проглотив третий мандарин, сунул лапу в хитрое сооружение из шоколадных плиток, выдернул одну нижнюю, отчего, конечно, все рухнуло, и проглотил ее вместе с золотой оберткой.

Продавцы за рыбным прилавком как окаменели со своими ножами в руках, сиреневый иностранец повернулся к грабителям, и тут же обнаружилось, что Бегемот неправ: у сиреневого не не хватало чего-то в лице, а, наоборот, скорее было лишнее — висящие щеки и бегающие глаза.

Совершенно пожелтев, продавщица тоскливо прокричала на весь магазин:

— Палосич! Палосич!

Публика из ситцевого отделения повалила на этот крик, а Бегемот отошел от кондитерских соблазнов и запустил лапу в бочку с надписью «Сельдь керченская отборная», вытащил парочку селедок и проглотил их, выплюнув хвосты.

— Палосич! — повторился отчаянный крик за прилавком кондитерского, а за рыбным прилавком гаркнул продавец в эспаньолке:

— Ты что же это делаешь, гад?!

Павел Иосифович уже спешил к месту действия. Это был представительный мужчина в белом чистом халате, как хирург, и с карандашом, торчащим из кармана. Павел Иосифович, видимо, был опытным человеком. Увидев во рту у Бегемота хвост третьей селедки, он вмиг оценил положение, все решительно понял и, не вступая ни в какие пререкания с нахалами, махнул вдаль рукой, скомандовав:

— Свисти!

На угол Смоленского из зеркальных дверей вылетел швейцар и залился зловещим свистом. Публика стала окружать негодяев, и тогда в дело вступил Коровьев.

— Граждане! — вибрирующим тонким голосом прокричал он.— Что же это делается? Ась? Позвольте вас об этом спросить! Бедный человек,— Коровьев подпустил дрожи в свой голос и указал на Бегемота, немедленно скроившего плаксивую физиономию,— бедный человек целый день починяет примуса; он проголодался… а откуда же ему взять валюту?

Павел Иосифович, обычно сдержанный и спокойный, крикнул на это сурово:

— Ты это брось! — и махнул вдаль уже нетерпеливо. Тогда трели у дверей загремели повеселее.

Но Коровьев, не смущаясь выступлением Павла Иосифовича, продолжал:

— Откуда? — задаю я всем вопрос! Он истомлен голодом и жаждой! Ему жарко. Ну, взял на пробу горемыка мандарин. И вся-то цена этому мандарину три копейки. И вот они уж свистят, как соловьи весной в лесу, тревожат милицию, отрывают ее от дела. А ему можно? А? — и тут Коровьев указал на сиреневого толстяка, отчего у того на лице выразилась сильнейшая тревога.— Кто он такой? А? Откуда он приехал? Зачем? Скучали мы, что ли, без него? Приглашали мы его, что ли? Конечно,— саркастически кривя рот, во весь голос орал бывший регент,— он, видите ли, в парадном сиреневом костюме, от лососины весь распух, он весь набит валютой, а нашему-то, нашему-то?! Горько мне! Горько! Горько! — завыл Коровьев, как шафер на старинной свадьбе.

Вся эта глупейшая, бестактная и, вероятно, политически вредная речь заставила гневно содрогаться Павла Иосифовича, но, как это ни странно, по глазам столпившейся публики видно было, что в очень многих людях она вызвала сочувствие! А когда Бегемот, приложив грязный продранный рукав к глазу, воскликнул трагически:

— Спасибо, верный друг, заступился за пострадавшего! — произошло чудо. Приличнейший тихий старичок, одетый бедно, но чистенько, старичок, покупавший три миндальных пирожных в кондитерском отделении, вдруг преобразился. Глаза его сверкнули боевым огнем, он побагровел, швырнул кулечек с пирожными на пол и крикнул:

— Правда! — детским тонким голосом. Затем он выхватил поднос, сбросив с него остатки погубленной Бегемотом шоколадной Эйфелевой башни, взмахнул им, левой рукой сорвал с иностранца шляпу, а правой с размаху ударил подносом плашмя иностранца по плешивой голове. Прокатился такой звук, какой бывает, когда с грузовика сбрасывают на землю листовое железо. Толстяк, белея, повалился навзничь и сел в кадку с керченской сельдью, выбив из нее фонтан селедочного рассола. Тут же стряслось и второе чудо. Сиреневый, провалившись в кадку, на чистом русском языке, без признаков какого-либо акцента, вскричал:

— Убивают! Милицию! Меня бандиты убивают! — очевидно, вследствие потрясения внезапно овладев до тех пор неизвестным ему языком.

Тогда прекратился свист швейцара, и в толпах взволнованных покупателей замелькали, приближаясь, два милицейских шлема. Но коварный Бегемот, как из шайки в бане окатывают лавку, окатил из примуса кондитерский прилавок бензином, и он вспыхнул сам собой. Пламя ударило кверху и побежало вдоль прилавка, пожирая красивые бумажные ленты на корзинах с фруктами. Продавщицы с визгом кинулись бежать из-за прилавка, и лишь только они выскочили из-за него, вспыхнули полотняные шторы на окнах и на полу загорелся бензин. Публика, сразу подняв отчаянный крик, шарахнулась из кондитерского назад, смяв более ненужного Павла Иосифовича, а из-за рыбного гуськом со своими отточенными ножами рысью побежали к дверям черного хода продавцы. Сиреневый гражданин, выдравшись из кадки, весь в селедочной жиже, перевалился через семгу на прилавке и последовал за ними. Зазвенели и посыпались стекла в выходных зеркальных дверях, выдавленные спасающимися людьми, а оба негодяя — и Коровьев, и обжора Бегемот — куда-то девались, а куда — нельзя было понять. Потом уж очевидцы, присутствовавшие при начале пожара в торгсине на Смоленском, рассказывали, что будто бы оба хулигана взлетели вверх под потолок и там будто бы лопнули оба, как воздушные детские шары. Это, конечно, сомнительно, чтобы дело было именно так, но чего не знаем, того не знаем
.
« Последнее редактирование: 13 Января 2019, 22:35:53 от Oleg » Записан
Oleg
Модератор своей темы
Ветеран
*
Сообщений: 3880



Просмотр профиля
« Ответ #2552 : 13 Января 2019, 21:42:14 »

Цитата:
http://flib.flibusta.is/b/203088/read
 - Письма русского путешественника 415K скачать: (fb2) - (epub) - (mobi) - Владимир Константинович Буковский

в известной степени СССР удается коррумпировать и западную интеллектуальную элиту: скажем, начинающему западному писателю огромные советские тиражи (да и признание) вовсе не безразличны, Персональное приглашение в СССР кого-либо из западных людей не встречает, да и не может встретить сопротивления со стороны их правительств. Разумеется, по приезде им покажут только то, что хотят показать, обеспечат контакты преимущественно с «надежными» людьми. Разглядеть такую подтасовку совсем не столь просто, как многие думают: у советских огромный опыт по части таких постановок.

Один приятель рассказывал мне, например, как иностранные делегации, следовавшие в Москву через его полустанок, регулярно встречала подготовленная и разодетая в национальные костюмы группа местных артистов (дело происходило в Молдавии), которые тут же, на перроне, устраивали песни и пляски. Поезд же останавливался всего минут на 15–20. Перед приходом поезда на вокзальных лотках раскладывался шоколад, фрукты и дефицитные товары, а цены выставлялись баснословно низкие. Разумеется, все население городка знало об этих спектаклях, но местных жителей не пускали на перрон, чтобы они не раскупили вмиг пропагандистских товаров. Только особенно ловким, особенно мальчишкам, удавалось иногда проскользнуть до прихода поезда и поживиться. Ну, кто из западных посетителей мог бы даже заподозрить такую грандиозную операцию, проводимую ради его скромной персоны в заштатном городишке, где его поезд остановился на несколько минут? Соответственно, возвратясь к себе домой, иностранный посетитель с его репутацией «очевидца» становится проводником советской пропаганды, даже сам того не подозревая.

Таким образом, даже самая простая форма обмена — туризм оборачивается советскими властями к своей политической выгоде. Советский турист за рубежом — это привилегированный, надежный человек; иностранный турист в СССР — потенциальный разносчик дезинформации. К тому же он источник иностранной валюты, столь нужной властям. Вообще туризм, с его строго фиксированными маршрутами и перенасыщенной программой разглядывания памятников, можно лишь в шутку считать средством улучшения взаимопонимания между народами. Как раз наоборот, советским властям он служит средством скрывать правду. 99,9999 процента территории страны закрыто для туристов не из-за военных секретов, как это официально объясняется, а из-за ужасающих условий жизни населения. Даже от Москвы турист не имеет права отъехать более чем на 40 километров под угрозой уголовного наказания, если он предварительно не согласовал маршрута — процедура, которая может занять многие месяцы.


Места же, в которые попадает большинство туристов: Москва, Ленинград, Киев — это показательные города, вроде упомянутого выше полустанка, где и снабжение и порядки значительно лучше обычных. Скажем, если в Москве вдруг исчезло из продажи мясо, это означает, что в провинции его нет уже несколько месяцев.

Что же тут может понять иностранец, пробыв пару дней? Гости Олимпийских игр в Москве, например, хоть и неоднократно предупрежденные прессой о готовящемся грандиозном обмане, тем не менее в массе своей обмана не заметили. Русские, по их впечатлениям, попавшим в некоторые газеты здесь, «вежливы, готовы помочь, дружелюбны и совсем не стремятся к войне». «Восхитительно было попасть наконец в такое место, где никто не говорит о войнах или ядерном оружии». Один пишет, что за 9 дней в Москве он «не заметил никакой пропаганды», другой, что «продуктов было полно, даже слишком много», третий за все время «встретил только одного полицейского», четвертого поразила «свобода и нормальность простых людей». И никакими судьбами вам теперь этих людей не переубедить. Еще бы: ведь они все это видели своими глазами!

Да и какой смысл в «расширении контактов между людьми», если каждый советский человек обязан быть солдатом Великой Идеологической Войны, а западный человек вовсе не считает себя борцом за демократию? Какой смысл говорить красивые слова о мирном сотрудничестве, если одна из сторон ведет не прекращающуюся ни днем, ни ночью войну?


Многим может показаться странным, что с момента начала «эры разрядки» положение внутри СССР лишь ухудшилось. Но это совсем не удивительно. Во-первых, своему народу надо показать, и притом в самой доходчивой форме, что разговоры о мире, ослаблении напряженности и каких-то правах, которыми вдруг наполнились газеты, предназначены вовсе не для их ушей, а ведутся для иностранцев. Во-вторых, получивши от Запада то, что было нужно, какой смысл демонстрировать теперь готовность к «либерализации»?

Вот, пожалуй, самый наглядный и символический пример того, к чему привела разрядка на практике. Почти два года назад семь человек прорвались на территорию американского посольства в Москве. Эти люди, две семьи верующих, уже много лет добивались разрешения уехать в любую страну, где бы их не преследовали за их веру. Здесь же, в СССР, им довелось испытать абсолютно все: и тюрьмы, и психушки, и насильственное изъятие детей, которых они пытались воспитывать в религиозном духе. 16 лет подвергались они гонениям за свою веру и все эти годы надеялись уехать.

Однажды, лет десять назад, отцу семьи удалось побывать в американском посольстве, и ему обещали посодействовать. При выходе из посольства он, однако, был арестован и заключен в тюрьму.
Теперь, по прошествии стольких лет, они решили возобновить контакты и ходатайство. Войти в американское посольство в Москве (как, впрочем, и в любые другие посольства) просто так нельзя: оно охраняется милиционерами в форме и агентами КГБ в штатском. Так что, если человеку нужно туда войти, есть только одна возможность — попытаться прорваться.

Поймают — посадят, ухитришься прорваться — арестуют сразу, как выйдешь. В этот последний раз их сына схватили, а остальные прорвались. Сына зверски избили, и он еле живой через некоторое время попал домой. Видя столь зверскую расправу, семья отказалась выходить и с тех пор живет в посольстве. Им еще сказочно повезло, хотя посол (все тот же небезызвестный Малькольм Тун) предпринял все возможное, чтобы их выпроводить. Отвел им одну комнату в подвале, не допускал к ним прессу, постоянно посылал к ним кого-нибудь из сотрудников посольства уговорить уйти добровольно, намекая, что могут и силой выставить. При этом посол и его подручные отлично знали, что, как только они выйдут, их неминуемо ждут тюрьмы и психушки. Американская бюрократия и КГБ прекрасно нашли общий язык в этом деле. «Разреши одним, завтра здесь будут тысячи», — вот их платформа.

Получать или отправлять письма через посольскую почту им не разрешают. Через советскую же почту ничего не пропускает КГБ. Но они мне пишут регулярно нелегальными способами. По их подсчетам, в день у посольства ловят от 10 до 15 человек, часто семьи. Вот что они пишут:

«Бывает больно смотреть, когда тащат под нашим окном и кто-нибудь из американцев стоит и улыбается этому. Мы, как звери, кидаемся на решетку окна и кричим, визжим, свистим, потому что невозможно наблюдать молча. После несколько часов не можем прийти в себя, и нас трясет. Недавно взяли мужа, жену и трех девочек 9-, 7- и 5-летних. Жену увели вперед, а отца несли 4 милиционера нарастяжку, и все они, даже маленькие дети, кричали: „Помогите! Помогите, американцы!“ Дети побегут за матерью, потом вернутся к отцу, на него кинутся, обнимают, а он висит между четырех милиционеров и тоже кричит».

«Сейчас в основном делают так, чтобы мы не видели, и даже теперь вокруг посольства отвозят, чтобы даже на машине не везти перед нашим окном. Они через консула нам передали, чтобы мы не кричали, когда будут тащить людей. Мы стыдили их перед консулом, да и консулу сказали, что теперь они американцев ни во что не ставят, если осмелились такое передать через него. Они даже не считают нужным скрывать, что люди идут в посольство, так как посольские сами не заинтересованы, чтобы люди шли к ним за помощью. Они хотят жить спокойной жизнью.
Бедные, бедные русские люди, так много мучения выпало на их долю, почти столько же, как на долю евреев».

«Только у посольства сколько было взято, огромное число тех, которых мы видели, а сколько еще мы не видели. Перед Олимпиадой всю ночь кричали люди, которых вылавливали и волокли на угол, где их душегубка. Это были ночи ужаса, а милиция — как львы, сидящие в засаде на добычу. Кричали дети, кричали женщины, мужчины. Если понравится какая, то берут ее, и она кричит, а они потом приходят оттуда пьяные и рассказывают, какая лучше, какая сама, обозлившись, сказала: „На!“ Они думают, что говорят тихо, ведь пьяные. Послушаешь — и волосы дыбом встают от их разговоров».

Между тем существует советско-американская консульская конвенция, согласно которой должен быть обеспечен свободный доступ для граждан, желающих получить информацию о порядке эмиграции. Как же допускает американское правительство, что из их посольства в Москве устроили какую-то ловушку? Почему не протестует посольство каждый раз из-за нарушения консульской конвенции? Очевидно же, что если бы доступ был действительно свободный и никого за вход в посольство не наказывали, то люди бы и не стремились ворваться, не отказывались бы выходить. Зачем же вообще была подписана эта конвенция, если ее не собирались выполнять? Для создания атмосферы «сотрудничества» у посольства?

Заключать договоры с Советским Союзом имеет смысл только в том случае, если у вас есть намерение и способы заставить СССР выполнять их часть обязательств. Подписанием договора с СССР борьба не заканчивается начинается борьба за его выполнение. Столь желанный западным либералам «диалог» с Советским Союзом можно вести, только зажав их в угол и сдавив пальцы на их горле. Другой формы диалога они не понимают и тут же норовят прижать в угол вас. Чем вы пытаетесь быть вежливей, уступчивей, тем хуже.

Как-то в лагере я встретил пожилого украинца, учителя литературы, человека необычайно вежливого и воспитанного, из тех, что даже муху не обидят. Слыша, например, лагерную матерщину, он краснел как девушка и старался незаметно отойти в сторонку. Но почему-то именно его лагерный кагебешник все время наказывал — сажал в карцер, лишал посылок из дома и свиданий с женой. Заинтересовавшись, я расспросил его об отношениях, сложившихся у него с кагебешником.

— Понимаете, — говорил он удрученно, — он меня регулярно вызывает на беседу и уговаривает с ним сотрудничать…

— Ну а вы что?

— А что я могу сказать? Я извиняюсь и отказываюсь, говорю, что это совсем не в моем характере. Не умею я этого… Как же я буду смотреть в глаза тем, на кого доношу?

Мне стало жаль старика, и целую неделю я учил его отборнейшему мату. Поначалу наука давалась ему с трудом, иногда он чуть не плакал. Но к концу все-таки мог выговорить несколько слов достаточно твердо и не покраснеть. Я все же беспокоился, сможет ли он повторить их кагебешнику не смутившись, достаточно убедительно. К счастью, он осилил себя. Отсидев 15 суток за «нецензурную брань», что вызвало изумление всего лагеря, он вышел, и больше ни разу кагебешник не вызывал его.

Это не шутка. Психология кремлевских вождей совершенно та же. Да многие из них и просто прошли через работу в КГБ. Беда только, что я не могу открыть школу матерщины для западных дипломатов и политиков.
Черт его знает, и почему это все размышления да разговоры «русских путешественников» неизбежно заканчиваются рассуждениями о дерьме? Точно нам уж и поговорить не о чем. Можно же ведь и помечтать о чем-нибудь прекрасном, пусть даже маловероятном. Но, видно, все у нас происходит, как в том анекдоте про человека, видевшего беспокойные сны. То сказочные пещеры, наполненные драгоценными самоцветами, то вдруг много-много золота. Всюду золото, куда только ни протяни руку. Золото… золото… золото…

— Ты что там шаришь по постели? Что ищешь? — будит его жена.

— Да вот, понимаешь, приснилось, что вокруг золото сплошное.

— Спи, дурак, какое тебе золото. Чего придумал…

Вот заснул он опять, и снятся ему кучи дерьма. Всюду, куда ни сунься.

— Ты что, опять золото ищешь? — ворчит жена.

— Да нет, теперь вот дерьмо приснилось, много дерьма… Стой, а дерьмо-то и вправду есть…

Эпилог

Прошло четыре года с тех пор, как, щурясь точно от яркого света, впервые оглядывался я по сторонам в безмятежном городе Цюрихе. Четыре года — и срок-то, в общем, небольшой, и проскочил он быстро, а сколько же всего произошло, изменилось.

Уже не просыпаюсь я перед рассветом с недоумением: «Скоро ли подъем? Когда же начальник застучит остервенело в дверь своим ключом?» Прошлое тускнеет, перестает казаться реальным, новое же становится таким привычным, точно всю жизнь здесь прожил. И где теперь «у нас», а где «у них», что «наше», что «ваше» — совсем перепуталось. Только иной раз услышишь в новостях об очередном аресте или суде в Москве — и словно что-то защемит внутри.

А так, хорошее ли, дурное — все забывается с поразительной быстротой. Недавно журналист из одной крупной американской газеты вдруг спросил меня:

— Скажите, а как же вам удалось эмигрировать? Вас что, отпустили по израильской визе?

Другой удивил еще больше, уговаривая посетить Америку:

— Стоит, знаете, съездить хоть один раз, посмотреть страну, Вашингтон, Белый дом… Все чаще и настойчивее спрашивают меня теперь: — Что вы думаете о Западе?

И каждый раз я стараюсь увильнуть от этого вопроса. Коротко не ответишь, а длинно никто слушать не станет.

Так было и с этой книгой. Я ни за что не хотел ее писать. И, Бог мне свидетель, если бы не фантастическая настойчивость моего издателя, никогда бы писать не стал. Еще не прошло достаточно времени, чтобы это недавнее прошлое улеглось. Все, что у меня есть, — это впечатления, а впечатления обычно отражают скорее прошлый опыт и психологию наблюдателя, чем сам объект его наблюдений.

Впечатления всегда категоричны, им недостает оттенков. Изложенные же в краткой форме, они поневоле изобилуют широкими обобщениями, часто совсем неоправданными. Наконец, впечатления всегда противоречивы и непоследовательны, случайны и ненадежны, к тому же самые занятные из них приходится опустить, если они связаны с конкретными лицами: негоже ведь выставлять хорошего человека в нелепом виде просто потому, что он неловко подвернулся вам под руку. Издатель был неумолим.

— Ладно, — сказал я в сердцах, — будет вам книжка. Только потом не жалуйтесь. Нас с вами забросают камнями и разорвут на части. Нас сожгут на медленном огне, как еретиков при инквизиции.

…И в самом деле, что за странная затея. Точно какой-нибудь иностранный путешественник, проехавший по сибирской магистрали из конца в конец огромной страны, с остановками в городах покрупнее не дольше, чем двадцать минут, — ну, что он может увидеть из окна вагона? То-то возмутятся потом местные жители, читая его рассуждения.

Впрочем, как смотреть. Я тоже когда-то проехал не одну тысячу километров по российским железным дорогам. Считал от скуки вагоны встречных товарняков, слушал на рассвете паровозные гудки, протяжные, точно зевота, пил по утрам чай из стаканов с неизменными подстаканниками. Все эти однообразные перроны, разъезды и Богом забытые деревеньки стираются потом из памяти почти бесследно.

Остается впечатление. Там, где дорога проходит вблизи деревень, обязательно выходят к полотну дети. Дождь ли, мороз ли, а две-три неподвижные фигурки непременно торчат, глядят вслед поезду с какой-то неизменной тоской, словно вся жизнь прошла мимо.

Ни разу не замечал я на Западе, чтобы дети так смотрели вслед поезду
.

Записан
Oleg
Модератор своей темы
Ветеран
*
Сообщений: 3880



Просмотр профиля
« Ответ #2553 : 13 Января 2019, 22:18:08 »

а теперь немного правды про кобу вместо пропагандистских славословий диктаторам от внучков лагерных вертухаев

Цитата:
http://flib.flibusta.is/b/265818/read
- И возвращается ветер... 1945K скачать: (fb2) - (epub) - (mobi) - Владимир Константинович Буковский

В то время много говорили о внутрипартийной демократии, но для нас это звучало неубедительно. Почему это демократия должна быть только внутрипартийной? Что же, все остальные — не люди, что ли? Мы же не выбираем партию, они сами себя выбирают. И выходит, те самые люди, которые и породили, и поддерживали Сталина, опять берутся устанавливать высшую справедливость путем демократии внутри себя? Они опять будут говорить от лица народа, который их на это не выбирал. Те же негодяи, которые тридцать лет врали нам о Сталине, будут и дальше врать о партийной демократии. Кто же в нее поверит? Да ведь и ничего, ровным счетом ничего не изменилось — если сейчас, временно, не убивают миллионы людей, то где гарантия, что этого не случится завтра? Система та же, и люди те же. Даже никто не наказан, никого не судили.

А кого судить? Виновны все — и те, кто убивал непосредственно, и те, кто отдавал приказы, и те, кто одобрял, и даже те, кто молчал. Каждый в этом искусственном государстве выполнял ту роль, которую ему отвели и за которую платили, — большой кровавый спектакль. Ну, вот хотя бы мои родители — скромные, тихие, честные люди. Но они журналисты, они создают ту самую пропаганду, которая так подло обманула меня и которая была призвана оправдывать убийства или замалчивать их. Один большой очерк отца понравился Сталину, и по его личному распоряжению его приняли в Союз писателей — он стал писателем. Это было совсем недавно, словно вчера. Все радовались и поздравляли его. Очерк передавали по радио, печатали в «Правде», издали отдельной книгой. Чему же было радоваться? Он исполнил свою подсобную роль, и главный палач наградил его. Какое мое дело, чем они оправдывали свое соучастие. Может быть, даже тем, что им нужно кормить меня.

А я сам, разве я был лучше? Мало того, что я ел их хлеб, — я еще был пионером, я участвовал в работе этой страшной машины, продукцией которой были либо трупы, либо палачи. Разве мне легче оттого, что я не понимал этого тогда? Разве легче человеку, если он узнает, что случайно, без умысла стал соучастником убийства? Вспомнился мне Иосиф, за которого я не вступился, и Ульянов, которого я терзал его однофамильцем. Так бы и шел, наверное, от ступеньки к ступеньке, из пионеров в комсомольцы, затем в партию, как из класса в класс. Лет через сорок, может быть, приветливо махал бы рукой с трибуны народным массам или подписывал ордера на арест. А под старость мои же дети сказали бы мне: «Где ты был? Почему молчал? Как ты мог допустить все это?» И мой кусок хлеба стал бы им поперек горла.
...
Частная собственность — это награблено у трудящихся, значит; грабь награбленное! Рассуждая строго по-ленински, почему не оправдать убийство? Ведь человек — смертен, почему не убить его сейчас, все равно ж умрет? Недаром у него была четверка по логике.

И вся его тактика как на ладони; сначала вместе со всеми съесть одних, потом с оставшимися — других, затем — третьих, и так, чтобы остаться в конечном итоге со слабым противником. А кто высший судья? Кто единственно знает, в чем интересы народа? Только он — все остальные предатели. Так чего ж нам обижаться на Сталина? Он был всего лишь послушный ученик. И посмотрите, как прилежно они ели друг друга. Сегодня — палач, завтра — жертва. Вот так, вплоть до Сталина — его уже посмертно съели. Так что читайте, господа, классиков марксизма-ленинизма! Хоть в туалете читайте, если времени жалко. Очень просвещает.
...
«Как же так? — думал я. — Какой-то несчастный школьный журнальчик без всякой политики, и уж весь зверинец переполошился, вплоть до ЦК. Значит — боятся. Значит — это для них самое опасное. Стало быть, это сейчас и нужно». Одно дело теоретически знать, что нет свободы печати, свободы слова, другое дело — убедиться в этом на практике. Разве есть гарантия, что не вернутся сталинские времена, если за пустяковый журнальчик дают выговоры, выгоняют с работы и запрещают учиться? А потом опять будут говорить, что никто не знал и все боялись? Так-то все и начинается.

Любопытное это было время, и чем дальше оно уходит, тем труднее становится правильно оценить его. Теперь говорят «хрущевская оттепель». А что это значило в действительности? Что, собственно, сделал Хрущев? Осудивши Сталина и чуточку показав кухню государства, кухню людоедов, он тотчас испугался сам и затрубил отбой. Счастье еще, что успели выпустить заключенных, — и то, как узнал я впоследствии, благодарить за это надо не столько Хрущева, сколько Снегова.

Близкий друг Хрущева по старым временам, Снегов сам сидел в концлагере и был выпущен Хрущевым, как только тот пришел к власти. По убеждениям Снегов был коммунистом, коммунистом и остался, несмотря на лагеря, на пережитый им террор и увиденную изнанку социализма. Это не удивляет меня. Люди старшего поколения, особенно помнившие досталинские времена, не так легко отождествляли идеи коммунизма с личностью Сталина, как мы. Казалось им, что если б не Сталин, исказивший светлые ленинские идеи, то все было бы прекрасно. Трудно им было понять, насколько Сталин со всеми своими зверствами органично вытекает из ленинских идей, из самой идеи социализма. Не случайно оказался он таким всемогущим и бесчеловечным, не случайно партия выдвинула и поддержала именно его.

К тому же людям старшего поколения, осуждавшим очевидные сталинские преступления, трудно было усомниться в правильности самих идей — идей, ради которых они жили и сами участвовали в расправах над классовым врагом. Так глубоко их отрицание зайти не могло — какой-то психологический закон самосохранения заставлял их верить, что виноват один Сталин, но не они. Не может человек, прожив жизнь, осознать под конец, что вся жизнь, все, во что он верил, было ошибкой — более того, преступлением.

Даже нам, пережившим разоблачение Сталина в 14–15 лет, это далось нелегко, осталось травмой на всю жизнь, а люди старше нас лет на 10–15 уже не могли очухаться, совершить такое психологическое самоубийство. Поэтому в 50-е годы, ныне именуемые «хрущевской оттепелью», господствующая идея оставалась коммунистической в ее более либеральном варианте: Ленин оставался для них авторитетом, югославский социализм — образцом правильного воплощения правильных идей, и все их новаторство дальше Тито не шло.

Но Снегов, несмотря на свою коммунистическую веру, усвоил в лагерях арестантскую психологию, этику заключенных. Когда Хрущев назначил его своим заместителем в комиссии по реабилитации, он за пару лет пребывания в этой должности, понимая всю неустойчивость создавшейся ситуации, спешил освободить как можно больше людей. Он успел сделать сверхчеловечески много, и, когда его сняли, практически никто уже не оставался в лагерях — не более нескольких десятков тысяч. При нем же был установлен самый мягкий за всю историю страны режим в лагерях, и до сих пор старые зэки вспоминают это время, как сказку, как Золотой век. Ходят легенды о коммерческих столовых, где можно было за деньги поесть, как на воле; о том, что работать не заставляли, но почти все работали сами, так как платили деньги. Теперь все это кажется невероятным.

К началу 60-х годов, однако, все уже кончилось. Золотой век продолжался всего года три-четыре. Для Хрущева это было лишь политической игрой, борьбой с противниками в ЦК, больше него связанными со сталинскими репрессиями. Вся старая налаженная пропагандистская машина сталинских времен была в растерянности. Никто не знал: что будет разрешено завтра, как понимать критику культа личности, где границы этого понятия? Проскочило в печать несколько критических книг, но и тут была половинчатость: можно было критиковать жизнь сталинского времени, но не позже (и не основы!); секретарь райкома уже мог оказаться отрицательным персонажем, но секретарь обкома непременно оказывался положительным и к концу романа устанавливал хрущевскую справедливость. Власть КГБ, хоть и урезанная, оставалась огромной, политические аресты не прекращались, просто сократился их масштаб. Заслуга ли это Хрущева и его «оттепели»? Думаю, такое мнение ошибочно.

Массовый политический террор прекратился прямо со смерти Сталина и больше уже не возобновлялся. Дело здесь не в Сталине и не в Хрущеве: массовый террор был просто невозможен — сработал инстинкт самосохранения правящей верхушки. Неумолимая логика террора такова, что он, разрастаясь, становится неуправляемым и оборачивается, как правило, против самих террористов. Никто не был гарантирован от пули: расстреляв в 20—30-е годы всех политических противников и классовых врагов, коммунисты уже не могли остановить террора, и он стал орудием внутрипартийной борьбы и тотального подавления, он стал необходим партии, чтобы жить и править. Вдруг оказалось, что две трети делегатов XVII съезда партии — враги, и их расстреляли, а к концу 40-х годов сменился практически весь состав политбюро.

Позже я встретил человека, история которого хорошо иллюстрирует механику этого разбега. Дело происходило в 47-м году. Человек этот, полковник бронетанковых войск, был арестован по ложному доносу и обвинен в измене родине. Никаких доказательств его вины не существовало, да никто их и не искал. Все, чего хотели от него следователи, — это получить новые имена, новые жертвы. От него требовали только назвать, кто его завербовал в иностранную разведку, и жестоко пытали. Он же согласен был подписать любую нелепость против себя, но не мог оговорить своих ни в чем не повинных знакомых. Наконец, чувствуя, что больше ему не вытерпеть пыток, и боясь в беспамятстве подписать ложный донос против кого-нибудь, он сделал неожиданную для самого себя вещь.

Допросы и пытки проводили три следователя КГБ — старший и два помощника. Очередной раз, когда от него опять требовали назвать завербовавших его врагов, он вдруг указал пальцем на старшего следователя: «Ты! — сказал он. — Ты же, сволочь, меня и завербовал! Помнишь? На маневрах, под Минском, в тридцать третьем году, у березовой рощи!» — «Он бредит, сошел с ума, уведите его!» — сказал старший следователь, «Нет-нет, отчего же уводить? — сказали заинтересованно двое остальных. — Это очень любопытно, пусть говорит дальше». Больше он этого старшего следователя не видел — должно быть, его расстреляли. Один из помощников стал старшим, дело быстро окончили, и моего знакомого отправили в лагерь с четвертаком.

Легко понять, что, как только безумие массового террора приостановилось смертью Сталина, охотников возобновить его не нашлось. Теперь же, по прошествии стольких лет, когда в силу естественных причин сменился и карательный аппарат, и правящая верхушка, вернуться к тем временам просто невозможно: система бюрократизировалась, обросла жирком, да и невозможно вернуть теперь ту атмосферу всеобщей шпиономании и подозрительности. Точно геологический процесс образования материка, начавшись землетрясениями и извержениями лавы, этот строй постепенно твердел, окаменевал и достиг того состояния, когда изменения перестали быть возможными — никто их не хочет.

Народ не хочет больше революций и борьбы — он инстинктивно знает, что революция не даст ему ничего, кроме неисчислимых бедствий, крови, голода и новой тирании. Правители же не хотят больше террора и потрясений, которые неизбежно уничтожат их самих. Потому не назвал бы я начало этого процесса оттепелью, а скорее остыванием, окаменением.

И все-таки оттепель, оттаивание в конце 50-х и начале 60-х годов существовали, да только не хрущевские и не сверху, а в умах самих людей, в их настроениях. Пережив весь этот кошмар, люди нуждались в передышке для осмысления происшедшего. Этот процесс отчасти захватил и вел самого Хрущева, а не наоборот. После кульминации 56-го года Хрущев только тем и занимался, что пытался противодействовать этому процессу, этой самой оттепели.

Судьба этого человека трагична и поучительна. Конечно, после того шока, который дало нам всем разоблачение Сталина, ни один коммунистический вождь никогда уже любим народом не будет и ничего, кроме насмешек да анекдотов, не заслужит. Но никто, видимо, и не вызовет столь единодушной и лютой ненависти, как Хрущев. Все раздражало в нем людей. И его неумение говорить, неграмотность, обычная для всех коммунистических правителей до него и после.

И его толстая ухмыляющаяся рожа — кругом недород, нехватка продуктов, а он ухмыляется, нашел время веселиться! И его поездки за границу, его лихорадочное и мелкое реформаторство — словом, всё, любые его начинания вызывали только злобу и насмешки. Понять это нетрудно. До него был тот же голод, несвобода, страх, безысходность, но была вера в усатого бога, которая заслоняла все. Он отнял эту веру, и, хотя очевидность сказанного им ни у кого сомнений не вызывала, вся горечь, вся ненависть, вызванная смертью бога, обрушилась на Хрущева.

Более того, лишив людей иллюзий, он позволил им оглянуться, увидеть реально всю свою жизнь, и, точно до него не было всей этой жизни, тотчас же он оказался во всем виновен. Вдруг стала очевидна нежизнеспособность всей системы, некомпетентность руководства. Главное же, он ничего не изменил по существу: не искоренил сталинизма, не исправил хозяйства, не дал настоящей свободы, а вместо всего этого вновь попытался продать людям те же иллюзии, которые только что столь наглядно были разоблачены.

Его наивные обещания коммунизма к 1980 году вызывали только смех. Думаю, он был последним коммунистическим правителем, который действительно верил в возможность построить коммунизм и пытался осуществить это. Но никому его коммунизм был уже не нужен, никто, кроме него, в такую возможность уже не верил. Всем был настолько очевиден обман, что даже кроты прозрели.

Наконец, он был лишь скверной пародией на Сталина. Не сломав старой системы, он оказался ее жертвой, и постепенно вместо культа личности обожаемого Сталина люди получили культ личности ненавистного Хрущева. Было очевидно, что порочна вся система, которая не может просуществовать без культов. Его авантюрная внешняя политика, немногим, впрочем, отличающаяся по существу от предыдущей или последующей, также не снискала ему сторонников: двойственность, половинчатость его линии просто исключала возможность успеха.

С одной стороны — искусственно вызванные им берлинский и карибский кризисы, широкая подрывная деятельность против свободного мира, явное стремление к гегемонии. С другой — демагогические призывы к миру, к разоружению, к сотрудничеству и торговле, которым даже наивные западные люди под конец перестали верить. Поэтому, когда его сняли наконец, у него совершенно не оказалось сторонников.

Удивительно: человек десять лет правил и не нажил ни одного сторонника. Лишь очень немногие люди в Москве, усматривая в Хрущеве гарантию против возвращения сталинизма, жалели о нем. Некоторые полагали, что в его лице осуществилась вековая мечта русского народа иметь на престоле Иванушку-дурачка, но более сведущие говорили, что скорее его можно сравнить с Распутиным.

Забавно, однако, что начавшийся при нем процесс внутреннего оттаивания людей происходил, видимо, и в нем самом. Люди, видевшие его после отстранения от власти, рассказывали, что он сильно изменился, тяжело переживал всеобщую неблагодарность и, будучи не у власти, очень скоро усвоил точку зрения общества. Помню, уже в семидесятом году собрались мы у Якира подписывать очередную петицию в защиту Солженицына — в связи с присуждением ему Нобелевской премии. Как водится, Якир сидел на телефоне и обзванивал всю Москву, собирая подписи знакомых. Тут кто-то в шутку предложил ему позвонить Хрущеву — ведь по его распоряжению впервые опубликовали Солженицына. Сказано — сделано. К телефону подошла Нина Петровна, а потом и сам Никита.
Записан
Oleg
Модератор своей темы
Ветеран
*
Сообщений: 3880



Просмотр профиля
« Ответ #2554 : 13 Января 2019, 22:19:41 »

->
Цитата:
«Вы слышали новость?» — спросил Якир. «Какую?» — «Ну как же, Солженицыну дали Нобелевскую премию!» — «А как же, как же, — оживился Никита, — слышал, конечно. Я теперь все новости узнаю по Би-Би-Си». — «И как вы это оцениваете? Ведь вы первый разрешили его напечатать». — «Да, помню, Твардовский сказал мне, что это высокохудожественное произведение. Я ему поверил. — И, помолчав, добавил: — Что ж, Нобелевскую премию зря не дадут».

Конечно, мы не решились просить его подписать нашу петицию, но, думаю, проживи он лет десять не у дел, непременно оказался бы в числе подписантов. Двигался он явно в этом направлении, и его мемуары, конечно, вовсе не были делом случая.

Так или иначе, а атмосфера тех лет была весенней, полной надежд и ожиданий: фестиваль в Москве, затем выставка США — первые за всю нашу историю ласточки с Запада — разбили напрочь вбивавшиеся в нас мифы. Смешно было говорить о «загнивающем капитализме». По своей важности эти события можно поставить рядом с разоблачением Сталина. Неожиданное сближение с Югославией и начинающаяся ссора с Китаем; иностранные туристы; редкие, но все-таки достижимые импортные товары.

Москва преображалась на глазах: вместо уголовного трущобного города моего детства, с бандами подростков в сапогах, плащах и кепках с разрезом, возникал город, жители которого толпились в книжных магазинах, набивались в залы, где выступали поэты, ломились в театр «Современник», а из окон домов по вечерам несся уже не Утесов, а джаз и рок-н-ролл, купленные тайно с рук. Переписывали его с радиоприемников на рентгеновские пленки, и эти «пластинки» миллионами раскупались у предприимчивых людей. Если смотреть на свет, на них видны были изображения чьих-то грудных клеток. Так это и называлось: «Рок на костях». Подростки начинали обзаводиться узкими штанами, такими узкими, что залезть в них было геройским делом. И хоть комсомольцы-дружинники ловили их поначалу, били, резали брюки ножницами, все-таки пробивалась эта мода, и скоро вся комсомолия щеголяла в таких же.

На Садовом кольце, по маршруту троллейбуса «Б», промышлял нищий. Он входил в троллейбус, снимал кепку и говорил громко, ни к кому конкретно не обращаясь: «Дорогой товарищ Тито, ты теперь нам друг и брат! Как сказал Хрущев Никита, ты ни в чем не виноват. Помогите борцу за ослабление международной напряженности!» И ему, конечно, подавали щедрой рукой.

А по всей Москве в учреждениях и конторах пишущие машинки были загружены до предела: перепечатывались для собственной потребы или для друзей стихи Гумилева, Мандельштама, Ахматовой, Пастернака. И было такое чувство, словно понемножку, осторожно все расправляют затекшие от долгого сидения члены, пробуют шевелить конечностями, переменять позу, а все тело от этого покалывает будто тысячами иголочек. Ничто вроде бы уже не держит — можно и встать, да отвыкли, отучились стоять на двух конечностях.
...
В сталинские времена попасть в психбольницу вместо лагерей считалось чуть ли не спасением, и некоторые врачи-психиатры сознательно спасали там людей. Во все времена, правда, требовалось там каяться, признавать вину и соглашаться с диагнозом. Требовалось признать, что совершил преступление под действием болезни, но благодаря пребыванию в больнице это состояние прошло. Без такого признания врачи не могли выписать, а суд — освободить: нечем было доказать, что больной действительно больше не опасен.

Но в сталинские времена это обстоятельство мало кого смущало: на следствии из людей и не такие признания выбивали. Мало кого смущало и звание сумасшедшего. Напротив, в условиях террора это просто спасение — сумасшедшего, по крайней мере, не расстреляют. Один только Вольпин, который патологически не мог лгать, придумывал какую-то сложную логическую формулировку, позволявшую ему, формально что-то признавая, фактически ничего не признавать. Словом, какой-то логический компромисс, который его удовлетворял.

Упрямиться же откровенно считалось опасным: такого человека могли записать в хроники, то есть счесть хронически больным, и отправить в колонию для хроников, в Сычевку, откуда уже не выходили. Кроме этой Сычевки, было по стране только три спецбольницы: в Ленинграде, Казани и Рыбинске. Последняя — для заболевших уже в лагере.

Как раз незадолго до моего ареста Хрущев где-то заявил, что у нас в СССР нет больше политзаключенных, нет недовольных строем, а те немногие, кто такое недовольство высказывает, — просто психически больные люди. Редко кто тогда серьезно отнесся к словам Хрущева — мало ли какую чепуху он болтал… Однако это оказалось не просто очередной шуткой премьера, а директивой и означало поворот в карательной политике. Хрущеву, разоблачившему сталинские преступления, невозможно было вновь вернуться к временам террора, к показательным процессам и массовым арестам. Внутри страны, а особенно за границей это вызвало бы слишком резкую реакцию. Вместе с тем он панически боялся той самой оттепели, которая, по злой иронии истории, до сих пор носит его имя. Расшаталась партийная дисциплина, появились какие-то неомарксисты. Поди суди их показательным судом — крику не оберешься. Да и как организовать такие процессы, если не применять пыток? Возвращать же вновь сталинское время в его полном масштабе Хрущев и не мог, и не хотел. Все понимали, чем это кончится.

Было у Хрущева и еще одно важное соображение. Он всерьез собирался строить коммунизм, а это означало: полностью исчезнет церковь; вернется идеологическое единство, достигнутое Сталиным путем террора; само собой, без особых затрат, возникнет изобилие; исчезнет преступность и постепенно отомрет государство. Но если с церковью было сравнительно просто — закрыть, и все, если изобилия он всерьез надеялся достигнуть химизацией, распространением кукурузы и технической помощью Запада, то с преступностью была загвоздка. Она не только не уменьшалась, но, напротив, росла. О единстве и говорить не приходилось: только что прошли восстания в Александрове, Муроме, Новочеркасске. Разболталась и интеллигенция. Как быть?

Строго следуя марксистско-ленинскому учению, вывел Хрущев, что при социалистическом строе не может быть антисоциалистического сознания у людей. Сознание определяется бытием, и логически не могло быть преступности в обществе кукурузного изобилия. Не могло быть и какого-нибудь инакомыслия. Вывод напрашивался самый простой: где эти явления нельзя объяснить наследием прошлого или диверсией мирового империализма, там просто проявление психической болезни, а от этого, как известно, одним коммунистическим бытием не излечишь. По всем подсчетам получалось у Хрущева, что к 1980 году он действительно сможет показать последнего преступника. (Последнего сумасшедшего он показывать не обещал.)

Уже объясняли студентам-юристам на лекциях, что профессия их отмирающая, и набор на юридические факультеты сокращался. Скоро государству не понадобятся услуги юристов, а их обязанности перейдут частично к товарищеским судам, частично — к психиатрам. Кое-где по стране пошли закрывать тюрьмы — это наследие мрачных времен царизма, а специальные психиатрические больницы стали расти как на дрожжах. О церквах было принято специальное постановление ЦК — сломать их в течение десяти лет. Интеллигенцию слегка приструнили Идеологическим пленумом. КГБ же вместо сталинского тезиса об обострении классовой борьбы получил новую идеологическую установку — об обострении психических заболеваний по мере построения коммунизма.

У КГБ были свои трудности. Во все времена, даже в самый разгар сталинского беззакония, требовали от них, чтобы арестованные признавали свою вину, раскаивались, идейно разоружались и осуждали свои заблуждения. Тогда это достигалось сравнительно легко: битьем, ночными допросами, пытками. Теперь же наступили времена послесталинского гуманизма: бить и пытать подследственных не разрешали. И если не удавалось запугать, уговорить или чем-то шантажировать подследственного, то выходило, что следователь не справился со своей работой, не смог идейно разоружить противника.

Два-три таких неудачных дела, и можно было вылететь из КГБ за неспособность. Особенно же скверно, если не хотел каяться какой-нибудь известный человек, или неомарксист, или верующий. Ну, как его пускать на суд? Совсем некрасиво. Изменилось и количественное требование: если раньше нужно было хватать как можно больше контрреволюционеров, шпионов, диверсантов и прочих врагов народа, то теперь каждый такой случай рассматривался наверху как недостаток воспитательной работы среди масс, и местное партийное руководство, а с ним вместе и КГБ, могло схлопотать выговор за нерадивость. Другое дело, если псих, — тут уж никто не виноват.

И если бы все шло по генеральному плану партии, то исчезла бы у нас преступность полностью, а вместо массового террора, шпиономании и других ошибок культа личности глядели бы мы друг на друга с опаской — псих или не псих? Десятки миллионов временно заболевших граждан, включая некоторых членов политбюро, после непродолжительного лечения вновь вливались бы в здоровые ряды строителей коммунизма. И, кто знает, может быть, настали бы такие времена, когда две трети какого-нибудь XXVII съезда нужно было бы слегка подлечить от вялотекущей шизофрении.

Пока что, однако, все было довольны: и КГБ, и партийное начальство, и Хрущев, и психиатры, и мы сами. Несколько десятков человек — почти все, кто был в это время арестован по политическим обвинениям, — оказались психами, и почти все радовались: не попадем в концлагерь. Было, правда, несколько исключений. Некто Ковальский, сам врач-психиатр из Мурманска, арестованный за антисоветскую пропаганду, как и большинство нас, совсем не радовался. «Дурачки, — говорил он, — чему вы радуетесь? Вы же не знаете, что такое психиатрическая больница». И может быть, чтобы показать нам это наглядно, а может, просто ради забавы, он начал доказывать нам, что мы действительно психи. Прежде всего потому, что оказались в конфликте с обществом. Нормальный человек к обществу приспосабливается. Затем потому, что ради глупых идей рисковали свободой, пренебрегали интересами семьи и карьерой.

— Это, — объяснял он, — называется сверхценной идеей. Первейший признак паранойяльного развития личности.
— Ну, а ты, ты сам — тоже псих? — спрашивали мы.
— Конечно, псих, — радостно соглашался он, — только я уже это осознал и поэтому почти выздоровел, а вы еще нет, вас еще предстоит лечить.

Наши эксперты рассуждали прямо по этой схеме. Своего ведущего врача я видел раза два — не больше, и она говорила примерно то же. Затем вызвали меня на комиссию и там задавали всё те же вопросы: почему я оказался в конфликте с обществом, с принятыми у нас нормами жизни, почему мои убеждения кажутся мне важнее всего — важнее свободы, учебы, спокойствия матери? Вот, например, ходил я на эту самую площадь Маяковского. Ведь я же знал, что это запрещено, ведь нас предупреждали. Почему же я продолжал ходить туда? Почему не стал учиться в университете?

На самом деле ответить на эти вопросы не так просто. Если сказать, что в моем конфликте с обществом виновато общество, получается: все кругом меня не правы — один я прав. Ясное дело, я выходил сумасшедший. А что сказать насчет убеждений? Кто-то из ребят привел пример Ленина, который тоже был в конфликте с обществом и ради своих убеждений попал в ссылку. Но для психиатра это не объяснение, и все, что получишь в результате такого ответа, — запись в истории болезни: «Страдает манией величия, сравнивает себя с Лениным». Как ни крути, любой нормальный искренний ответ лишь доказывает твою болезнь. А уж если говоришь о преследованиях КГБ, мания преследования неминуема. И даже, когда меня под конец спросили, считаю ли я себя больным, мой отрицательный ответ тоже ничего не доказывал: какой же сумасшедший считает себя сумасшедшим?

Мы же еще больше облегчали задачу врачам, сами того не понимая, потому что вели самую веселую жизнь в своем политическом изоляторе в четвертом отделении Института Сербского. После стольких месяцев камерной жизни и полной лефортовской изоляции видеть сразу столько единомышленников, привезенных со всех концов страны, обмениваться новостями, анекдотами и шутками было просто праздником. Каждый рассказывал о своем деле, о друзьях, о планах, и многим даже в голову не приходило, что старухи санитарки все это мотают на ус и докладывают врачам. Я, помнится, забавы ради пересказал ребятам книжку о хиромантии, которую прочел перед арестом, и только потом узнал, что это тоже оказалось симптомом моей болезни. Затем один из ребят, Серега Климов, объявил голодовку по каким-то своим причинам. Его не изолировали несколько дней, и он продолжал лежать в той же камере, где мы все ели за столом. Наконец мы возмутились и тоже объявили голодовку полным составом, потребовали его изолировать, чтобы он не мучился, глядя, как мы едим. И эта наша голодовка тоже оказалась симптомом болезни.

Впрочем, мы нисколько не боялись оказаться психами — напротив, были этому рады: пусть эти дураки считают нас психами — вернее, наоборот, пусть эти психи считают нас дураками. Мы вспоминали все книги о сумасшедших: Чехова, Гоголя, Акутагаву и, конечно же, «Бравого солдата Швейка». От души хохотали над врачами и над самими собой.

Только один из нас — Аркадий Синг — воспринял все это трагически. Он был индус по происхождению, но с детства жил в СССР, в Свердловске. Работал инженером. Лет двадцать не мог он получить квартиру и ютился с женой где-то в подвале. Наконец, совершенно потеряв терпение и надежду, он сделал плакат «антисоветского содержания» и с ним пошел к обкому партии. Вокруг него собралась большая толпа: кто сочувствовал, кто просто любопытствовал узнать, что выйдет. Толпа росла, и получилось уже что-то вроде демонстрации. Власти заволновались, вежливо пригласили Аркадия войти в обком, дружески побеседовали, обещали дать квартиру, а затем вывели через черный ход, посадили в машину — якобы чтоб не возбуждать толпу — и отвезли прямо в тюрьму КГБ.

И этот вот Синг, когда узнал, что его признали сумасшедшим, чуть действительно с ума не сошел. «Как же так? — рассуждал он. — Меня же смотрели врачи-специалисты. Они лучше знают. И если они установили, что я сумасшедший, значит, так оно и есть. Я просто сам этого заметить не могу». Он постоянно спрашивал нас, не замечаем ли мы за ним каких-нибудь странностей, надоедливо рассказывал, какие он обнаружил у себя симптомы, и так нервничал, что по всему телу у него пошла экзема.

Любопытно, что в это же время было на экспертизе несколько человек по хозяйственным делам и хищениям, но ни один из них больным признан не был.

К осени всю нашу веселую компанию политпсихов отвезли в Лефортово, и тут выяснилось первое неприятное обстоятельство: на суд никого из нас пускать не собирались, всех судили заочно. Рухнули мои надежды увидеть своих судей, высказать им все, что накипело. Оправдываться я не собирался — я собирался обвинять. И готовился сделать так, чтобы этот суд им дорого обошелся. Теперь же получилось, что они опять безнаказанно расправились со мной, и это бессилие было хуже всего.

Хотя формально, по закону, суд должен был проходить в полном объеме: с допросами свидетелей и рассмотрением доказательств, — фактически процедура занимала не больше часа. Зачитали обвинение, затем заключение экспертов и вынесли постановление о направлении на принудительное лечение бессрочно. Узнал я об этом только от матери, когда пустили ее на свидание в сентябре. Свидание было коротенькое, всего час, и то в присутствии надзирателя, все время прерывавшего разговор. Происходило оно в комнате, разделенной широким столом. С одной стороны стола — я, с другой — мать. Передавать что-нибудь или даже прикасаться друг к другу строго запрещалось. Мать была напугана всей этой обстановкой и еле-еле осмеливалась говорить. С трудом я успокоил ее как мог. Сам же буквально корчился от бессильной злости.

Итак, официально я уже считался больным, не ответственным за свои поступки, однако никто не спешил отправлять меня в больницу — все мы продолжали сидеть в Лефортове. Говорили, что нет еще наряда в больницу, да и в больнице нет свободных мест. Лишь к концу года, в декабре, отправили нас — кого в Ленинград, кого в Казань. Тяжелая это вещь в тюрьме — расставанье с теми, с кем успел сдружиться. Как знать, увидимся ли еще…
« Последнее редактирование: 14 Января 2019, 06:11:16 от Oleg » Записан
Oleg
Модератор своей темы
Ветеран
*
Сообщений: 3880



Просмотр профиля
« Ответ #2555 : 14 Января 2019, 00:58:11 »

add
мог купить учитель при Сталине?
Сталин, выступавший против хороших зарплат врачам и учителям, сказал: "Хорошего врача и хорошего учителя народ сам прокормит! "

<a href="https://www.youtube.com/v/ME72JvGbgwQ" target="_blank">https://www.youtube.com/v/ME72JvGbgwQ</a>

Цитата:
http://doctorpiter.ru/articles/3583/

Хороший врач:

1. Приходит на работу на час раньше, и вы его всегда можете застать по пути на вашу работу.

2. Уходит с работы на несколько часов позже, и вы его всегда можете застать по пути с вашей работы.

3. В любой момент и в любом месте (на улице, в автобусе, в магазине…) к нему можно обратиться и получить исчерпывающую консультацию.

4. В любое время суток ему можно позвонить и получить исчерпывающую консультацию.

4а. Охотно раздает всем желающим номера своего мобильного и домашнего телефонов со словами: "Звоните в любое время!"

5. В любое время суток можно зайти к нему домой и получить исчерпывающую консультацию.

5а. Всегда бывает дома (если только не на работе!)

6. Работает без отпусков.

6а. Если и берет отпуск, то может прийти на работу по первому Вашему звонку.

7. Категорически отказывается от предлагаемых ему конвертов, коньяков, конфет и взаимных услуг.

7а. Делает это настолько категорически, что ему с определенного времени уже и не предлагают.

8. Готов прийти на работу в любое время суток. Похоже, он никогда не устает и никогда не спит. Впрочем, кого это интересует?

9. Улыбается вам вне зависимости от того, что ему наговорил предыдущий пациент.

10. И вообще — он свой парень. Его похлопаешь по плечу, скажешь: "Док, надо!" — и он все сделает.

11. Одинокий (ведь семья отнимает его время у пациентов).

12. Желательно, чтобы и не тратил время на создание семьи.

13. Желательно — робот. Чтобы не уставал, не спал, не ел, работал от сети или батарейки, не болел и не расстраивался при хамском с ним обращении.

14. С помощью недорогих лекарств (а то и вовсе без них) быстро и навсегда вылечивает любую хворь, сколь долго бы она не развивалась до момента обращения.

15. При назначении лечения в обязательном порядке использует фармакологические познания пациента.

16. При назначении лечения в обязательном порядке использует опыт пациента по применению им народных средств в лечении его знакомых.

17. Обладает рентгеноскопическим зрением и потому не нуждается в дополнительных методах обследования.

18. Не требует обновления инструментария, так как все необходимые инструменты уже встроены при рождении ему в пальцы и обладают способностью к самообновлению, как ногти.

18а. А чтобы врач не использовал такой дар в нерабочее время в своих корыстных целях — оформить это дело в виде съемных перчаток (после работы сдаются под расписку начмеду).

19. В течение любого приема или визита обладает неограниченным запасом времени для выслушивая:

накопившихся у пациента политических соображений
воспоминаний о юности
забавных историй о происшествиях с соседями.
20. Во время беседы не сводит глаз с пациента, благожелательно улыбаясь и вставляя изредка одобрительные междометия, время от времени меряет давление и постоянно контролирует пульс.

21. Никогда не ест, а потому не имеет перерыва даже для принятия пищи, уже не говоря об обеденном перерыве.

22. В силу отсутствия потребности в еде и во сне, а также семьи, живет в больнице.

23. И выбранный Вами врач, и его коллеги не имеют дней рождения и других стоящих отмечания событий.

24. Не нуждается в зарплате. А на кой она ему, если он клятву давал?
!
Записан
Oleg
Модератор своей темы
Ветеран
*
Сообщений: 3880



Просмотр профиля
« Ответ #2556 : 14 Января 2019, 01:15:18 »

Цитата:
https://aillarionov.livejournal.com/109798.html

Общее и различия - Андрей Илларионов

У Гитлера – красный флаг.
И у Сталина – красный флаг.

Гитлер правил от имени рабочего класса, партия Гитлера называлась рабочей.
Сталин тоже правил от имени рабочего класса, его система власти официально именовалась диктатурой пролетариата.

Гитлер ненавидел демократию и боролся с ней.
Сталин ненавидел демократию и боролся с ней.

Гитлер строил социализм.
И Сталин строил социализм.

Гитлер считал свой путь к социализму единственно верным, а все остальные пути – извращением.
И Сталин считал свой путь к социализму единственно верным, а все остальные пути – отклонением от генеральной линии.

Соратников по партии, которые отклонялись от правильного пути, таких как Рем и его окружение, Гитлер беспощадно уничтожал.
Сталин тоже беспощадно уничтожал всех, кто отклонялся от правильного пути.

У Гитлера – четырехлетний план.
У Сталина – пятилетние.

У Гитлера – одна партия у власти, остальные в тюрьме.
И у Сталина – одна партия у власти, остальные в тюрьме.

У Гитлера партия стояла над государством, страной управляли партийные вожди.
И у Сталина партия стояла над государством, страной управляли партийные вожди.

У Гитлера съезды партии были превращены в грандиозные представления.
У Сталина съезды партии были превращены в грандиозные представления.

Главные праздники в империи Сталина – 1 мая, 7-8 ноября.
В империи Гитлера – 1 мая, 8-9 ноября.

У Гитлера – Гитлерюгенд, молодые гитлеровцы.
У Сталина комсомол – молодые сталинцы.

Сталина официально называли фюрером, а Гитлера – вождем.
Простите, Сталина – вождем, а Гитлера – фюрером.
В переводе – это тоже самое.

Гитлер любил грандиозные сооружения. Он заложил в Берлине самое большое здание мира - Дом собраний. Купол здания – 250 метров в диаметре. Главный зал должен был вмещать 150-180 тысяч человек.
И Сталин любил грандиозные сооружения. Он заложил в Москве самое большое здание мира – Дворец Советов. Главный зал у Сталина был меньше, зато все сооружение было гораздо выше. Здание высотой 400 метров было как бы постаментом, над которым возвышалась стометровая статуя Ленина. Общая высота сооружения – 500 метров. Работа над проектами Дома собраний в Берлине и Дворца Советов в Москве велась одновременно.

Гитлер планировал снести Берлин и на его месте построить новый город из циклопических сооружений.
Сталин планировал снести Москву и на ее месте построить новый город из циклопических сооружений.

Для Германии Гитлер был человеком со стороны. Он родился в Австрии и почти до самого момента прихода к власти не обладал германским гражданством.
Сталин для России был человеком со стороны. Он не был ни русским, ни даже славянином.

Иногда, очень редко, Сталин приглашал иностранных гостей в свою кремлевскую квартиру, и те были потрясены скромностью обстановки: простой стол, шкаф, железная кровать, солдатское одеяло.
Гитлер приказал поместить в прессе фотографию своего жилища. Мир был потрясен скромностью обстановки: простой стол, шкаф, железная кровать, солдатское одеяло. Только у Сталина на сером одеяле черные полосочки, а у Гитлера – белые.

Между тем, в уединенных местах среди сказочной природы Сталин возводил весьма уютные и хорошо защищенные резиденции-крепости, которые никак не напоминали келью отшельника.
И Гитлер в уединенных местах среди сказочной природы возводил неприступные резиденции-крепости, не жалел на них ни гранита, ни мрамора. Эти резиденции никак не напоминали келью отшельника.

Любимая женщина Гитлера, Гели Раубал, была на 19 лет моложе его.
Любимая женщина Сталина, Надежда Аллилуева, была на 22 года моложе его.

Гели Раубал покончила жизнь самоубийством.
Надежда Аллилуева – тоже.

Гели Раубал застрелилась из гитлеровского пистолета.
Надежда Аллилуева – из сталинского.

Обстоятельства смерти Гели Раубал загадочны. Существует версия, что ее убил Гитлер.
Обстоятельства смерти Надежды Аллилуевой загадочны. Существует версия, что ее убил Сталин.

Гитлер говорил одно, а делал другое.
Как и Сталин.

Гитлер начал свое правление под лозунгом "Германия хочет мира". Затем он захватил половину Европы.
Сталин боролся за "коллективную безопасность" в Европе, не жалел на это ни сил, ни средств. После этого он захватил половину Европы.

У Гитлера – Гестапо.
У Сталина – НКВД.

У Гитлера – Освенцим, Бухенвальд, Дахау.
У Сталина – ГУЛАГ.

У Гитлера – Бабий Яр.
У Сталина – Катынь.

Гитлер истреблял людей миллионами.
И Сталин – миллионами.

Гитлер не обвешивал себя орденами, и Сталин не обвешивал.

Гитлер ходил в полувоенной форме без знаков различия.
И Сталин – в полувоенной форме без знаков различия.

Возразят, что потом Сталина потянуло на воинские звания, на маршальские лампасы и золотые эполеты. Это так. Но Сталин присвоил себе звание маршала в 1943 году после победы под Сталинградом, когда стало окончательно ясно, что Гитлер войну проиграл. В момент присвоения звания маршала Сталину было 63 года. Маршальскую форму он надел впервые во время Тегеранской конференции, когда он встречался с Рузвельтом и Черчиллем. Мы не можем в данном вопросе сравнивать Гитлера и Сталина просто потому, что Гитлер не дожил ни до такого возраста, ни до таких встреч, ни до таких побед.

А в остальном все совпадает.

Сталин без бороды, но со знаменитыми усами.
Гитлер без бороды, но со знаменитыми усами.

В чем же разница?
Разница – в форме усов.А еще разница в том, что действия Гитлера мир считал величайшими злодеяниями.
А действия Сталина, мир считал борьбой за мир и прогресс.

Мир ненавидел Гитлера и сочувствовал Сталину.

Гитлер захватил половину Европы, и весь остальной мир объявил ему войну.
Сталин захватил половину Европы, и весь мир слал ему приветствия.

Для того чтобы Гитлер не смог удержать захваченные в Европе страны, Запад топил германские корабли, бомбил германские города, а затем и высадил на Европейский континент сверхмощную армию.
А для того, чтобы Сталин смог захватить и удержать другую половину Европы, Запад подарил Сталину сотни боевых кораблей, тысячи боевых самолетов и танков, сотни тысяч лучших в мире военных автомобилей, миллионы тонн первосортного топлива, боеприпасов, продовольствия и пр. и пр.

http://suvorov.com/books/poslednaja-respublika-3-1/
http://flib.flibusta.is/b/195794/read - - Разгром (Последняя республика - 3) 1860K - Виктор Суворов



Цитата:
« Последнее редактирование: 14 Января 2019, 01:54:14 от Oleg » Записан
Oleg
Модератор своей темы
Ветеран
*
Сообщений: 3880



Просмотр профиля
« Ответ #2557 : 14 Января 2019, 01:24:20 »

Цитата:
Еще падет обвинение на автора со стороны так называемых патриотов, которые спокойно сидят себе по углам и занимаются совершенно посторонними делами, накопляют себе капитальцы, устроивая судьбу свою на счет других; но как только случится что-нибудь, по мненью их, оскорбительное для отечества, появится какая-нибудь книга, в которой скажется иногда горькая правда, они выбегут со всех углов, как пауки, увидевшие, что запуталась в паутину муха, и подымут вдруг клики:
«- Да хорошо ли выводить это на свет, провозглашать об этом? Ведь это все, что ни описано здесь, это все наше — хорошо ли это? А что скажут иностранцы? Разве весело слышать дурное мнение о себе. Думают, разве это не больно? Думают, разве мы не патриоты?»
На такие мудрые замечания, особенно насчет мнения иностранцев, признаюсь, ничего нельзя прибрать в ответ.
1841 г
© Н.В. Гоголь, «Мёртвые души», т. 1, глава 11

http://flib.flibusta.is/b/391669/read

Цитата:
https://aillarionov.livejournal.com/1006078.html

, https://www.google.ru/ Восстания в СССР

Восстания в СССР - Андрей Илларионов

В последнее время разговор как-то все чаще заходит не просто о гражданском сопротивлении, а о силовом гражданском сопротивлении. Одним из самых очевидных примеров действий такого рода является феномен под названием «восстание».

С одной стороны, даже в нынешних российских вузах, кажется, не боятся регулярно говорить об одном из наиболее естественных прав человека – праве на восстание против криминальной власти. Более того, каждый российский гражданин – как минимум из школьной программы – должен быть знаком с деталями т.н. Октябрьского восстания 1917 г. Последнее, как известно, является, так сказать, родовой купелью не только более чем 70-летнего советского режима, но и в большой степени режима нынешнего, какой, в  свою очередь, не только не разорвал родовую пуповину, связывающую его со своим предшественником, но даже и сильно укрепил ее в последние годы.

С другой стороны, российские граждане, кажется, несопоставимо лучше информированы как о вышеупомянутом Октябрьском восстании, так и о других восстаниях, предшествовавших Октябрьскому, – о восстаниях С.Разина и Е.Пугачева, И.Болотникова и К.Булавина, на крейсере «Потемкин» и в Свеаборгской крепости, Стрелецком бунте и восстании декабристов, даже о польских и чеченских, башкирских и среднеазиатских восстаниях, даже о восстаниях, известных под названием «Первое Земское ополчение 1611 г.» и «Второе Земское ополчение 1612 г.», нежели о восстаниях, последовавших за Октябрьским переворотом (за очевидным исключением Тамбовского и Кронштадтского восстаний), то есть, например, о восстаниях Ижевско-Воткинском и Западно-Сибирском, Вешенском и Вилочном, Чапанном и Слуцком, Кубанском и Таймырском, алтайских и казахских, чеченских и якутских, ямальских и колымских, Воркутинском и Усть-Усинском, Норильском и Кенгирском, на крейсере «Калинин» и эсминце «Сторожевом».

Поэтому нижеследующий список восстаний (увы, неполный и безусловно подлежащий уточнениям, исправлениям, дополнениям) призван прежде всего напомнить о важнейшей части не только отдаленной, но и совсем недавней истории нашей многострадальной родины

Следует упомянуть несколько правил, по которым те или иные события были включены или же не включены в указанный список:

- восстание – это массовая силовая акция, направленная против существующей власти, проводимой ею политики, ее органов, ее представителей;
- для признания восстанием в массовом выступлении должен присутствовать силовой элемент – применение оружия, часто (но не всегда) сопровождаемое жертвами – либо со стороны повстанцев, либо со стороны карателей, либо с обеих сторон;

- мирные выступления (митинги, демонстрации) – какими бы массовыми они ни были, независимо от их целей, в список не включались;
- восстание (выступление) должно быть относительно массовым;
- локальные силовые акции против власти, ее органов и представителей, иногда называемые официальными властями террористическими актами, были включены в список лишь в качестве упоминания их общего числа в отдельные годы;

- восстание направлено непосредственно против властей и/или проводимой ими политики; силовые акции, в том числе массовые, не направленные против власти, их органов, представителей, проводимой ими политики (например, беспорядки, драки, грабежи) в список не включались;
- межэтнические конфликты, не включавшие в качестве своих участников представителей «государствообразующей нации» (русских), например, ингушско-осетинский, абхазо-грузинский, армяно-азербайджанский, в список не включались;

- межэтнические конфликты, включавшие в качестве своих участников представителей «государствообразующей нации» (русских), например, якутско-русский, ненецко-русский, литовско-русский, чеченско-русский, узбекско-русский, таджикско-русский, были включены в список;
- восстания, происходившие во время Гражданской войны 1918-20 гг. и Второй мировой войны 1939-1945 гг. в районах боевых действий и на территориях, прилегавших к театрам военных действий, в список, как правило, не включались;

- в список также не включались силовые акции, проводившиеся гражданами недавно оккупированных стран – Балтии и Польши в ее восточной части (на территории Западной Украины и Западной Беларуси), т.е. «лесными братьями», членами повстанческих группировок ОУН-УПА, а также участниками т.н. «басмаческого движения» после ликвидации коммунистическими властями автономии Кокандского ханства, а также независимости Хивинского ханства и Бухарского эмирата на террритории Средней Азии и Казахстана.

Восстания против Советской власти, ее политики, органов, представителей, 1918-1990 гг.















Тема восстаний безусловно заслуживает детального обсуждения. Сейчас же отметим лишь несколько самых очевидных наблюдений из приведенного выше (подчеркнем еще раз, неполного) списка.

- Восстаний в СССР было много; они происходили гораздо чаще, чем в предыдущие периоды российской истории; число их участников огромно; по сути дела это была (продолжается?) Столетняя гражданская война в России – между античеловеческой властью и народом.

- Некоторые периоды последнего столетия – первая половина 1920-х годов, 1928-32 гг, 1940-е гг. – это по сути дела беспрерывная практически тотальная народная война против коммунистической власти и охранявшей ее госбезопасности.

- Все послеоктябрьские восстания были жесточайшим образом подавлены властями; жестокость подавления восстаний коммунистами и ОГПУ/НКВД/КГБ на порядок превышала жестокость подавления восстаний, например, в Российской империи, хотя и последняя, в свою очередь, воспринималась европейцами вполне варварской;

- Сама Столетняя гражданская война в России и гибель в ней миллионов и десятков миллионов наших сограждан – это чудовищная трагедия нашего народа.

- Массовость участия населения в восстаниях в большой степени зависит от наличия оружия на руках у населения; систематическое изъятие коммунистическими властями и политической полицией оружия у граждан страны обусловило последовательное их политическое, экономическое, личное порабощение.

- В очередной раз подтверждаются старинные максимы:

свободный человек – это вооруженный человек; право на ношение оружия – это неотъемлемое естественное право свободного человека.


- Наконец, последнее: успех восстания при тоталитарном (и, очевидно, жестко авторитарном) режиме определяется не столько на поле боя, сколько в головах лидеров режима, против которого направлено восстание, – насколько эти лидеры готовы к изменению своей политики и своего поведения в виду как мирного, так и вооруженного сопротивления самим себе.

Относительный успех восстаний заключенных концлагерей ГУЛАГа 1953-54 гг. (приведших в конечном счете к ликвидации ГУЛАГа) был обусловлен прежде всего тем, что в Кремле к этому времени находился уже не Сталин, готовый отправлять и отправлявший на тот свет неограниченное число своих сограждан, а другие лица, в головах которых откровенно рабовладельческий строй воспринимался в качестве уже очевидного анахронизма.

https://www.google.ru/ Восстания в СССР
, https://aillarionov.livejournal.com/1006078.html
« Последнее редактирование: 14 Января 2019, 06:37:29 от Oleg » Записан
Oleg
Модератор своей темы
Ветеран
*
Сообщений: 3880



Просмотр профиля
« Ответ #2558 : 14 Января 2019, 06:53:24 »

Цитата:
https://aillarionov.livejournal.com/167848.html

Цена социализма - Андрей Илларионов

.. Выбор, сделанный весной 1992 года, оказался выбором в пользу социализма. Конечно, не в пользу социализма сталинского, советского, командного, а в пользу социализма рыночного, популистского – социализма в общепринятом международном понимании этого слова. С тех пор вот уже в течение более 7 лет в России в условиях рыночной экономики проводится популистско-социалистическая экономическая политика. За это время сменилось пять руководителей правительства, десятки вице-премьеров и министров. В эти годы были колебания в экономической политике, она сдвигалась то "вправо", то "влево". Но суть ее оставалась прежней – перераспределительной, то есть по сути социалистической.

Сохранилась важнейшая черта социалистической экономической политики – масштабное перераспределение государством экономических ресурсов. Особенностью российских реформ стала замена государственного перераспределения преимущественно физических и человеческих ресурсов в условиях "плановой" экономики государственным перераспределением преимущественно финансовых ресурсов в условиях рыночной экономики. По сути дела рыночно-социалистические реформы 1990-х годов дали вторую жизнь брежневской экономике бюрократического торга. По определению В.Найшуля, произошло "оденеживание" и благодаря этому выживание советской бюрократической экономики в новых условиях.

Монетизированная экономика бюрократического торга


В качестве важнейшего инструмента перераспределения национальных экономических ресурсов все эти годы выступал и продолжает выступать государственный бюджет. Осенью 1991 г. многочисленные просители в коридорах российского правительства не могли поверить в то, что лимитам и фондам, "выбивание" которых стало профессией многих из них, придет конец, а их предприятия вынуждены будут самостоятельно зарабатывать деньги. Сомневались они не зря. Старые ценные бумаги – фонды и лимиты – уступили место новым ценным бумагам: бюджетным субсидиям, гарантиям, кредитам, таможенным и налоговым освобождениям, разрешениям на экспорт, взаимозачетам, федеральным программам, правительственным постановлениям, президентским указам. Предмет бюрократического торга изменился, но сам его механизм, описанный П.Авеном и В.Широниным еще в 1987 г., сохранился практически нетронутым.

Отсутствие жестких бюджетных ограничений для самого государства обеспечило сохранение его совокупных расходов в 1993-98 гг. на уровне 41-48% реально производимого в стране ВВП. Это сопоставимо с рядом европейских стран – при пятикратном отставании от них по величине душевого ВВП. Весной 1992 г. российское правительство высмеивало предложения Р.Хасбулатова по построению "социальной рыночной экономики шведского образца". Однако в том же году "либеральная" Россия опередила "социалистическую" Швецию, поставив мировой рекорд по государственным тратам в условиях мирного времени. В 1992 г. они достигли почти 70% фактически произведенного ВВП, превысив чуть ли не наполовину даже показатели "плановой" экономики – в последние годы существования бывшего СССР государственные расходы составляли 47-50% ВВП.

В гигантском экономическом бремени государства, в тяжелейших налогах, в раздутых государственных расходах, в усилении государственного регулирования и заключается ответ на вопрос, почему предоставление российским производителям невиданных ранее экономических свобод привело не к бурному росту экономики, а к беспрецедентному по длительности и глубине экономическому спаду. Огромные резервы, высвобожденные в результате перехода к рыночной экономике, были поглощены чудовищно разросшимся государством. Произошла не столько либерализация экономики, сколько либерализация государства.
....
Сохранение решающей роли государства в экономике одновременно с приватизацией институтов государства и правил хозяйственной жизни стали, пожалуй, наиболее важными чертами популистско-социалистической модели экономики, реализованной в России. Именно социалистической, а не либеральной. Потому что либеральный подход противоположен тому, что делалось все эти годы.

Реальный либерализм и российский социализм

Либерализм отстаивает четкое разделение сфер ответственности и принципов деятельности экономики и государства. Государство не вмешивается в деятельность частного бизнеса. Люди сами решают, что производить, что покупать, по каким ценам, с кем и на каких условиях заключать контракты. Как гласит Либеральная Хартия, "ненасильственная деятельность свободна".

С другой стороны, монополией на насилие обладает исключительно государство. Насилие необходимо государству при производстве общественных благ (обеспечении личной и общественной безопасности, равноправия граждан, исполнения частных контрактов, защите политических и экономических свобод). При производстве частных благ насилие ненужно и вредно. Поэтому вмешательство государства в экономику делает ее неэффективной. Зато защита государством экономических свобод, равных условий и стабильных правил хозяйствования обеспечивает максимальную эффективность национального производства, устойчивые темпы экономического роста, повышение благосостояния граждан.

Совершенно не соответствуют действительности утверждения, будто бы либералы хотят "разрушить государство". Как известно, "отмирание государства" провозглашается не либерализмом, а марксизмом. На самом деле либеральное общество нуждается в сильном государстве, но в государстве с иными, чем при социализме, функциями.

Согласно либеральной точке зрения, экономика и государственная власть действуют по разным принципам и правилам.
В экономике господствуют горизонтальные связи, участники которых по определению равны друг другу. Осуществляя между собой обмены, они максимизируют свои функции полезности, добиваясь тем самым наиболее эффективного размещения ресурсов на национальном уровне.

В сфере ответственности государства преобладают вертикальные связи, отношения господства-подчинения. Распространение связей вертикального типа на экономику (государственное регулирование) оборачивается ее деградацией. Использование в государстве связей горизонтального типа (коррупция) приводит к его разложению. Смешение типов связей и принципов деятельности, распространенных и применяемых в различных сферах человеческого общества, гарантирует разрушение как экономики, так и государства.

Критика современной российской действительности, звучащая с разных политических позиций, подчас весьма точна, глубока и справедлива. Ошибка многих критических выступлений заключается только в том, что нынешнее кризисное состояние России приписывается воздействию либеральной политики. Однако практически все, что обычно упоминается в этой связи, – инфляция, исчезновение сбережений, нищета, безработица, коррупция, несправедливая приватизация, залоговые аукционы, неплатежи, бартер, падение производства, бюджетный дефицит, раздутый государственный долг, зависимость от внешних займов, бегство капитала, падающий рубль, низкий уровень монетизации экономики, господство финансовой олигархии, – есть результат не либеральной экономической политики, а ее отсутствия.

Все это – итог многолетней популистской социалистической политики, завершившейся к тому же летом 1998 г. вульгарным коммунистическим насилием. Вопреки широко распространенным представлениям действия правительства С.Кириенко ни в коей мере не являлись либеральными. Это правительство повысило налоги и таможенные пошлины, отказалось от продолжения земельной реформы, с беспрецедентной скоростью наращивало внешний долг страны, с помощью нереального курса рубля субсидировало банковскую систему, импортеров и свое политическое выживание. В конце концов на обострение экономического кризиса кабинет Кириенко ответил чисто по-коммунистически, отказавшись обслуживать государственные обязательства. Экономической сутью дефолта по государственному долгу и введения контроля на движение капитала стала конфискация частной собственности. Конфискация в особо крупных размерах средств частных инвесторов, вложенных в государственные ценные бумаги и российские компании. Как известно, конфискации, – неотъемлемая часть и коммунистической ментальности и коммунистической программы действий.
...
МВФ как проводник социализма в России

Объективности ради следует признать, что наряду с тяжелым наследством доморощенного социализма немалую роль в сохранении социалистической экономической политики в России играют международные финансовые организации. Вопреки широко распространенным заблуждениям рекомендуемая МВФ политика (повышение налогов, субсидирование завышенного валютного курса, внешние заимствования) является глубоко социалистической, а следование его рецептам в реальной жизни ведет к углублению экономического кризиса.

Сердцевину официальной идеологической доктрины МВФ и Мирового Банка, известной под названием Вашингтонского консенсуса, составляют либерализация, финансовая стабилизация, приватизация. В отличие от большинства стран мира, с которыми Фонд и Банк имеют согласованные программы, в России эти организации не преследуют цели Вашингтонского консенсуса, а зачастую навязывают российским властям прямо противоположную политику.

Достижение финансовой стабилизации требует балансирования государственных доходов и расходов, ликвидации бюджетного дефицита, обеспечивающей низкие процентные ставки, снижения размеров государственного долга. Однако, регулярно предоставляя России кредиты, МВФ тем самым фактически стимулирует политику сохранения бюджетного дефицита, высоких процентных ставок, наращивания государственного долга.

В отличие от традиционного требования внутренней и внешней либерализации, предъявляемого другим странам, в России Фонд выступает как против внутренней либерализации – за регулирование цен на продукцию т.н. "естественных монополий", так и против внешней либерализации – за повышение таможенных пошлин, за введение, а затем и увеличение налогообложения операций по обмену валюты. Сейчас МВФ де-факто прямо поддерживает намерение нынешнего правительства ограничить конвертируемость рубля. Парадоксально, но факт: во время дискуссий между сотрудниками МВФ и представителями "Газпрома" о принципах определения цены транспортировки газа именно МВФ настаивал на марксистской формуле цены, определяемой по расстоянию, на которое подается газ, в то время как "Газпром" предлагал руководствоваться либеральным маржиналистским подходом и исходить из имеющегося в регионах платежеспособного спроса.

Согласно Вашингтонскому консенсусу важным фактором экономического роста выступает приватизация государственной собственности. Но Мировой банк предоставляет России значительные кредиты, предназначенные для субсидирования и фактической консервации нерентабельных угольных шахт и препятствующие их приватизации.

Важнейшие рекомендации июльской (1998 г.) программы МВФ сводились к повышению налогов и сохранению регулирования курса рубля в рамках "валютного коридора" – то есть к продолжению и даже усилению проводившейся социалистической экономической политики. Эти меры старательно исполнялись российским правительством, тем самым неизбежно погружая отечественную экономику во все более глубокий кризис. Большая же часть предоставленного МВФ кредита в 4,8 млрд дол. явилась ничем иным как субсидией, предоставленной находившимся на грани банкротства российским государственным банкам.

Предоставив России в течение 7 последних лет гигантские ресурсы (19 млрд дол. от МВФ, 6 млрд дол. от Мирового банка), международные финансовые организации тем самым субсидировали продолжение в России осуществления социалистической экономической политики.

Однако вред, наносимый международными социалистическими бюрократами российской экономике, этим не ограничивается. Независимо даже от того, какую именно программу выполняют национальные власти в расчете на получение внешнего финансирования, предоставление кредитов МВФ имеет негативные последствия для экономического развития стран-реципиентов. Кредиты Фонда предоставляются правительствам, а эффективность использования средств государством ниже, чем у частного сектора. Кредиты Фонда идут на финансирование бюджетных дефицитов и, стимулируя их сохранение, снижают эффективность национальной экономики. Поступление иностранной валюты в рамках кредитов завышает курс национальной валюты, что делает отечественных производителей менее конкурентоспособными перед зарубежными конкурентами. Наконец, получение значительных незаработанных средств извне ослабляет решительность властей вносить необходимые коррективы в экономическую политику, откладывает принятие назревших мер. Поэтому в странах, получающих кредиты МВФ, темпы экономического роста ниже. А темпы экономического спада – выше, чем в странах, не пользующихся кредитами Фонда.

Но и этим негативное воздействие международных финансовых организаций на Россию не исчерпывается. Неоправданная политизация решений Фонда в отношении России, предоставление ей значительных финансовых ресурсов несмотря на то, что последняя за 7 лет не выполнила ни одной из согласованных программ, развратила российскую политическую элиту. В результате многолетнего потакания российским властям, при котором неоднократно нарушались даже внутренние процедуры и этические правила МВФ и Мирового банка, эти организации добились прямо противоположного тому, на что, казалось, официально рассчитывали. И исполнительная власть, и законодательная власть, и российское общество в целом уверились в своей исключительности, в своей способности шантажировать остальной мир собственной непредсказуемостью, в том, что России будут предоставлены новые кредиты независимо от действий или бездействия ее руководства.

Позиция настоящих либералов, являющихся в то же время и подлинными российскими патриотами, по отношению к МВФ и его кредитам предельно проста. МВФ жизненно необходим России как источник важнейшей финансово-экономической информации, как крупный центр современной экономической науки, как уникальный центр подготовки и переподготовки отечественных специалистов. Но зачем России МВФ как проводник социализма, как источник увеличения российской внешней задолженности, как инструмент навязывания устаревших экономических рецептов? Проведение в России либеральной экономической политики не требует кредитов со стороны МВФ и увеличения нашего внешнего долга.

Как вас теперь называть?

Поскольку либеральных реформ в России не было, и проводилась социалистическая экономическая политика, то правильное наименование тех, кто ее осуществлял, – социалисты. Причем независимо от сложившихся в общественном сознании штампов и того, как они сами себя называют. В докладе недавно организованного Экономического клуба его координатор Е.Ясин так характеризует эту организацию: "Это объединение экономистов преимущественно либеральных взглядов... Близкий по смыслу образ нашего клуба – Комиссия по экономической реформе в правительстве образца середины 1997 года, в которой разрабатывались и обсуждались основные идеи либеральных реформ и планы их проведения".

Видимо, лишь многолетней оторванностью нашей страны от цивилизованного мира и тяжелым коммунистическим наследием можно объяснить тот факт, что социалисты у нас называются либералами, а известный российский социалист проф. Е.Ясин именуется "дедушкой российского либерализма".

В течение всех последних лет Е.Ясин выступал с социалистических, подчас даже с левосоциалистических позиций: в 1992 г. бранил Гайдара за либерализацию цен, Чубайса – за приватизацию, в 1993 г. выступал против снижения уровня инфляции ниже 5-6% в месяц, будучи министром экономики в 1994-95 гг. пытался провести социалистическую реформу предприятий, занимался "научным" распределением государственных инвестиций, в 1996-97 гг. защищал высокие государственные расходы ("снижать дальше некуда"), в последнее время отстаивает высокие налоги ("бойтесь Бооса!").

Спрашивается, какое отношение разработчик экономических программ почти всех социалистических правительств последнего времени - от Н.Рыжкова до С.Кириенко – имеет к либерализму? Какое отношение к либерализму имеют Я.Уринсон, А.Лившиц, С.Дубинин, С.Алексашенко? Согласно общепринятой международной терминологии все они являются социалистами.

Какое отношение к либерализму имела правительственная Комиссия по экономической реформе образца 1997 г. (работавшая под руководством А.Чубайса. – прим. 2010 г.), какие идеи либеральных реформ там обсуждались? Боюсь, что и в этом случае мы в очередной раз сталкиваемся с сильнейшей склонностью нашего общества к мифологизации.

Как непосредственный участник ряда заседаний Комиссии хорошо помню, какие решения там принимались: отложить пенсионную реформу, предоставить субсидии сельскому хозяйству, увеличить и дифференцировать ставки таможенных пошлин, утвердить налоговый кодекс, кодифицирующий российское налоговое безумие, не снижать государственные расходы, на годы отложить ликвидацию бюджетного дефицита. Какое отношение такие рекомендации имеют к либерализму? Никакого. На самом деле это программа подлинно популистско-социалистической политики.

Особых слов заслуживают Е.Гайдар и А.Чубайс, к которым относился как к коллегам и единомышленникам. Их заслуги перед страной весьма велики, их вклад в создание рыночной экономики в России неоспорим. В то же время ни их экономические взгляды, ни их практические действия в сфере экономической политики не могут быть признаны действительно либеральными.

Будучи несомненно одними из самых ярких политиков новой России, они, увы, так и не смогли преодолеть в себе наследия социалистической ментальности. Популистская экономическая политика последних лет и в особенности весны-лета 1998 г., проводившаяся с их участием и под их непосредственным руководством, в конечном счете нанесла тяжелейший удар и демократической политической системе и рыночной экономике, созданным в немалой степени благодаря их собственным усилиям. Это их личная беда. Это и трагедия страны, которая даже в лице своих выдающихся представителей так и не смогла вырваться из цепких когтей социалистической парадигмы.

Здесь необходимо сделать важное пояснение. Само слово "социалист" не несет в себе никакой специфической этической оценки. Быть социалистом – это лишь констатация факта: такой-то и такой-то придерживается социалистических взглядов и при получении государственной власти проводит в жизнь социалистическую политику.

Нельзя быть либералом и в то же время выдавать дотации, распределять кредиты, выбивать налоги, организовать взаимозачеты, поднимать таможенные пошлины, регулировать "естественные" монополии, субсидировать валютный курс, пробивать кредиты МВФ. Быть социалистом – это и не пожизненный приговор. Накопление знаний и опыта вносит коррективы в ошибочные представления. Немало людей, начинавших как марксисты, со временем эволюционировали в последовательных либералов.

Надо также уметь критически анализировать совершенные ошибки. Однако честного разговора со страной, со своими сторонниками и союзниками, с самими собой "реформаторы" так и не провели – ни после 1992 г., ни после 1993 г., ни после 1995 г.

В результате ошибки были повторены. Дело не в том, что страна якобы не прощает тех, кто делает ошибки. Страна не прощает тех, кто не хочет и не умеет их исправлять. От ошибок никто не застрахован. Но честный их признает, а умный их не повторяет. Если нет признания ошибок – нет и их анализа. И это значит, что они обречены на повторение.

Казалось, что после череды тяжелейших просчетов августовский крах 1998 г. вынудит его авторов провести, наконец, беспристрастный анализ и сказать стране жесткую правду, что на самом деле произошло. И что же мы услышали? Беспомощные оправдания: азиатский кризис, нефтяные цены, недоверие инвесторов, апокалиптические предсказания, письмо в английской газете, мы старались, дефолта не объявляли, девальвацию не делали, не хватило двух недель и десятка миллиардов. Чем эти жалкие стенания отличаются от генеральских объяснений разгрома в Чечне: до победы не хватило трех батальонов и двух месяцев?


(Продолжение - в комментах)
Записан
Oleg
Модератор своей темы
Ветеран
*
Сообщений: 3880



Просмотр профиля
« Ответ #2559 : 14 Января 2019, 21:25:11 »

светлое коммунистическое будущее в котором мечтают жить урбис с валерой наступаэ не только в кндр

Цитата:
<a href="https://www.youtube.com/v/Hwg8f1k9jww" target="_blank">https://www.youtube.com/v/Hwg8f1k9jww</a>

baha addin 5 дней назад
"... после этого, в моей голове возникли экстримистские мысли, которые нарушают закон..."
"... многие из нас, даже все мы, поняли, что с нами что-то не так..."
капец, блин! даже с постановкой особо не заморачивались!

Перевёрнутый Кот 5 дней назад
Мыслепреступление, всё как Оруэлл завещал

WhaleBlueInTheSky 5 дней назад
Круто, сажают уже за экстремистские мысли, вот вам и коммунизм

<a href="https://www.youtube.com/v/_ru3ouZPIM8" target="_blank">https://www.youtube.com/v/_ru3ouZPIM8</a>

<a href="https://www.youtube.com/v/WodLhxZPaxY" target="_blank">https://www.youtube.com/v/WodLhxZPaxY</a>

<a href="https://www.youtube.com/v/zPSK8WsBVxI" target="_blank">https://www.youtube.com/v/zPSK8WsBVxI</a>

<a href="https://www.youtube.com/v/PtkmHBIzIfY" target="_blank">https://www.youtube.com/v/PtkmHBIzIfY</a>
« Последнее редактирование: 14 Января 2019, 21:47:05 от Oleg » Записан
Pipa
Администратор
Ветеран
*****
Сообщений: 3504


Одержимая демоном


Просмотр профиля WWW
« Ответ #2560 : 14 Января 2019, 21:26:51 »

Мой любимый :) Владислав Иноземцев
Современность и справедливость: о чем говорит рост ностальгии по СССР

Цитата:
Рост числа сожалеющих о распаде Советского Союза вполне понятен — это сочетание тоски по утраченным надеждам, непонимание направления, в котором сейчас движется страна, и растущее разочарование народа в элите.

Россия хочет быть современной, а самой современной, как сейчас оказывается, она была в советскую эпоху, что, конечно, печально, но факт.

https://www.rbc.ru/opinions/politics/24/12/2018/5c20853f9a7947ab6edc0d43
Записан
Oleg
Модератор своей темы
Ветеран
*
Сообщений: 3880



Просмотр профиля
« Ответ #2561 : 14 Января 2019, 22:07:41 »

а самой современной, как сейчас оказывается, она была в советскую эпоху

и то "она" была современной за счет трудов сахарова, буковского , щаранского и других подвижников. а в производстве компьютеров "она" была отсталой и первобытнообщинной готовящейся к индустриализации.. но не к постиндустриальному обществу которое ищет тут Иноземский чтоб его возглавить - ему надо в иноземную омерику ехать а тут его и с лупой ему не найти..

Иноземцев

с ним у Илларионова занятно диспутируют

Цитата:
https://aillarionov.livejournal.com/953025.html

derik_536   Date: October 17th, 2016 10:20 pm (UTC)
 Хотелось бы узнать мнение АНИ по статье Иноземцева "Истоки путинизма" - https://snob.ru/selected/entry/115098.
Считаю ее крайне примитивной, так как Иноземцев смотрит мало что не верно, но и крайне узко, не видя совершенно аналогичные процессы почти во всех пост-советских (и в некоторых восточно-европейских) странах. Иноземцев начинает отсчет с прихода Путина к власти, а действия демократов (может все же либералов?) видит как глупые и приводящие к власти ПУтина. Но он совершенно не видит предтечу Путина - Гайдара, так же инкорпорированного в лагерь демократов-либералов и действовавшего на контреволюцию и реставрацию государственников.

ruslan_vsk   Date: October 18th, 2016 03:17 am (UTC)      (Link)
Хочу обратить внимание на 2 момента:

1) диспут А. Коха и Г. Каспарова о санкциях и олигархах :

А. Кох: "Даже если нефть перестанет добываться в России, у режима будет достаточно средств чтобы финансировать все свои "хотелки" ".

А. Кох говорил о огромном канале наркотрафика из Афганистана, который был налажен ещё при СССР, при Андропове.

Но российский бюджет наполовину формируется от экспорта нефти, другая его четверть также производная от этой половины, т.к. формируется от вливания выручки от продажи нефти в российскую экономику.
Сокращение цены на нефть вполовину уже почувствовалось, прижало к стенке народ и заставило проедать Кремль "запасы".

Да, США и Европа не спешат вводить эмбарго на российскую нефть и газ, и по сути этим финансируют мировой терроризм, кремлёвский ИГИЛ и кремлёвскую агрессию.

Но помощь уже идёт со стороны Элона Маска, электромобилей и снижения цен на солнечные батареи. А потому снижение мирового потребления нефти уже рядом. Если не ошибаюсь, на топливо расходуется 60% мирового потребления нефти.

Просто бюджет Кремля нужно рассматривать как сообщающийся сосуд,
один сосуд это финансирование зарубежного лобби, огромной сети агентуры, он в валюте.
второй сосуд это народный бюджет, он в рублях.
и так или иначе дефицит валюты для финансирования зарубежной экспансии не за горами, а стоимость доллара Кремлю придётся повышать, другого выхода нет. 100 рублей за бакс это ближайшая скромная цель.

2) это комментарий Витаутаса Ландсбергиса ( 1:04 )

о философии страны и "массе одинаковых людей, которые являют собой силу, способную смести всё другое и восхищаются этой своей силой, и при этом закрывают себя в безнадёге, она уже другой не будет или выродится до самоуничтожения или будет уничтожена остальным миром или уничтожит остальной мир вместе с собой. Проблема в том что это не осознаётся в полной мере. Это представляется каким то временным явлением, частным явлением, эпизодом в Истории России "

В чём ошибка, на мой взгляд, большинства людей ?
Ошибка в том, что всё внимание сосредоточено на "путине",
а мы имеем дело не с "путиным", а с тем (или теми) кто стоит за ним.
мы имеем дело с СОВЕТСКИМ КГБ, ключевая фигура (фигуры) которого очень хорошо сейчас скрыты за ширмой "путин".

Очень верно говорит историк Евгений Понасенков, что историю делают личности, конкретные люди, так вот сейчас Россией руководят совершенно конкретные люди, советские гэбисты, которые стоят ЗА "путиным".

Ключевая ошибка считать что при смене "путина" сменится система.
Кого не поставь сейчас на место "путина", его или убьют, либо будут контролировать через угрозу членам его семьи, а для "понимания угрозы" просто убьют одного из членов семьи или родственников.

Тот (или те) кто контролирует российский террор, контролируют власть в России.

Как избавиться от этого корня КГБ ? Это большой и принципиальный вопрос.

Есть уязвимое место в этой системе, это смена поколений,
если в советское время вопрос об этом не стоял,
то сейчас гэбистов он более чем беспокоит, потому как "воспитать" себе замену, поколение, которого не так волновал бы вопрос денег, как показать Кузькину Мать пиндосам, да облапошить ЦРУ, это актуальная задача,
тем более на смену наступает поколение, которое про СССР и КГБ ничего не знает.

Цитата:
<a href="https://www.youtube.com/v/1pAVhp_ZNbA" target="_blank">https://www.youtube.com/v/1pAVhp_ZNbA</a>

Denis DenisГод назад
Раньше я смотрел политику и дискуссии и был нервным и раздражительным а сейчас я смотрю про животных и стал спокойным и рассудительным.

Цитата:
<a href="https://www.youtube.com/v/n8moLsg_eT8" target="_blank">https://www.youtube.com/v/n8moLsg_eT8</a>

Hulk Green2 года назад
"братья и сестры" начало речи Сталина ,когда он понял что страну захватят. до этого было просто : "лес рубят -щепки летят" и "незаменимых людей нет". видео методичка истории тоталитарных и аторитарных стран. Спасибо за правду Евгения.

niko8ify13 года назад (изменено)
Спасибо,порадовали!))
Также напомнилось:
"Если в России начинают говорить о патриотизме, знай: где-то что-то украли."
Михаил Евграфович САЛТЫКОВ-ЩЕДРИН .


"Патриотизм — это последнее прибежище негодяя". — Афоризм, произнесенный Джонсоном в Литературном клубе 7 апреля 1775 г. и опубликованный Джеймсом Босуэллом в жизнеописании Джонсона в 1791 году

Vanilla_Bites3 года назад
Вместо того чтобы убивать своего соседа, пусть даже глубоко ненавистного, следует, с помощью пропаганды, перенести ненависть к нему на ненависть к какой нибудь соседней державе — и тогда ваши преступные побуждения, как по волшебству, превратятся в героизм патриота.
Бертран Рассел


anagen33y2 года назад (изменено)
Патриотизм- это идеологический наркотик, под воздействием которого человек бесплатно совершает действия, оценивающиеся во много миллионов долларов, и которые могут быть прямо противоположны его собственным интересам. Это очень удобная штука для власти.
   А.Г. Невзоров


Владимир Гащенко2 года назад

Военный патриотизм является наилучшим рецептом для приготовления пушечного мяса. А научный патриотизм всем хорош, но лишает граждан энтузиазма в вопросе сдачи собственных детей на мясо, то есть в срочную службу. Он прививает ненужные мысли о Сорбоннах, о Кембриджах, об изучении языков, об электронных микроскопах, он скидывает с идеологического корабля попов.
   Невзороа  А. Г.

ПАТРИОТИЗМ - это передоверие управлять собою некоему 3 лицу.  Это может сделать несмышлёныш, маленький мальчик или чем—то  восторженный или легко покупающийся на красивую идеологию и передоверяет свою жизнь спившимся, злобным, совершенно тупым людям. Даёт им пульт дистанционного управления собою.  
   НЕВЗОРОВ  А.  Г.  

ПАТРИОТИЗМ - Это наркотик который закачивают в вены любой нации, чтобы мальчики этой нации безропотно и беспрекословно легли под танки и превратились в гниющие трупы. Применение патриотизма только одно - военное. То-есть, государство определяет судьбу человека.
   НЕВЗОРОВ

              ИСПОВЕДЬ   Лев  Толстой
Без ужаса, омерзения и боли сердечной не могу вспомнить об этих  годах. Я убивал людей да войне, вызывал на дуэли, чтоб убить, проигрывал в карты, проедал труды мужиков, казнил их, блудил, обманывал. Ложь, воровство, любодеяния всех родов, пьянство, насилие, убийство... Не было преступления, которого бы я не совершал, и за всё это меня хвалили, считали и считают мои сверстники сравнительно нравственным человеком. Так я жил десять лет.


Дмитрий Остапов2 года назад
Абсолютно гениально! Этот ролик нужно крутить каждый день по центральному телевидению в качестве противовеса тому идиотизму, что выливают на людей.

aiv online2 года назад (изменено)
Хм, автор в сюжете рассказывает про пропаганду, откуда она пошла и как её создают.

Roma A.2 года назад
Смотрел видео ранее - не впечатлило. Пересмотрел после интервью у Пучкова - виден явный троллинг и нестыковки. Личное мнение, замаскированное под налетом научности.
Патриотизм - это как раз самое человеческое качество. И не нужно смешивать его с шовинизмом.
Сейчас планомерно изживается общинность, чувство локтя, товарищество, взаимопомощь. - Каждый сам за себя. А разрозненными дураками легче управлять. Незаконно прижали одного - другие молчат или даже участвуют в травле. Вообще весь современный мир создан для того, чтобы спецслужбам было проще работать.

Максим Кулешов3 года назад
Наглядное пособие по использованию патриотизма для достижения целей лидера(но не его кормовой бызы - общества) Паразитизм и его обеспечение выдающийся за потребность носителей паразитовИменно так граждан РФ убедили в "фашизме/нацизме" украинцев(о котором те даже не подозревали), демонизируя и делая из собственных родственников враговИ все лишь с одной целью - оставаться у власти, паразитируя и дальше на своей кормовой базе - пугая ее и заставляя ненавидеть всех подряд8000 погибших, больше миллиона перемещенных и побросавших свое добро и хозяйство людей в чужой стране - для того что бы остаться у руля и кормушки - в своей

Светлый Дождь3 года назад
Отличное видео. Жаль только,что на родных не подействует: уж какие только доводы я не приводила... На моих глазах происходило зомбирование мамы, я наблюдала,как она постепенно наполняется необъяснимой злостью к украинцам,называя их "укропами",и как сейчас она абсолютно спокойно говорит о том,как убивают там людей,не испытывая какого либо особого сострадания - действительно,не считая их за людей. Смотрит телевизор постоянно смотрит все новости.. Преподаватель,ветеран труда,музыкант. И вот так случилось. Это странно,разговариваешь на разные темы - нормальный человек,но когда вдруг затрагивается "украинская тема",даже тембр голоса меняется,сразу резкость,категоричность и НЕПРИЯТИЕ ЛЮБЫХ доводов. И злость. Холодная злость по отношению к Украине. А ведь у нас корни оттуда. .. То есть - даже если к ней Путин пришел и признался,что да - там россияне убивают людей - не поверила бы и ему. Сложилось мнение раз и навсегда. Очень страшно было и есть это наблюдать. Неделю назад гуляли,случайно разговорились с тремя ребятами,оказались военные-контрактники. Выпытала,что в апреле их отправляют в Ростов..... Говорю, а вы сами то хотите ехать? Отвечают - да мы то может и не хотели,но выхода нет - иначе военный трибунал и дети никуда не поступят. А один усмехнулся и сказал - если бы кто нас спрятал. ....Спросила - да зачем вам это надо,ведь там тоже такие же люди,говорим на одном языке,возможно,даже дальние родственники. Один ответил - ну,зато они нас не любят,ненавидят нас.. Остальные молчали. А ведь всё просто. Отказался и всё. Но они сказали про трибунал,как это - если официально нет войны,то как же...Хотя хрен знает,что они там придумали.. Да,повезло жить в этот период.

Тимур Кашаев2 года назад
Сплачивание всего народа вокруг одного вождя - это фашизм. Фашизм в переводе с латинского - пучок.
Сколько процентов доверия к кормчему? 86%?

Александр Полухин2 года назад
На самом деле, при обсуждении патриотизма, входит ли государство в то твоё, за что надо умирать, те ли сейчас времена или уже другие, отлично зайдут контрпримеры.
- Сомали, Ливия. Как повлияло нежелание бороться за государство на уровень жизни? Сколько десятков тысяч семей нежелающих уже умерло? Сколько скоро умрёт? Как там с перспективами?
- Ирак. Вопросы примерно те же, хоть и слабее выражено.
- Сирия. Те же вопросы, плюс возможность сравнить. Как там у семей тех, кто умирает за государство и как у тех, кто не желает?
- Украина. Разрушили государство (плохое, коррупционное), стало ли лучше жить тем, кто не стал на его защиту?
По поводу времён отличный контрпример
- Франция и её бывшие колонии. Влияют ли на уровень жизни французов то что их государство до сих пор доит свои бывшие колонии через франк, не гнушаясь вооружённым вмешательством, если надо? Влияет ли это на уровень жизни жителей бывших колоний?
И внезапно выясняется что в жизни человека усиление его государства играет ключевую роль. А обилие контрпримеров неизбежно указывает на то, что люди в массе своей сознанием часто этого не понимают. И неизбежно следует вывод, что древние механизмы патриотизма не только не утратили актуальность, но ещё и активно закрепляются естественным отбором, так как непатриотичные бараны умирают сотнями тысяч или преходят к животному выживанию без малейших перспектив к улучшению.

Александр Аноприенко3 года назад
Если человек - это просто животное, то все правильно.... Но если «Человек — это животное, получившее повеление стать Богом» (авторство такого определения приписывается Василию Великому), то все меняется кардинально! Обращаю внимание на главный нюанс: Человек уже далеко не животное, но и до Бога еще очень-очень далеко... И смысл всей эволюции Человека именно в этом движении... И именно в этом контексте слово Человек надо, пожалуй, писать с большой буквы... И выбор у каждого тоже есть: быть просто человеком, пребывающим во власти преимущественно животных инстинктов... или же стремиться быть Человеком!
« Последнее редактирование: 15 Января 2019, 02:26:20 от Oleg » Записан
Oleg
Модератор своей темы
Ветеран
*
Сообщений: 3880



Просмотр профиля
« Ответ #2562 : 15 Января 2019, 00:24:22 »

Цитата:
https://www.svoboda.org/a/28993271.html

В канун 2018 года в Германии произошло, казалось бы, не такое уж значительное событие, тем не менее наводящее на размышления. Федеральный конституционный суд страны отклонил жалобу 96-летнего Оскара Грёнинга, известного как "бухгалтер из Освенцима", который просил об отсрочке наказания в виде лишения свободы. Летом 2015 года суд признал Грёнинга виновным в убийстве 300 тысяч человек в годы Второй мировой войны и приговорил его к четырем годам тюрьмы. Осенью 2016-го Верховный суд подтвердил законность приговора, а еще год спустя Конституционный суд отклонил жалобу Грёнинга. Таким образом, завершился более чем двухлетний судебный марафон, в результате которого глубокий старик должен отправиться в тюрьму.

Более семидесяти лет назад окончилась война. На протяжении минувших десятилетий вспышками неутоленного возмездия проходили суды то над одним, то над другим нацистом, ответственным за злодеяния гитлеровского режима. Но казалось, что время совершило свой суд над теми, кто избежал суда человеческого – даже самым молодым из них теперь должен идти десятый десяток. Перед Второй мировой Грёнинг работал клерком в банке, но с началом войны добровольно вступил в войска СС. В 1942 году его направили в Освенцим, где решили использовать банковский опыт Грёнинга, поручив бухгалтерские операции по учету отнятых у отправляемых в газовые камеры евреев денег и оставшихся после них вещей.

Звание у Грёнинга было невысокое – унтершарфюрер, что соответствовало армейскому унтер-офицеру, но и работа, что называется, непыльная: переводить деньги в Берлин, в хозяйственное управление СС, а то и самому отвозить их туда, распоряжаться багажом прибывающих в лагерь евреев. Он был винтиком нацистской машины уничтожения, стоял у знаменитой рампы, куда прибывали поезда с узниками, ведь там оставался их багаж, который предстояло учитывать и хранить. Он все знал, все видел, хотя и, как говорил впоследствии, ужасался содеянному коллегами. И вот семьдесят лет спустя ему предстояло отвечать за принадлежность к этой машине смерти.

Почему его судили так поздно? Ведь Грёнинг не скрывал своей службы в Освенциме. До недавнего времени в Германии для судебного преследования требовались доказательства прямого участия обвиняемого в преступлениях нацизма. Иными словами, привлечь к суду человека можно было лишь в том случае, если есть свидетельства того, что он непосредственно убивал, пытал или каким-то образом преследовал своих жертв. Прокуроры заставляли этих жертв или свидетелей вспоминать детали мучений или преследований.

Ситуация изменилась шесть лет назад после решения земельного суда Мюнхена по делу Ивана Демьянюка. Демьянюку нельзя было предъявить обвинение в совершении конкретных преступлений. Тем не менее бывший охранник в лагере смерти Собибор, обвиненный в пособничестве убийству 28 тысяч евреев, был приговорен к пяти годам заключения. Правда, приговор не вступил в силу, так как Демьянюк умер до начала рассмотрения кассации, поданной адвокатами, но прецедент был создан. Демьянюка осудили за косвенную причастность к убийству, таким образом, любая форма соучастия в преступлениях нацизма стала поводом для судебного преследования.

Такое расширенное толкование вины дало бы возможность привлечь к суду широких кругов немцев, если бы не время, унесшее в могилу большинство тех, кто так или иначе действовал в эпоху нацизма. И невольно создается впечатление, что германская юстиция выжидала с таким расширением вины до поры, пока большинство людей, подлежащих с этих позиций суду, скончается. Похоже, что и сам Грёнинг и его адвокат понимали и пытались использовать некоторую юридическую двусмысленность ситуации.

Тем более что старик попал в поле зрения прокуратуры тридцать лет назад, рассказав о своем прошлом, когда ему вручили книгу, написанную отрицателем Холокоста. Он вернул книгу со словами: "Я видел все. Газовые камеры, крематории, процесс отбора... Я был там". Затем он поделился воспоминаниями с немецкой прессой и появился в документальном фильме, снятом BBC. Тогда Грёнинга освободили от уголовного преследования, но теперь, когда правовые нормы изменились, все-таки привлекли к суду.

Тем не менее есть люди, которые считают, что судить глубокого старика, покаявшегося и добровольно отдавшего себя в руки правосудия, нецелесообразно. Оставим этот вопрос открытым и задумаемся о причинах общественного резонанса, вызванного делом Грёнинга. Разумеется, дело не только в его судьбе, не только в том, доживать ли ему век в своем доме или в тюремной камере.

Куда более широкая проблема связана с определением ответственности за участие – прямое или косвенное – в преступлениях тоталитарных режимов. И рассматривается она не только применительно к событиям семидесятилетней давности – эта проблема актуальна и поныне, обозначается она словом "люстрация", и слово это происходит от латинского lustratio, "очищение посредством жертвоприношения".

Напомнить о первоначальном смысле этого слова стоит особенно в наше время, когда по всей Центральной и Восточной Европе, освободившейся от оков нацистского и коммунистического тоталитаризма, прокатилась волна люстрационных законов, призванных очищать государственные структуры путем "жертвоприношения" людей, связанных с партийным аппаратом и репрессивными службами прежних режимов, как бы эти службы ни назывались – штази или гестапо.

Собственно, денацификация, которая проходила в ФРГ в послевоенные годы, была люстрационным процессом. Тогда проверку в судах прошли более трех миллионов человек, 200 тысяч из них были арестованы. Да и суд над Грёнингом можно рассматривать как, возможно, последний отголосок этого процесса. Такие процессы проходили и в ряде других стран: Чехии, Польше, Венгрии, в 2011 году – в Грузии. А в России?

Галина Старовойтова внесла в 1997 году в Государственную думу проект люстрационного закона "О запрете на профессию для проводников политики тоталитарного режима", но он не дошел даже до первой стадии рассмотрения.
Соратник Старовойтовой историк Андрей Зубов считает, что Россия упустила свой шанс провести этот благотворный для формирования демократического общества процесс. Будь он реализован, к власти не смогли бы прийти партаппаратчики и чекисты с их авторитарным правлением и возвратом к столь любезным их сердцам советским реалиям. Очищения не состоялось
.

Цитата:
https://www.svoboda.org/a/27214454.html

Ольга Старовойтова: В то время конкретно шла выборная кампания в Законодательное собрание Санкт-Петербурга. Выборы эти состоялись 8 декабря, то есть вскоре после убийства. У Галины Васильевны был создан предвыборный блок "Северная столица", она сама-то не шла, естественно, на уровень Законодательного собрания, но она поддерживала ряд людей – интеллигентов, ученых, врачей, даже главного "Митька". Она хотела, чтобы во власть шла самая разная интеллигенция, уговаривала их. Покойный поэт Виктор Кривулин согласился. Но в связи с ее смертью, конечно, никто из них на выборы не пошел, все оборвалось. А главной ее идеей всегда было не пускать во власть бандитов. И она уговаривала людей, которые были далеки от политики: "Вот вы брезгуете политикой, потому так и живем. Идите хотя бы в местную власть". И многих она уговорила. Но я не думаю, что это было причиной ее убийства.

Владимир Кара-Мурза-старший: Галина Васильевна исповедовала принцип люстрации, чтобы не пускать бывших соучастников зла во власть. А могло ли напугать ее потенциальных конкурентов, что они будут отстранены от "кормушки"?
Андрей Зыков: В частности, это тоже могло быть причиной того, что ее "заказали". Ведь если посмотреть, кто сейчас находится во власти, то окажется, что это очень многие сотрудники ФСБ, которые, в том числе, преследовали Юлия Рыбакова, других диссидентов. Действительно, эти люди понимали, что если законопроект о люстрации пройдет, встанет вопрос: могут ли они остаться во власти? И если смотреть, откуда идут следы убийства, то уж никак не от бандитов, а исключительно только от власти.


Владимир Кара-Мурза-старший: По-моему, тогда президент Ельцин сказал, что он возьмет расследование под личный контроль. Но это ничему не помогло.
Лев Пономарев: Конечно, надо искать корни "заказа" на довольно высоких постах спецслужб. Но это так переплетено с криминалом, что разобраться, конечно, практически невозможно.
Но я хотел бы сказать, почему убили именно Галю. Мне кажется, она была очень эффективным политиком. Я считаю, что я был слабее ее. Вот мы оба руководили Движением "Демократическая Россия", я больше занимался организационными вопросами, но лицом Движения, бесспорно, была Галина. Она была прекрасным оратором. Но реально она не исчерпала своих политических возможностей, работая в парламенте. Я был абсолютно уверен, что она могла бы занимать крупный пост в исполнительной власти на уровне региона, и об этом были разговоры, что она могла пойти и губернатором Ленинградской области, и Питера. А вот этого власть точно не могла допустить. И конечно, должны были включиться все механизмы для того, чтобы не допустить такого эффективного политика, человека, рожденного для того, чтобы заниматься политикой, как Галина Васильевна. И, по-моему, главная причина – не дать ей возможность набрать вес. Допустим, прошел бы ее блок на выборах, тогда следующий шаг – она вполне могла бы пойти на пост губернатора. И они заранее уже рассчитывали, и считали, что этого допустить нельзя.
..
Владимир Кара-Мурза-старший: А если был бы принят предложенный ею закон о люстрации, – ведь никто бы из нынешних обитателей Кремля не имел бы права даже баллотироваться. Как вы считаете, это перекрыло бы им дорогу во власть?
Ольга Старовойтова: Вы же помните, Владимир, первый раз этот законопроект она выдвинула в 92-м году, второй раз – в 97-м, но ни разу он не был включен даже в повестку дня. Но, разумеется, ей этого не забыли. Если бы этот закон прошел, мы бы жили, конечно, в другой стране.
..
Владимир Кара-Мурза-старший: Да, мы всегда опровергаем этот оскорбительный слух. И мы сегодняшнюю передачу начали как раз с этого эпизода.
В июне того года Владимир Путин стал главой Федеральной службы безопасности. И сразу же убили генерала Рохлина, а в ноябре – Галину Васильевну. Какая-то доля ответственности есть на государственной Службе безопасности, которая тогда вообще ничего не сделала?

Лев Пономарев: Скорее всего, спецслужбы каким-то образом участвовали в этом деле. И конечно, глава ведомства несет определенную ответственность за все. Тем более что все идет долго и мучительно, и мы видим, что заказчика так и нет. Идея, что Кумарин мог быть заказчиком, по-моему, выглядит достаточно нелепо. Тогда кто-то Кумарину, бесспорно, должен был приказать. Конечно, ответственность Путина велика. И Рохлин с большой вероятностью тоже был убит.
Владимир Кара-Мурза-старший: Смотря кем он был убит. Говорят, что это сделала жена, но она не соглашается.

Лев Пономарев: Нет, убит не женой, бесспорно. И люди, которые жили на соседних дачах, допустим, Полторанин, сосед Рохлина, говорят определенно, что он был убит. И известно, как это происходило. Даже видели людей, которые убивали. Но если Рохлина убили, то это были люди из спецслужб, бесспорно. Но все это утверждать надо с большим количеством фактов.

Владимир Кара-Мурза-старший: А случайна ли смерть депутата Шутова? Его избрали в Заксобрание, когда он был под стражей, но ему не выдали иммунитет и отправили в колонию, где он и погиб. По-моему, это был очень осведомленный человек обо всех делах в северной столице.

Андрей Зыков: Безусловно, это был осведомленный человек. Но виноват ли он в тех преступлениях, которые ему вменили? Стоит сказать, что его привлекали к уголовной ответственности не один раз, и дважды его оправдывали в совершенных преступлениях. И мне кажется, что обвинение было несколько подтасовано, в отношении Шутова оно происходило не совсем бесстрастно.
Кстати, по-моему, обвинять в настоящее время Барсукова (Кумарина) в убийстве очень неосторожно. Когда обвиняют Барсукова (Кумарина), след от него вновь идет к спецслужбам. Он же очень близок к людям в погонах. Стоит заметить, когда в Испании задержали Геннадия Петрова, стали доступны аудиопрослушки. И Петров, преступный "авторитет", обращается в разговоре к Бастрыкину просто по имени "Саша". И Барсуков (Кумарин) к очень многим людям в погонах тоже обращался по именам. Так что если будут обвинять Кумарина, след надо искать именно в спецслужбах.

Владимир Кара-Мурза-старший: Ольга Васильевна, мы вспомнили, что в то лето Владимира Владимировича Путина назначили главой ФСБ. Мог ли он считаться беспристрастным, не ангажированным человеком во всех питерских расследованиях?

Ольга Старовойтова: Я все-таки хочу сказать то, что мне важно. Я расцениваю эту ситуацию вокруг Галины и позже, как победу ГКЧП-2. ГКЧП-1 – это были старые дураки. Они даже никого не арестовали. А ГКЧП-2 действовало медленно, аккуратно, постепенно расчищая площадку. И в результате у нас ФСБ официально у власти. Какая там люстрация, о чем мы говорим?!
И я думаю, что человек, которого назначают, тем более в переломные моменты, директором Федеральной службы безопасности не может быть не ангажирован по определению. Лично про Путина я этого не знаю. Но мне кажется, что определению это так. Страна на переломе – одна страна исчезла, началась другая. Ну, как может быть не ангажированным?! Это все очень тесно связано. А как именно – не мне судить. Пусть аналитики подумают получше.

Владимир Кара-Мурза-старший: Лев Александрович, как вы вспоминаете те времена и появление фигуры Владимира Владимировича Путина на политическом небосклоне?

Лев Пономарев: Эта тема требует специального разговора. Но интересный вопрос: поддержала бы Галина Васильевна Путина? Убийство Галины Васильевны способствовало тому, что появился некий Координационный совет демократических сил, я его сам создавал, и мы тогда объединились. Я был председателем "Демократической России", там был и Гайдар, и Чубайс, "Союз правых сил" и еще ряд более мелких структур либерального толка. И буквально через год решался вопрос – поддерживать Путина или нет. И питерцы, и Анатолий Борисович Чубайс рвали на себе рубаху и говорили: "Он демократ, его надо поддержать". И знаю, что Борис Немцов колебался, поддерживать или нет. Но Чубайс продавил в руководстве "Союза правых сил" кандидатуру Путина. И "Союз правых сил" шел в поддержку Путина на выборах.

Владимир Кара-Мурза-старший: Они на Думу шли: "Кириенко – в Думу, Путина – в президенты". Они не знали, что Ельцин уйдет в отставку.
Лев Пономарев: И вряд ли бы Галя его поддержала. Она была очень жестко настроена. Своим законом о люстрации она давала понять, что она не поддерживает кандидатуру из спецслужб. Конечно, трудно за нее говорить, но, скорее всего, она бы не поддержала. Но питерская команда поддерживала Путина, заранее была ангажирована на это дело.
Владимир Кара-Мурза-старший: Андрей, вы начали говорить про комиссию Марины Салье. Какие там наиболее сенсационные факты вскрылись, о которых вы до сих пор помните?

Андрей Зыков: О результатах, к которым пришла эта комиссия, знала и Галина Васильевна. Когда вскрылось, что все разворовывалось, была программа "Сырье в обмен на продовольствие", в 1991-1992 годы прилавки были пустыми в магазинах, и выявились просто преступные договоры. И их даже нельзя было предъявить в суд, договоры были юридически ничтожны. Вскрылись заниженные цены на сырье. То есть вскрылись хищения на сумму порядка 120 миллионов долларов. И эти 120 миллионов долларов осели в карманах питерских чиновников.
Кроме того, была и другая программа. В то время Германия и ряд других стран помогали продовольствием, шла какая-то экономическая помощь. И она должна была распределяться бесплатно. Однако 90 процентов этой помощи продавалось. И то, что продавалось, оседало в банке "Россия". А банк "Россия" – это опять же окружение Владимира Владимировича. В 99-м году было возбуждено уголовное дело 144/128, которое журналистами было названо "делом Путина". Это дело в отношении корпорации "Двадцатый трест", а там почти под каждым решением, под каждым незаконным выделением бюджетных средств была фамилия Путина либо Собчака. В Комитете финансов и в мэрии Санкт-Петербурга были изъяты десятки договоров корпорации, где были подписи Никешина, Собчака. То есть шло расхищение бюджетных средств.
Здесь говорилось, что Галина Васильевна была против того, чтобы преступность шла во власть. Но она не могла не знать об этих фактах. И она должна была видеть, что именно преступность идет к власти. А преступность возглавляют органы ФСБ, и в других государственных структурах много ее представителей.
Поэтому ее отношение к данным лицам, по-моему, было весьма нелицеприятным.

« Последнее редактирование: 15 Января 2019, 02:04:17 от Oleg » Записан
Ариадна
Гость
« Ответ #2563 : 15 Января 2019, 06:50:17 »

Мой любимый :) Владислав Иноземцев
Современность и справедливость: о чем говорит рост ностальгии по СССР

Ещё один по тем же граблям Веселый Он там пишет, что ностальгия по СССР - это ностальгия по империи.
А была ли идеология СССР империалистической?


Импе́рия (от лат. imperium — власть) — монархическое государство во главе с императором или колониальная либо международно значимая держава, опирающаяся в своей внутренней и внешней политике на военные сословия (организованную армию) и действующая в интересах военных сословий. Как правило, империя объединяет разные народы и территории в единое государство с единым политическим центром, играющее заметную роль в регионе или даже во всем мире. Самыми известными империями являлись Римская империя, Священная Римская империя, Монгольская империя, Османская империя, Российская империя, Британская империя.



Малая Советская энциклопедия (1929) для определения империализма использует цитату из работы В. И. Ленина «Империализм как высшая стадия капитализма»:
капитализм на той стадии развития, когда сложилось господство монополий и финансового капитала, начался раздел мира международными трестами и закончился раздел всей земли крупнейшими капиталистическими странами.

Большая Советская энциклопедия (1972) даёт определение, выработанное на основе интегрирования основных положений вышеуказанной ленинской работы:
монополистический капитализм, высшая и последняя стадия капитализма, канун социалистической революции

«Империализм есть высшая, монополистическая стадия капитализма, когда Свободная конкуренция сменяется господством монополий», — отмечается в БСЭ 2-го издания.



Таким образом, если очиститься от всех суррогатных НЛП-установок, получается, что:

1) если вы за свободную честную конкуренцию - вы советчик, адепт СССР, эволюционирующий в адепта Анархо-СССР.
2) если за господство небольшой кучки монополистов, опирающихся на военные сословия - имперец, деградирующий в адепта Российской Империи.

Есть ли на этом форуме хоть один адепт СССР?
Нету.  И Олег, и Урбис, и Валерий - в большей степени имперцы. Отсюда и называние их любимой темы: "С Новым годом, Империя!".  А все эти суррогатные идеи типа "Русский Мир" - очередные попытки возродить Российскую Империю. Всё это работа идеологов Суррогата, типа Дугина, Михалкова и прочих:



Так что никакой ностальгии по СССР от 66% пока не видно. И уж тем более смешно, что эта ностальгия связана с тем, что россияне хотят быть современными. Дугин проповедует то, что для россиян было благом татаро-монгольское иго. Михалков - крепостное право. А любимец Урбиса и Валерия - Хирург Залдостанов, утверждает, что Сталин  в 1941 году смог спасти Москву лишь приказав облететь вокруг неё самолёту с иконой Казанской Божьей матери.
Это откат на несколько эволюционный ступеней в ебеня. Какая уж там современность.. 
При этом многие, действительно, считают, что ностальгируют по СССР, так как Суррогат работает через перепрограммирование подсознания.
« Последнее редактирование: 15 Января 2019, 09:16:08 от Ариадна » Записан
Quangel
Модератор
Ветеран
*****
Сообщений: 6842


Сaementarius Civitas Solis Aeterna


Просмотр профиля
« Ответ #2564 : 15 Января 2019, 09:56:35 »

Россия хочет быть современной, а самой современной, как сейчас оказывается, она была в советскую эпоху, что, конечно, печально, но факт.

Либералы как всегда путают историю и "современность". :) Современными можно быть и на гей-парадах или в рядах травящих профессора,открывшего ДНК, за фразу,что у черных генетически более низкий интеллект. А в потоке Истории можно быть только при социализме.

Цитата:
Борис Кагарлицкий: Понимаете, в общем я думаю, что все правы. Потому что было и то, и другое, и третье, и четвертое. Какая картина складывается в целом – это важно, потому что складывается все равно картина очень драматичной, очень трудной и трагичной даже, но великой Истории. И как ни странно, людям зачастую не хватает – вы будете, может быть, удивляться, но людям не хватает Истории. Вот они жили в Советском Союзе, в какие-то периоды, не всегда – при Брежневе никакой Истории не было, а вот до Брежнева и, может быть, как ни странно, в самые первые годы перестройки было ощущение, что люди жили в Истории. Что то, что происходит с ними, с их страной и так далее – это История.

А сейчас люди живут частной жизнью, личной частной жизнью. И они вне Истории. И им вдруг начинает ее страшно не хватать, этого коллективного общего опыта. Поэтому говорят, была солидарность.

https://otr-online.ru/programmy/segodnya-v-rossii/boris-kagarlickiy-lyudi-nostalgiruyut-ne-po-kolbase-za-280-a-po-utrachennym-socialnym-vozmozhnostyam-35036.html
Записан

"СССР ненавидел весь мир,за то,что он есть. Когда он умер,его еще больше ненавидят за то,что он когда-то был."(с)
Страниц: 1 ... 169 170 [171] 172 173 ... 207 Печать 
« предыдущая тема следующая тема »
Перейти в:  


Войти

Powered by SMF 1.1.10 | SMF © 2006-2009, Simple Machines LLC
© Квантовый Портал