Главная arrow Форум arrow Тематические разделы arrow Человек будущего arrow C Новым Годом,Империя!
Главная
Поиск
Статьи
Форум
Файловый архив
Ссылки
FAQs
Контакты
Личные блоги
C Новым Годом,Империя!
Добро пожаловать, Гость. Пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь.
14 Декабря 2017, 07:20:14
Начало Помощь Поиск Войти Регистрация
Новости: Книгу С.Доронина "Квантовая магия" читать здесь
Материалы старого сайта "Физика Магии" доступны для просмотра здесь
О замеченных глюках просьба писать на почту quantmag@mail.ru

+  Квантовый Портал
|-+  Тематические разделы
| |-+  Человек будущего (Модератор: Quangel)
| | |-+  C Новым Годом,Империя!
0 Пользователей и 3 Гостей смотрят эту тему. « предыдущая тема следующая тема »
Страниц: 1 ... 63 64 [65] 66 67  Все Печать
Автор Тема: C Новым Годом,Империя!  (Прочитано 94567 раз)
Oleg
Модератор своей темы
Ветеран
*
Сообщений: 2060



Просмотр профиля
« Ответ #960 : 07 Декабря 2017, 15:50:22 »

Хазанов - Сталин. Пародия.

<a href="http://www.youtube.com/v/022S0hFOyzo" target="_blank">http://www.youtube.com/v/022S0hFOyzo</a>

2.

появилась книжэнция

Цитата:
http://nwalkr.tk/b/505214




Председатель Cовета молодых ученых Института проблем управления АН СССР Борис Березовский делает доклад на семинаре. Конец 1970-х.


Лаборатория 46 ИПУ АН СССР. В заднем ряду второй слева – Юрий (Жора) Ремизов, четвертый слева – Александр Шаповалов (позже – сотрудник ЛогоВАЗа), шестой слева – Владимир Борзенко, седьмой слева – Александр Гнедин, пятый справа – Андрей Кутьин (Бройдо), второй справа – Борис Березовский. В центре на первом плане – заведующий лабораторией Эдуард Трахтенгерц. Конец 1970-х.

прошел партейную школу самого Трахтенгерц-а ! по-коммунистически меряя в лаборатории мегагерцы !

add к

Цитата:
http://nwalkr.tk/b/78903

Крестный отец Кремля Борис Березовский, или История разграбления России





Цитата:
http://tltgorod.ru/crime/article-3478/



Почему Березовского не любят на ВАЗе

https://www.google.ru/search?q=могила+березовского

« Последнее редактирование: 08 Декабря 2017, 15:23:05 от Oleg » Записан
Quangel
Модератор
Ветеран
*****
Сообщений: 6474


Roma Rubrum Ascensio


Просмотр профиля
« Ответ #961 : 07 Декабря 2017, 21:13:00 »

Надо находить такие потребности социума, которые приносили-бы максимальную прибыль предприятию.

"Прибыль" вообще должна исчезнуть,как понятие. :) Потребности должен высчитывать Госплан по количеству продаж и результатам соц.опросов. После чего в рамках двух-контурной денежной системы нужным предприятиям выделяются безналичные инвестиции и формируется план производства. И все. :) Помнишь в СССР по ТВ часто говорили "предприятие провело успешное освоение средств"? :)
Вот это про безналичный рубль. Неосвоенные остатки просто обнулялись. А вот когда вместо плановой работы пошли идеи про хозрасчеты и самоокупаемость,и для инвестиций в производство и выдачу зарплаты стал использоваться один и тот же наличный рубль,тут же расцвело воровство и социализм рухнул. Там,где появляется прибыль,всегда рано или поздно появляется буржуй. Это как сырость и плесень. Если развести сырость,в ней всегда заводится плесень. :)


« Последнее редактирование: 07 Декабря 2017, 22:03:52 от Quangel » Записан
terra
Ветеран
*****
Сообщений: 1277


Просмотр профиля
« Ответ #962 : 08 Декабря 2017, 09:49:47 »

После чего в рамках двух-контурной денежной системы нужным предприятиям выделяются безналичные инвестиции
Основное слово в твоей утопии "НУЖНЫМ". и ВСЕ .Не понятно? Какой спрос-предложение)) НУЖНЫМ!!!Причем здесь "спрос-предложение"

« Последнее редактирование: 08 Декабря 2017, 20:06:30 от terra » Записан

Честность-щит от жадности и тщеславия.
Oleg
Модератор своей темы
Ветеран
*
Сообщений: 2060



Просмотр профиля
« Ответ #963 : 08 Декабря 2017, 12:51:58 »

Но говорить об этом бесполезно. Мне интересно другое: у вас же все в порядке с интеллектом! И я понимаю,что в раскрутке идеи возврата назад в СССР - просто ваши личные интересы. Но неужели вы на самом деле столь тупы в политэкономии и экономике,чтобы на форуме не дураков продолжать продвигать этот детский лепет .Даже не детский ,а ...

просто лезут в свиту к ПэЖэ ? очень хоцца малиновые штаны

Когда у общества нет цветовой дифференциации штанов, то нет цели! А когда нет цели…



Основное слово в твоей утопии "НУЖНЫМ". и ВСЕ .Не понятно? Какой ,на..н,спрос-предложение)) НУЖНЫМ!!!Причем здесь "спрос-предложение" ?Только именно  эта схема и  работала и в СССР и сейчас.. и снова ? сколько можно? Опять будут сидеть дядьки на мешках с баблом,которые и будут определять эту "нужность". так и скажи : надо одних с этих насиженных мест согнать и посадить других. Ну или тех,кто был в СССРе. Очередной передел собственности. Только причем здесь  СССР или социализмы-капитализмы. Это все тот же феодализм.

наши революцьёнэры-феодалисты задумались ..



— Мы месяц по Галактике «маму» попоём — и планета у нас в кармане. А ещё месяц — и воздух купим. У кого воздуха нет, все сюда насыпятся. Воздух наш.
— Они будут на четвереньках ползать, а мы на них плевать!
— Зачем?
— Удовольствие получать.
— А какое в этом удовольствие?
— Молодой ещё…


<a href="http://www.youtube.com/v/y9zoHtDwi5I" target="_blank">http://www.youtube.com/v/y9zoHtDwi5I</a>



— Побойся неба! ПЖ жив и я счастлив.
— А я ещё больше счастлив!




— Дядя Вова. Цапу надо крутить, цапу.
— На! Сам делай!
— Мне нельзя, я чатланин.
— Уйди отсюда!!! Как советовать, так все чатлане, а как работать, так…
« Последнее редактирование: 08 Декабря 2017, 20:19:52 от valeriy » Записан
Oleg
Модератор своей темы
Ветеран
*
Сообщений: 2060



Просмотр профиля
« Ответ #964 : 08 Декабря 2017, 15:09:22 »

Цитата:
http://skurlatov.livejournal.com/

 Россия омертвела

Говорят, что если очень долго кого то бить, нанося удары точно и монотонно примерно по одним и тем же местам, то тело человеческое постепенно станет деревянным, потеряв всякую чувствительность. Нервная система, раз за разом переходившая свой болевой порог и уставшая подавать в мозг бесконечные сигналы, постепенно отключается, и в какой-то определённый момент боль исчезает, а сами удары отдаются лишь глухим стуком, не принося больше не каких ощущений. Только глухой стук. Только разносящийся где то в глубинах сознания стук ударов.



И есть подозрение, что нечто подобное можно провернуть не только с одним конкретным человеческим организмом, но и с организмом социальным – с целой страной и целым народом. Что если очень долго терзать страну, ограничивая её в правах, свободах, грабя её открыто и напоказ, лишая её всякой политической воли, а всех тех, кто на выражение этой воли претендует – прессовать и сажать, если правду и объективную информацию заменить откровенной ложью и второсортной пропагандой, то в один момент страна, слишком часто переходившая собственный болевой порог, просто сломается, и люди её населяющие просто замолчат.
.
И создаётся ощущение, что нечто подобное произошло и с нашей страной.
.
Вот отличный пример из последних прелестных новостей. Возможно, вы и не слышали, но буквально перед новым годом наша дорогая власть приняла один закон, который, если говорить совсем коротко, превращает Дальний Восток в настоящую колонию для корпораций, где перестают действовать как миграционные законы, так и право частной собственности.
.
Не верите? Позвольте я приведу вам пару выдержек из данного закона. Прямых цитат с минимальными сокращениями:
.
Статья 18.
Особенности трудовой деятельности у резидентов территорий опережающего социально-экономического развития
1. Резиденты территории опережающего социально-экономического развития, осуществляющие функции работодателя, привлекают и используют иностранных граждан для осуществления трудовой деятельности на территории опережающего социально-экономического развития, при этом: 1) получение разрешений на привлечение и использование иностранных работников не требуется; 2) приглашения на въезд в Российскую Федерацию в целях осуществления трудовой деятельности, а также разрешения на работу иностранным гражданам на территории опережающего социально-экономического развития выдаются без учета квот на их выдачу.
.
Статья 27.

Особенности изъятия земельных участков и (или) расположенных на них объектов недвижимого имущества, иного имущества для размещения объектов, необходимых для создания инфраструктуры территорий опережающего социально-экономического развития
.
1. В целях создания и развития объектов инфраструктуры территорий опережающего социально-экономического развития допускается изъятие земельных участков и (или) расположенных на них объектов недвижимого имущества, иного имущества, при этом решение об изъятии земельных участков на территории опережающего социально-экономического развития может быть принято по ходатайству управляющей компании.
.
Соответственно Дальний Восток превращается в настоящую колониальную территорию, где не работают миграционные законы и право частной собственности, где кампании вправе привозить иностранных рабочих в любом количестве и на любой срок, параллельно отнимая любую приглянувшуюся им собственность у местных жителей, а органы местного самоуправления ни как не вправе им в этом не богоугодном деле воспрепятствовать. И да, вся эта прелесть будет создаваться и финансироваться за счёт федерального бюджета и бюджета субъектов федерации и регионов, разумеется.
.
Самое чудесное здесь то, что закон этот назван законом о территориях опережающего развития. Единственное что можно опередить с такими законами – это наступление киберпанка, с его мрачным миром корпоративного тоталитаризма.
.
Закон этот государственной тайной не является и спокойно весит в открытом доступе на сайте Президента РФ. Так что ознакомиться с ним может буквально любой. Ну и где же гражданский гнев и возмущение? Где улицы, заполненные толпами несогласными с тем, чтобы страна их превратилась в бесправную колонию для корпораций и зону свободного поселения иностранцев? Города ждут вашего гневного топота, а земля наша жаждет услышать ваши голоса призывающие к её защите! Но улицы пусты, громких призывов неслышно, так, лишь ветер проносит слабый ропот, который единицы произносят шёпотом.
.
Расскажите об этой новости своим знакомым и посмотрите за их реакцией.
.
Что это было? Неужели гнев, возмущение, ярость? Неужели вам удалось-таки взять новый болевой порог? Неужели вы смогли растормошить, пробудить, растревожить в этом омертвевшем человеке сознание живого гражданина? Вы видите, как начинает подрагивать его нижняя губа, с которой уже готовы сорваться самые крепкие, самые матерные, самые отборные слова, как кулаки белеют от бессильной злобы, как надуваются жилки у него на лубу… Как в тело его возвращается жизнь, растекаясь по венам и капиллярам… Но вот, проходит ровно одна секунда, и вспыхнувший огонёк осознанности гаснет в глазах вашего собеседника, и сам он уже возвращается к своим повседневным делам и мыслям. Жизнь посетила его взор лишь на один миг, и пустой взгляд мёртвой камбалы вновь возвращается на эту застывшую маску, именуемую лицом.
.
А ведь благодаря этому закону огромная и богатейшая часть нашей страны превратится в колонию для корпораций. И, вероятнее всего – корпораций китайских, которые быстро превратят немалую часть нашей страны в свою персональную вотчину. Но дела до этого никому нет. И люди, даже услышав про эту новость, скорее всего, быстро переварят её и забудут, моментально вернувшись в столь привычный для них анабиоз повседневности.
.
То, что случилось с современной Россией можно назвать социальной эвтаназией. Всё активное, всё гражданское, всё политическое или просто социально-ответственное здесь омертвело. Омертвело от долгих и монотонных ударов, что наносило по ним государство. Люди уже не гневаются, не возмущаются не выходят на улицы и не пытаются хоть как то повлиять на власть, чувствуя собственную беспомощность и ничего кроме неё. Всё покорилось единовластной воле правителя. Всё замкнулось на иллюзию стабильности и порядка.
.
И, стало быть - подобные законы это только начало. Ведь если общество перестаёт реагировать на удары, если оно лишь слабо мычит в ответ, да и то не всегда, не пытаясь не то что воспрепятствовать ежедневной экзекуции, но даже банально возмущаться, то почему бы не начать бить чаще и сильнее? Одна проблема – обычно, когда боль уже не чувствуется, а удары продолжают наносить и наносить с новой силой – то рано или поздно человек умрёт. И кто сказал, что со страной или народом будет как то иначе?
.
Михаил Беляев
« Последнее редактирование: 08 Декабря 2017, 20:18:00 от valeriy » Записан
terra
Ветеран
*****
Сообщений: 1277


Просмотр профиля
« Ответ #965 : 08 Декабря 2017, 15:31:44 »

Вот зачем приличной женщине в 10 часов утра приспичило коньяка выпить?) пусть и очень хорошего Веселый( коньяк радионуклиды выводит? а?мне сказали что да)) Потом так и тянет схватить фонарь, ну или факел, и идти освещать мрачную, понимаешь, действительность Веселый Веселый Веселый Веселый
Записан

Честность-щит от жадности и тщеславия.
Oleg
Модератор своей темы
Ветеран
*
Сообщений: 2060



Просмотр профиля
« Ответ #966 : 08 Декабря 2017, 15:37:16 »

коньяк радионуклиды выводит? а?мне сказали что да))

"сказали".. и это в эпоху гугля..

http://okeydoc.ru/radionuklidy-pravda-i-mify/
Цитата:
http://rb.mchs.gov.ru/about_radiation/Radiacija_i_zdorove_cheloveka/O_radiacii_dostupnim_jazikom/item/5262

Продукты питания и радиация. Продукты, выводящие из организма радионуклиды

+
http://quantmag.ppole.ru/forum/index.php?topic=144.msg73344#msg73344
http://quantmag.ppole.ru/forum/index.php?topic=4757.msg73468#msg73468

так и тянет схватить фонарь, ну или факел, и идти освещать мрачную, понимаешь, действительность

вотъ аватарка



Цитата:
http://www.mk.ru/politics/2017/10/30/pravozashhitniki-na-vstreche-s-putinym-skazali-o-kholodnoy-grazhdanskoy-voyne.html

Правозащитники на встрече с Путиным сказали о "холодной гражданской войне"

Сколько именно жертв репрессий мы поминаем сегодня, доподлинно не знает никто — дорожить каждой человеческой жизнью как высшей ценностью, к сожалению, не в традициях нашей страны. Несомненно одно: счет загубленным жизням идет на миллионы. Большинство экспертов сходятся на том, что в общий скорбный список входит более 10 млн имен. Открытие памятника, посвященного этим людям, определило компактность заседания с обсуждением лишь главных проблем в области защиты прав человека в нашей стране.

Первой из них сам Владимир Путин обозначил ситуацию вокруг НКО. В первую очередь речь идет о тех из них, что вошли в печально известный список «иностранных агентов». За последнее время, с гордостью сообщил он, число последних резко сократилось — со 165 до 89. Причем главным образом за счет того, что сами эти организации перестают брать деньги за рубежом, переключаясь на отечественные источники. Объем их финансирования в России вырос в 7 раз, обрадовал собравшихся Путин. Однако на этом позитив и закончился.

Председатель Московской Хельсинкской группы Людмила Алексеева призвала Путина воспрепятствовать нагнетанию ненависти и истерии в стране, в том числе через СМИ, в первую очередь телевидение. Кроме того, государство должно строить диалог с обществом «не на запретах, а путем убеждения, что, конечно, труднее», подчеркнула Алексеева. Альтернатива — радикализация протестов и их уход в подполье. «А я хочу, чтобы весь народ уважал и любил избранного президента, а не только те, кто не умеет думать! — заявила глава МХГ. — Так что не надо больше запретов: их у нас и так уже больше, чем нужно, чтобы была возможность свободно дышать! Нужно изменить отношение власти к народу».

Старейшую отечественную правозащитницу поддержал Станислав Кучер:

— Из-за ощущения холодной гражданской войны, преследования инакомыслия и ползучего наступления мракобесия (дело Серебренникова, возня вокруг фильма «Матильда», дело Дмитриева, который сейчас находится в СИЗО, и т.д.) лишь за последнее время из страны уехали около 20 моих знакомых — молодых людей в возрасте 30–35 лет. Мне кажется, что вам как лидеру страны надо обратиться к народу с призывом к прекращению нагнетания истерии. Повлияйте на атмосферу в стране, и этот призыв те, кто надо, услышат. Кроме того, сейчас самое время помиловать политических заключенных.

Недовольны правозащитники и состоянием дел с массовыми уличными акциями, включая протестные. Региональные власти, сообщил президенту Николай Сванидзе, делают все, чтобы «не согласовывать проведение акций, причем сплошь и рядом под надуманными предлогами вроде экстренного ремонта поливочного водопровода, а то и вообще без объяснения причин»: «Правда, одну из этих акций пытался организовать Навальный. Но ведь в Конституции не сказано, что митинги оппозиции подлежат запрету!»

Слишком жестко, по словам Сванидзе, и силовики обходятся с задержанными на запрещенных акциях: набивают в автобусы вдвое больше людей, чем там имеется мест, держат там часами без воды, не допускают адвокатов и так далее. А уж суды над этими людьми и вовсе скорее напоминают фарс, ибо занимают не более пары минут на человека: «У нас имеется богатая история такого подхода, о чем самое время вспомнить как раз сегодня, — напомнил он. — Наша задача — защитить суд от этой профанации и вернуть ему доверие людей. Необходимо уйти от полицейского акцента нашего государства! Оно должно стать на защиту свобод человека!»

Цитата:
http://www.bbc.com/russian/news-41738505

Доклад Amnesty: российские тюрьмы унаследовали практику ГУЛАГа

Транспортировка заключенных в российские тюрьмы происходит с грубым нарушением прав и унижением человеческого достоинства, пишет правозащитная организация Amnesty International.

"От советского ГУЛАГа Федеральная служба исполнения наказаний России (ФСИН) унаследовала сеть исправительных колоний, многие из которых находятся в малонаселенных частях страны, например, на Крайнем Севере или на Дальнем Востоке", - говорится в тексте доклада под названием "Этапирование заключенных в России: путь в неизвестность".

Осужденных могут отправить в колонию за тысячи километров от дома, так что родственники и близкие будут неделями пребывать в неведении по поводу их судьбы.

"Российским властям пора уничтожить последние пережитки ГУЛАГа и привести свою пенитенциарную систему в соответствие с международными стандартами в области прав человека", - заявляет Amnesty International.

Осужденные к лишению свободы должны отбывать наказание в регионе, где они проживают или были осуждены, гласит Уголовно-исполнительный кодекс РФ.

Однако у этой нормы много исключений, которые позволяют этапировать людей за тысячи километров от дома.

В результате родственники и близкие иногда не имеют финансовой и физической возможности регулярно видеться с осужденными.

Например, чтобы навестить бывшего главу банка "Менатеп" Платона Лебедева (к настоящему времени он вышел на свободу) в поселке городского типа Харп (Ямало-Ненецкий автономный округ) нужно было сперва двое суток ехать на поезде или шесть часов добираться на самолете от Москвы до города Салехард.

После этого желающие попасть на свидание с Лебедевым должны были переплыть реку Обь на пароме (летом), переехать по льду (зимой) или пересечь на катере на воздушной подушке (весной и осенью).

В своем ответе Европейскому суду по правам человека власти России обосновывали свое решение отправить Лебедева отбывать заключение за 4 тысячи км от дома соображениями его личной безопасности.

Осужденные женщины чаще мужчин оказываются в невыгодном положении.Из 760 российских пенитенциарных учреждений только в 46-ти есть условия для размещения женщин.

По данным переписи ФСИН от 1999 года (более свежие данные отсутствуют), 12% российских заключенных отбывали наказание за пределами региона своего проживания или прописки, тогда как среди женщин эта доля доходила до 44%.
Долгая дорога

Помимо удаленности мест заключения, маршруты доставки заключенных часто витиеваты, так как железнодорожные вагоны для перевозки подследственных и осужденных (их еще называют "столыпинскими вагонами") прицепляют к пассажирским составам.

"Путь может занять от двух недель до месяца или даже больше, и на промежуточных остановках заключенные размещаются в пересыльных камерах в СИЗО, где они проводят иногда недели, пока их не отконвоируют на следующий поезд", - пишут авторы доклада Amnesty.

На каждом этапе заключенных могут часами обыскивать, применяя не самые гуманные методы - например, при обследовании анального отверстия.

"Они берут грелку, к ней присоединена длинная трубка, которую засовывают вам сзади, а потом они резко наступают на грелку", - рассказал Amnesty заключенный Александр Мельников.
Без белья и туалета

В "большом" купе вагонов для заключенных площадью 3,5 квадратных метра (соответствует обычному пассажирскому купе в России, в котором путешествуют четыре человека) согласно нормативам можно размещать до 12 человек.

Иными словами, на одного человека вместе с багажом приходится по 0,29 квадратного метра. Конструкция "столыпина" незначительно изменилась с советских времен, отмечают правозащитники.

Иногда в таких условиях невозможно лежать, можно только сидеть. В купе есть семь спальных мест: по три полки на каждой стене и седьмая полка - между двумя средними.

"Там нет окон, но есть решетка, выходящая в коридор вагона. Заключенным раздают сухие пайки, которые разбавляют горячей водой, выдающейся три раза в день. Однако один бывший заключенный отметил, что вода редко была достаточно горячей, чтобы нормально разбавить еду", - говорится в докладе.

Этапируемым в поездах не полагается постельного белья, а посещать туалет можно раз в 5-6 часов.

На стоянках, которые могут длиться часами, а также по ночам посещение санузла может оказаться вовсе невозможным.

Все время, пока осужденные идут по этапу, родственники, как правило, имеют крайне смутное представление о том, где находятся их близкие, что с ними происходят, а также живы они или мертвы.

Эта информация намеренно держится в секрете. По мнению Amnesty, это равносильно "насильственному исчезновению" - понятия из международной правозащитной конвенции.

"Всё это время осужденный не знает, куда его везут, родственники находятся в полном неведении о его местонахождении. Осужденный лишается практически всех гражданских прав, в том числе права на адвоката и на общение с близкими", - писал адвокат Иван Павлов в январе 2017 года.

В таком состоянии осужденный может находиться в течение нескольких недель, а то и месяцев, пока длится этапирование в колонию.

Закон требует от госорганов уведомлять одного из родственников осужденного о его местонахождении лишь в течение 10 дней после прибытия в тюрьму.

Так, активист Ильдар Дадин, получивший реальный тюремный срок по обвинению в неоднократных нарушениях закона о митингах, жаловался на пытки в Сегежской исправительной колонии в Карелии. После этого в начале декабря 2016 года его этапировали в другую колонию.

Супруге Дадина Анастасии Зотовой удалось выяснить местонахождение супруга лишь спустя месяц, в январе 2017 года.

Приговор Дадину был позже отменен Верховным судом, к настоящему времени он вышел на свободу и отсудил у государства более 2 млн рублей компенсации
« Последнее редактирование: 08 Декабря 2017, 17:02:49 от Oleg » Записан
Oleg
Модератор своей темы
Ветеран
*
Сообщений: 2060



Просмотр профиля
« Ответ #967 : 08 Декабря 2017, 16:13:52 »

Цитата:
http://nwalkr.tk/b/454170/read#t113
- Сталин. Вся жизнь (Династия без грима) 2270K - Эдвард Станиславович Радзинский

Правые – правы… пока


Пришла очередь Зиновьева и Каменева.

В союзники Сталин взял последнего оставшегося вождя – Бухарина, главу направления, которое в партии именовалось правым. Он и его сподвижники – руководитель профсоюзов Томский и председатель Совнаркома Рыков – за мирное неторопливое развитие, продолжение нэпа, союз со средним крестьянством, против коллективизации, сверхиндустриализации, борьбы с кулаком. Бухарин щедро цитирует последние статьи Ленина – теперь все должно быть подкреплено ссылками на бога. Впрочем, у его врагов достаточно прямо противоположных по смыслу цитат – и тоже из бога.

14 апреля 1925 года в «Правде» была напечатана статья Бухарина с лозунгом, обращенным к крестьянству: «Обогащайтесь, развивайте свое хозяйство и не беспокойтесь, что вас прижмут». Страна вздохнула с облегчением: с падением Троцкого явно наступали добрые перемены. Но лозунг ошарашил старых партийцев: богатый крестьянин – это нокаут Великой утопии! Каменев потребовал объяснений у Сталина, тот молчал, загадочно курил свою трубку. Зиновьев и Каменев решили: пора попытаться одернуть Бухарина. Уничтожая его, они припугнут и Сталина.

Так он заставил этих глупцов выступить открыто. Теперь Зиновьев и Каменев все время обстреливают Бухарина. А Сталин помалкивает. Ждет.

Окончательное сражение развернулось на XIV съезде. Зиновьев объявил: «В партии существует опаснейший правый уклон. Это недооценка опасности кулака, деревенского капиталиста. Кулак, соединившись с городскими капиталистами-нэпманами и буржуазной интеллигенцией, сожрет партию и революцию».

Все эти мысли Зиновьева Сталин почти дословно выскажет через несколько лет, когда уже сам будет уничтожать Бухарина и правых… Но сейчас – очередь Зиновьева и Каменева. И он страстно защищает Бухарина: «Крови Бухарина требуете? Не дадим вам его крови!» (Аплодисменты.)

Через тринадцать лет идущий на расстрел Бухарин вспомнит эти слова…

Но уже тогда прозвучала грозная для правых реплика Сталина: «Если спросить коммунистов, к чему готова партия… я думаю, из 100 коммунистов 99 скажут, что партия более всего подготовлена к лозунгу «бей кулака».

Да, защищая Бухарина, он отлично знал: партия жаждет продолжения революции и расправ с ненавистными капиталистами, с ненавистным нэпом – изменой Великой утопии… Так что уже тогда, думая о будущих ходах, он не сомневался: с правыми он расправится при овациях партии.

А пока все забавно повторялось: беспощадных репрессий, которых вчера Зиновьев и Каменев требовали против Троцкого, нынче потребовал против них самих интеллигентнейший Бухарин.

Весь XIV съезд прошел под удивительный аккомпанемент. Когда-то, при разгоне Учредительного собрания, Ленин использовал орущий зал. Теперь Сталин успешно применяет его опыт.

Вот Каменев тщетно пытается перекричать беснующийся зал: «Вы меня не заставите замолчать, как бы громко ни кричала групка товарищей… Сталин не может выполнять роли объединителя большевистского штаба. Мы против теории единоначалия, против того, чтобы создавать вождя».

Зал в ответ орет: «Неверно! Чепуха! Сталина! Сталина!» Вся стенограмма – это постоянный голос зала, как бы олицетворяющего народ, низы партии.

Съезд, набранный Генсеком, не просто послушен. Делегаты уже не верят в убеждения спорящих на трибуне. Еще вчера Зиновьев и Каменев со Сталиным выступали против Троцкого, сегодня Зиновьев и Каменев с Троцким выступили против Сталина. Диктатор Ленинграда кровавый Зиновьев, требующий сейчас демократии, так же странен, как требовавший демократии диктатор Троцкий. Хитрый Микоян все это сформулировал так: «Когда есть большинство у Зиновьева, он за железную дисциплину, когда нет – он против».

Делегаты уже поняли: это просто борьба за власть.

С идеями покончено. Зал с готовностью демонстрирует свое единство со Сталиным – оно хотя бы выгоду приносит.

Крупская попыталась быть независимой – она выступила в поддержку Зиновьева и Каменева, говорила о том, что большинство не всегда право, вспоминала поражение Ленина на стокгольмском съезде… Сталин вежливо возразил ей с трибуны и куда менее вежливо выразился в кулуарах: «Если она ходила в один нужник с Лениным, то это еще не значит, что она понимает ленинизм».

Но на трибуне он – воплощение миролюбия, умеренности. «Метод отсечения, метод пускания крови заразителен. Сегодня одного отсечем, завтра другого… А что же у нас останется от партии?» – так говорил он, добрый и терпимый, на XIV съезде партии.

Вот он цитирует написанную Лениным резолюцию XI съезда, где говорится о мерах против функционеров вплоть до исключения их из партии. «Надо осуществить! Сейчас же!» – неистовствует зал. Но он: «Подождите, товарищи, не торопитесь»… Это его нынешняя роль – умиротворителя, мудрого, спокойного, отнюдь не жаждущего крови руководителя. Собственноручно написанная роль в поставленном им же зрелище.

Каменев и Зиновьев осуждены 559 голосами против 65. Полным их поражением при новом сопровождении – криках одобрения – заканчивался послушный Сталину съезд. Созданная им система отбора депутатов сработала великолепно.

Счастливый Бухарин и его единомышленники, победившие своих врагов, славили эту систему, как еще совсем недавно славили ее Каменев и Зиновьев, победившие на предыдущем съезде своего врага Троцкого.

Все они ничего не поняли… Только потом станут ясными правила игры Сталина: он делился властью, но не более чем на один съезд. На один ход.

"ленинизьм" - это тот самый Ка-Ундрий

Цитата:
http://llsnk.livejournal.com/105518.html

Фантастика имеет, как правило, очень низкую информационную, а иногда и художественную, ценность. За исключением Лема. Он был футурологом, и некоторые из его предсказаний сбылись с один в один. Вот, например, "Осмотр на месте" (Wizja lokalna). Очень точно описано текущее (1982 год) и будущее состояние России.

Ка-Ундрием называли какую-то идею универсального характера, требовавшую величайших жертв, вплоть до самой жизни, - это представляется несомненным.

Кливийцы были весьма сильны в математике и умели хладнокровно рассчитывать. Мистический, или, во всяком случае, таинственный характер Ка-Ундрия, направляющего все их усилия, отнюдь не мешал им действовать на трезвую голову. Хотя движущая ими идея завоевания была, быть может, и бессмысленной (а разве бывают иные?), однако осуществлялась она на удивление методично. Расходов она требовала, безусловно, громадных, ведь это был уже век промышленного ускорения, и приходилось каждые несколько лет проектировать и запускать в производство совершенно новые, все более дорогие виды вооружения.

Даже само название вражеского государства не сохранилось сколько-нибудь надежно. От него ничего не осталось, кроме пустыни с уходящей на несколько сот метров вглубь вечной мерзлотой. ... Люзанское правительство установило на этой вымершей, выморочной территории бессрочный карантин и не позволяло - во всяком случае, согласно доступным источникам - ни одной научной или военной экспедиции ступить на землю Цетландии. Наши люзанисты строят по этому поводу многочисленные догадки, но в сколько-нибудь отчетливую картину они не складываются. Черная Кливия, или Голивия, никогда не объявляла войну Люзании и никогда не вступала с ней в вооруженный конфликт, но пыталась овладеть всею Энцией потихоньку, исподволь, окольным путем.

- Столкнулись две версии Блага, - сказал наконец монах - Они различались тем, что благородный Тюкстль назвал бы программой. Однако не слишком сильно. В сущности, схлестнулись они потому, что были проектами совершенства. Если друг против друга станут две церкви единого Бога, если каждая стоит за Него, но требует для себя исключительности, не допускающей никаких уступок, то дело может кончиться битвой, хотя бы даже никто ее не хотел. Разве так не случалось в истории? А раз уж даже преданность Высшему Благу способна породить истребление, насколько вернее ведет к тому же посюсторонняя вера, приверженцы которой создали полчища немыслящих исполнителей!

Два проекта блаженного безбожья мчались навстречу друг другу и встретились не точно на полпути, ибо один из них был эффективнее и обладал большей силой поражения. А если бы повезло кливийцам, ты сидел бы не здесь, но среди темнолицых, на южной оконечности их плоскогорья, и слушал бы о гибели таинственного чудовища северной Тарактиды, погребенного под ледниками Люзании. С той только разницей, что ты оказался бы среди неверующих, ведь кливийцы, как я уже сказал, отвергли Бога, и там, пожалуй, тебе труднее было бы найти искупленцев...
Записан
Oleg
Модератор своей темы
Ветеран
*
Сообщений: 2060



Просмотр профиля
« Ответ #968 : 08 Декабря 2017, 16:26:10 »

Ка-Ундрий для Ку-Аггелов - и прочих любителей политоходов из первоисточника:

Цитата:
http://nwalkr.tk/b/231565/read
- Осмотр на месте (пер. Константин Васильевич Душенко) (Ийон Тихий) 1108K - Станислав Лем

.. Народ ждал обещанного церковью исполнения желаний, исполнения тем более полного и великолепного, что никто не представлял себе, как оно должно выглядеть, а зачаточное благоденствие, которого уже удалось вкусить, разочаровывало, как если бы все вдруг подумали: «И это все?» Тогда-то и началась мировая война, удивительная тем, что она до конца оставалась государственной тайной.
Называют ее по-разному — «утаенной войной», «дивной войной», и уж меньше всего можно узнать из люзанских источников о противнике, с которым велась эта тайная схватка. От самого же противника узнать вообще ничего нельзя: по прошествии двадцати с чем-то лет он бесследно исчез, словно его и не было никогда на планете. Даже само название вражеского государства не сохранилось сколько-нибудь надежно. Известно, что размерами оно не уступало Люзании, располагалось на антиподах, у Южного полюса, на Цетландском континенте, и что люзанцы называли его Черной Кливией, а курдляндцы — Голивией. От него ничего не осталось, кроме пустыни с уходящей на несколько сот метров вглубь вечной мерзлотой. Люзанское правительство установило на этой вымершей, выморочной территории бессрочный карантин и не позволяло — во всяком случае, согласно доступным источникам, — ни одной научной или военной экспедиции ступить на землю Цетландии. Наши люзанисты строят по этому поводу многочисленные догадки, но сколько-нибудь отчетливая картина не складывается.

Черная Кливия, или Голивия, никогда не объявляла войну Люзании, не вступала с ней в вооруженный конфликт, но пыталась овладеть всею Энцией потихоньку, исподволь, окольным путем. Ее обитатели, правда, были тоже энциане, но другой расы и чуть ли даже не другого вида. Когда орды кочевников по экваториальному перешейку пробирались из Тарактиды в Цетландию (примерно тогда же, когда другая их часть проникла на вулканическое плоскогорье на севере Тарактиды, где впоследствии суждено было возникнуть Люзании), после ряда природных катаклизмов разверзся глубокий подводный ров, отрезавший друг от друга соединенные доселе материки — так началось великое разделение праэнциан, и через каких-нибудь сто тысяч лет покорители Цетландии изменились физически под влиянием суровых условий этого полярного континента. Они были ниже ростом, не столь длинноноги, осанка их, прежде совершенно прямая, стала слегка наклонной; в древности и в средневековье они отличались особой жестокостью к чужеземцам, то есть энцианам Тарактиды, и будто бы истребляли одну за другой все экспедиции, добиравшиеся до них через грязеан. Поначалу их племена занимались охотой, затем на протяжении столетий объединялись и вновь распадались на мелкие государства, но достоверных сведений об их истории нет. Объясняется это, по-моему, тем, что люзанцы, страдавшие от необъявленной и даже не ведущейся официально войны, нанесли им страшный удар, и эффективность его оказалась настолько чудовищной, что победителей охватило чувство неизбывной вины. Над кливийцами будто бы владычествовал какой-то особый императив, то ли религиозный, то ли светский, который требовал от них не жалеть ничего ради всеобщего Ка-Ундрия.

Чем был этот Ка-Ундрий, я так толком и не узнал, хотя перерыл целый библиотечный зал, а это не так уж мало. Впрочем, само название придумали искупленцы — гилоистический орден кающихся, который предается воспоминаниям о страшной участи кливийцев; люзанское правительство относится к искупленцам терпимо, однако они не имеют права обращаться к люзанскому обществу и разглашать какие бы то ни было сведения о внутренних делах ордена. И лишь благодаря утечке информации известно, что кливийцы в отличие от северных энциан говорили почти бесшумно, словно были способны лишь к хриплому шепоту, а их беззвучный язык не имеет близких аналогов ни в курдляндском, ни в люзанском наречиях. Ка-Ундрий — это символ, которым искупленцы обозначали — но, собственно, что? Национальные интересы кливийцев? Сущность их государственности? План покорения планеты? Путь к счастью? Или само это счастье? Я охотно потолковал бы с каким-нибудь монахом-искупленцем о том, как оно было на самом деле, поскольку, как я уже говорил, распространять любые публикации о Кливии запрещено. Ка-Ундрием называли какую-то идею универсального характера, требовавшую величайших жертв, вплоть до самой жизни, — это представляется несомненным. Всех остальных энциан кливийцы называли Хс-Хсце, что значит «Ничего-Не-Разумеющий». А так как Ничего-Не-Разумеющих нельзя было заставить уверовать в Ка-Ундрий, и эта бестолочь, по их представлениям, стояла на пути к Исполнению — уж не знаю чего, — то они старались подчинить или уничтожить всех некливийцев. По-видимому, тут произошло весьма любопытное превращение: сперва они боролись с Ничего-Не-Разумеющими лишь символически и магически (и убивали каждого, кто попадался им в руки, называя это его Обращением), а потом все более и более реально, по мере того как овладевали начатками технологии. Они были мастера по части всевозможных механических ремесел. Похоже, что они первыми сконструировали самодействующие боевые устройства, из которых позже возникли так называемые ультиматы, и мало-помалу втянули Люзанию в гонку вооружений. Но так как кливийскую версию этих событий, охватывающих верхнее средневековье и первое столетие Нового времени, услышать нельзя, а люзанцы, конечно, в этом вопросе пристрастны, добросовестный исследователь должен поставить здесь большой знак вопроса. Так, впрочем, и поступает большинство люзанистов.

Поначалу восемь тысяч миль грязеана, разделяющего Тарактиду и Цетландию, превращали гонку вооружений в какое-то обоюдное помрачение, лишенное всякого военного смысла. Правда, «ястребы» из числа штабистов требовали, чтобы люзанские вооруженные силы высадились в Цетландии, но ничего подобного не произошло; все эти планы пресекались в зародыше более здравомыслящими политиками. Кливийцы были весьма сильны в математике и умели хладнокровно рассчитывать. Мистический или, во всяком случае, таинственный характер Ка-Ундрия, направляющего все их усилия, отнюдь не мешал им действовать на трезвую голову. Хотя движущая ими идея завоевания была, возможно, и бессмысленной (а разве бывает иначе?), однако осуществлялась она на удивление методично. Расходов она требовала, безусловно, громадных: ведь это был уже век промышленного ускорения, и каждые несколько лет в производство запускались новые, все более дорогие системы оружия. Люзания, с ее природными богатствами и более благоприятным климатом, которая к тому же первой вступила в индустриальную веру, не отставала от соперника ни на шаг, однако поеживалась при этом, ибо финансовое бремя вооружений, именуемых чисто оборонительными, непрерывно росло. Великая мировая война началась втихомолку, без единого выстрела, без вступления в бой крупных войсковых соединений, поскольку все операции были криптовоенными. Неизвестно даже, насколько верны сообщения некоторых курдляндских источников (Курдляндия сохраняла нейтралитет, весьма относительный, как увидим), будто противники пробовали вредить друг другу, вызывая дистанционное расстройство климата и землетрясения; возможно, то были всего лишь угрозы, попытка запугать неприятеля или же отвлекающая операция — чтобы заставить врага вкладывать средства в бесперспективные методы борьбы. Правда, большие центральные озера Цетландии действительно исчезли в сейсмической трещине, однако ничто не указывает на искусственный характер этой катастрофы. Как бы то ни было, до прямого столкновения дело не дошло. Почти одновременно Тарактида и Цетландия вступили в эру биотехнологии. Невозможно установить, кто первым применил так называемое зачаточное оружие. Следует помнить, что сражающиеся через океанский простор противники были энцианами, а оплодотворение совершается у них опылением. Кто-то пустил в ход патоферы — патогенные фертилизаторы. Похоже, однако, что сделали это кливийцы. На протяжении нескольких лет Люзании пришлось решать серьезнейшие демографические проблемы: на свет появлялось множество детей с врожденными уродствами. Но даже тогда она не призналась в том, что эндемия рака новорожденных связана с Кливией, а тем более в том, что на это тайное нападение люзанцы ответили истребительным контрударом.

В библиотеке МИДа, не знаю почему, вообще нет военного отдела, и на труд генерала доктора Брюммеля, посвященный межконтинентальной биологической войне на Энции, я наткнулся совершенно случайно. Брюммель (а может, и Брюммли, не помню уже) предполагает, что война с самого начала была генетической; сам он, кажется, специалист по такого рода оружию. Генерал-доктор (сегодня нельзя стать генштабистом без нескольких степеней) готов допустить, что Кливия первая начала рассеивать над Люзанией патогены, или патоферы, выращиваемые в биовоенных комплексах; но лишь часть зачатых таким образом детей оказалась неспособна к жизни. С военной точки зрения, толково и сухо разъясняет генерал-доктор, уничтожение живой силы противника биологическим путем, посредством дистанционного оплодотворения, — задача весьма сложная. Разумеется, особенности естественного размножения энциан значительно ее облегчают, но дело в том, что сперматозоид, слишком отличающийся от нормального, отторгается яйцеклеткой, а сперматозоид недостаточно патогенный приводит к появлению на свет потомства, поддающегося лечению. Проектирование сперматозоида (а это настоящие конструкторские работы, и ведутся они в специальных конструкторских бюро, со штатом из первоклассных научных сотрудников), который не отторгался бы организмом самки и в то же время был губителен для него, требует громадных знаний и высокого технологического уровня. Говоря коротко, люзанцы превосходно доделали то, что кливийцы начали неважнецки, поскольку первые продвинулись дальше в области биотехнологии или, точнее, военной технобиотики. Они не действовали сгоряча и не ограничились полумерами, но ударили по кливийцам «грязным фертилизационным оружием» с таким размахом, что все население Цетландии вымерло на протяжении жизни одного поколения: вынашиваемые плоды поубивали всех способных к деторождению кливиек. Люзанцы, говорит генерал Брюммли, применили фертолеты, то есть летучие фертилизаторы. Они обеспечивают оплодотворение, при котором эмбрион становится злокачественным новообразованием, поражающим организм матери прежде, чем наступят роды. Одновременно люзанцы применяли у себя какие-то методы противозачаточной защиты, опасаясь, что Кливия ответит таким же ударом; но ее оружейники не успели, а может быть, не сумели вырастить столь же смертоносные инсеминаторы.

Неведомо как слухи об этой катастрофе дошли даже до земных журналистов; некий Говард Пинтел писал в научно-фантастических журнальчиках, будто на Энции действовали «бригады противозачаточных десантников», а также «контрацепционные пыльцеметы», но это очевидные бредни, ведь энциане размножаются не так, как представлял себе журналист-невежда. Были, конечно, попытки нарушить экосферное равновесие, но не это нанесло Кливии обернувшийся геноцидом удар. Никаких «военных абортистов» в Люзании тоже не было: части гражданской обороны состояли из медиков и биологов. В конце концов нельзя было скрыть растянувшуюся на долгие годы гибель населения неприятельского государства. Впрочем, оно, надо думать, не вымерло бы целиком, если бы люзанцы не поддерживали над вражеской территорией нужную концентрацию убийственной пыльцы. Отфильтровать ее на сто процентов невозможно; кливийцы, правда, начали строить огромные убежища, чтобы спасти хоть часть населения, но не успели, поскольку не были готовы к массированной атаке. Однако и тут не все ясно: например, почему среднегодовая температура Южного полушария упала на девять градусов за каких-нибудь шесть лет; но если даже люзанцы и приложили к этому руку, они никогда не признались в этом. Развалины кливийских городов покрыл ледник, и, как уже говорилось, вечная мерзлота сковала Цетландию на глубину в несколько сот метров. Лишь через сто лет климат Южного полушария потеплел (хотя и не вернулся к довоенному уровню).

В одном из примечаний доктор Брюммли приводит такое мнение своего анонимного коллеги по профессии: тот, кто страдает от докучливых насекомых, гадов и мышей и наконец прихлопнет мерзкую тварь, но не насмерть, при виде ее содроганий впадает в панику и тогда уже должен поскорее добить ее чем-нибудь; агония вызывает страх и отвращение одновременно, так что хочется покончить с ней как можно быстрее, и любые средства здесь хороши. Что-то в этом, пожалуй, есть; поэтому, добавлю уже от себя, если даже люзанцы сами не ожидали столь чудовищной эффективности своих генолетов (некоторые эксперты именно так называют это оружие — летучую оплодотворяющую пыльцу), то затем они пустили в ход все средства, имевшиеся в их арсенале, чтобы извести кливийцев под корень, хотя поначалу, возможно, и не питали подобных намерений. Не исключено, что, уничтожая «живую силу» кливийцев (как сказали бы специалисты-конфликтологи), они хотели всего лишь ослабить их, заставить пойти на попятную, быть может, согласиться на переговоры, перемирие, мир; но невероятный размах умерщвления (Кливия насчитывала миллионы жителей) сделал какое-либо соглашение победителей с побежденными невозможным. Так, по крайней мере, считает доктор Брюммли и его коллеги по профессии. Биологическое оружие генного типа, добавляет Брюммли, чревато опасностью самопроизвольной эскалации. Даже обычную бактериологическую эпидемию легче вызвать, чем прекратить. Это, указывает ученый генерал, оружие неконтролируемое, и люзанцы, несомненно, охотнее применили бы против Кливии неживое оружие дистанционного типа; однако его у них не было, когда конфликт вступил в критическую стадию. Обе стороны еще не преодолели тогда «надкомпьютерного порога» гонки вооружений. Брюммли вообще очень многое мог бы сказать на эту тему, но решительно ничего — об умерщвлении государства, которое было обязано своему Ка-Ундрию (Брюммли, однако, пишет «Кон-Ундрий») самоубийственным столкновением с более могущественным противником.

Все это оглушило меня, словно удар палкой по голове. У меня уже сложилось свое представление о люзанцах и курдляндцах, не идиллическое, конечно, но вовсе не такое уж мрачное, — даже о том, чего я не смог понять. Гилоизм, казалось бы, просто вынуждал люзанцев придерживаться миролюбивой политики, а диковинность курдляндского политохода можно было счесть специфической, местной формой привязанности к сельскому образу жизни.
...
Записан
Oleg
Модератор своей темы
Ветеран
*
Сообщений: 2060



Просмотр профиля
« Ответ #969 : 08 Декабря 2017, 16:26:32 »

конец цитаты

Цитата:
...
«Отторжение бессмертия» протекает по-разному, но основные симптомы схожи: отвращение к собственному телу, зияющая духовная пустота, страх и отчаяние, перерастающие в манию самоубийства. Следует добавить еще, что общество не облегчало жизнь эктофицируемым, проявляя в отношениях с ними особого рода презрение, смешанное с завистью. О том, почему один только Аникс, бывший императорский философ, не отказался от такого существования, я услышал множество противоречащих друг другу версий. Он сам будто бы однажды назвал себя вечным свидетелем преходящего мира, но это, похоже, лишь одна из полулегендарных историй, связанных с его именем. Научные занятия он оставил более ста лет назад. И никого не принимает; ни одного из его учеников уже нет в живых. Говорят, надо самому стать эктоком, чтобы почувствовать вкус и бремя такого существования. Люзанские историки всеми силами стараются обойти эктотехническую стадию своей цивилизации. Кажется, это для них эпизод столь же тягостный и замалчиваемый по тем же соображениям, что и гибель Кливии. Как если бы и здесь, и там случилось нечто, во всех отношениях постыдное, чего нельзя уже ни исправить, ни вычеркнуть из памяти.

Аникс живет в небольшом одноэтажном загородном доме с садом, заросшим бурьяном и полевыми цветами. Он сам пожелал встречи со мною, и это было, как меня уверяли, редким отличием. В молодые годы, то есть еще в эпоху империи, он опубликовал главный свой труд, возникший под влиянием Учения о Трех Мирах, этого фундамента энцианской мысли. В его трактовке Учение подверглось редукции. Аникс пришел к выводу, что возможны лишь два рода миров. Мир либо лоялен к своим обитателям, либо нелоялен. Лояльный мир — это мир, в котором нет непостижимых свойств и недоступных мест. Это мир без неразрешимых загадок и вечных тайн, мир, абсолютно прозрачный для познающего разума.

А нелояльный мир познать до конца нельзя. Он непостижим и неисчерпаем. Именно таков наш мир. Аникс сравнил его в своем главном труде с колодцем, размеры которого ограничены и конечны, но из которого воду можно черпать без конца. Вселенная как раз такова: конечна и неисчерпаема. Через двести лет, уже будучи эктоком, он ввел в свое учение небольшую на первый взгляд поправку. Он сохранил прежнюю классификацию миров, однако признал, что лишь мир, который он раньше называл нелояльным, можно счесть благожелательным. Лишь такой мир бросает вечный вызов разуму, а разум больше ценит путь, чем конец пути, познание — больше, чем окончательную формулу, и окончательная победа для него означала бы окончательное поражение. Что делал бы разум, познавший «все»? Поэтому Аникс и поменял знаки лояльности и нелояльности в своей типологии миров. Вот что мне было известно, когда я переступил порог его дома.

Кикерикс, мой провожатый, в дом не вошел. Возможно, Аникс хотел встречи с глазу на глаз, не знаю. Я об этом не спрашивал. Он сидел на деревянной веранде, в лучах солнца, необычайно яркого для северных районов Люзании, и смотрел, как я иду к нему между высокими рядами кустарника, покрытого пухом уже отцветающих цветов. Он сидел за низким деревянным столом, на этом странном для моих глаз стуле, устроенном так, чтобы можно было подогнуть под себя ноги по-энциански, и был похож скорее на громадную головастую жабу, чем на лысую птицу. Его лицо, твердое, выпуклое, огромное, с широко расставленными глазами и ноздрями, было цвета красного дерева с матово-синим отливом.

Под белой накидкой или, пожалуй, монашеской рясой угадывался мощный скелет; свои большие темные руки он положил на стол и смотрел на меня неподвижно, не мигая глазами, желтыми, как у злого кота. Увидев его, я сразу поверил, что ему почти четыреста лет. Хотя я не заметил у него ни единой морщины, а голос его звучал сильно, было в нем что-то ужасающе старое. Не усталость, а скорее терпение — терпение не человека, а камня. Или, может быть, безразличие. Словно он все уже видел и ничто не могло ни удивить его, ни заинтересовать.

— Здравствуй, пришелец с Земли, — сказал он, когда я ступил на скрипучие деревянные ступеньки веранды. — Я слышал о ней давно. Садись. У меня есть табурет для людей…
И в самом деле, табурет, на который он мне показал, был земного образца. Я сел, не зная, что говорить. Меня уверили, что он ушел из жизни, но, возможно, это всего лишь вопрос терминологии?
— Вы похожи на нас, — сказал он. — Вы идете тем же путем, что и мы, и, должно быть, придете туда же.
Он смотрел в сад. Солнце светило ему прямо в большие желтые зрачки, но, казалось, не слепило его. Сквозь беловатый пух на голове просвечивала смуглая до синевы кожа.
— Сначала я отвечу на вопрос, который ты хочешь задать мне. Почему никто не решается на эктофикацию? Вот ответ. Потому, что смертным бессмертие ни к чему. Очищенное от всяких опасностей существование теряет всякую ценность. Обычно это зовется смертною скукой. На этот раз здравый смысл попал в самую точку.
— А ты? — спросил я тихо.
— Я не скучаю, — ответил он, по-прежнему глядя в сад мимо моего лица. — О чем ты еще хочешь меня спросить?
— О Черной Кливии. Ты должен ее помнить.
— Помню.
— Чем был Ка-Ундрий?
Он повернул ко мне свою большую голову на сгорбленных плечах.
— Значит, и ты доискиваешься в нем тайны? Должен тебя разочаровать. На любой обитаемой планете возникает множество культур, и побеждает та, что первой овладеет материальной мощью и универсальной идеей. Одной лишь мощи или одной лишь идеи недостаточно. Они должны явиться вместе, как два обличья одного и того же. В этом отношении Земля не отличается от Энции. Победившая идея своим успехом обязана не военным завоеваниям, а благам, которые она сулит. Но даже исполненные посулы разочаровывают, ведь история не может остановиться ни в золотом веке, ни в черном, а восторжествовавшая идея, устремленная в этот мир или в мир иной, не туда ведет, куда указывает. По видимости курдляндская и люзанская идеологии абсолютно противоположны, но их суть одинакова. Речь идет о том, чтобы наслаждаться благами некоего общественного строя без сопутствующих ему бед. И здесь, и там свободу стремятся примирить с несвободой не путем внутренней работы духа, но при помощи внешней силы. При таком взгляде на вещи ты увидишь, что между нами и ними нет существенной разницы. Политоход — это решение дилеммы, отличное от шустросферы по методу, но не по цели. Наши тюрьмы комфортнее курдляндских и не так заметны, и все же мы такие же узники, как и они. И здесь, и там ограничения навязаны извне. Такой подход ко всем явлениям бытия свойствен нам с древнейших времен. Я называю его эктотропическим. Вы на Земле зовете его инструментальным. С точки зрения предшествующих поколений каждая следующая стадия цивилизации — либо кошмар, либо, для оптимистов, рай. А увиденная со стороны, например, твоими глазами на Энции, она кажется просто безумием, на удивление ожесточенным в своем стремлении осуществиться до конца. Верно?

Он выдержал паузу, но я молчал, и он заговорил снова:
— Отдельные стадии технологии — как плавучие льдины, а общество планеты продвигается вперед, перескакивая с одной из них на другую. Насколько велик будет разрыв между соседними льдинами, а значит, удастся ли следующий прыжок или он закончится в полынье, зависит от космической лотереи — той, что лепит планеты. Катастрофа всегда присутствует в сфере возможного. Но если судьба позволяет нам перескакивать все дальше и дальше, со льдины на льдину, это не значит, будто в конце концов мы выйдем на твердую землю. Ты, возможно, не знаешь, что этикосфера была для нас скорее соломинкой, за которую хватается утопающий, чем миражом совершенства. Благоденствие оглупляет, оно порождает насилие, вытекающее из отчаяния, — на смену убожеству нищеты приходит убожество разнузданности. У нас не было иного пути. Когда-нибудь и вы убедитесь в этом, если льдины у вас под ногами не разойдутся прежде времени. Разумеется, это не значит, что вы войдете в этикосферу; альтернативных эктотропических решений немало, но отличаются они друг от друга не больше, чем люзанское от курдляндского. Совершенно открытое общество в конце концов должно превратиться в бесформенное месиво; совершенно закрытое — тоже, и нет между ними положения устойчивого равновесия. Поэтому не приходится удивляться, что вечность мы тоже взяли штурмом извне. Ты спрашивал о Ка-Ундрии. Никто не знает, чем он был для кливийцев. Как жабры у рыбы нельзя объяснить вне воды, так и понятие нельзя объяснить вне культуры, которая его породила. Полагаю, что Ка-Ундрий был еще одним способом сочетания свободы с неволей. Не знаю точно каким, но не думаю, что детали решения имеют значение: абсолютно хороших решений нет. Кливийцы не так уж сильно отличались от остальных энциан. Если ты понял — или не понял, — спрашивай дальше.

— Как вы убили их? — спросил я. — Правда ли, что почти никто не знал о войне? Ваши источники говорят об этом по-разному…
— Наши источники лгут, — ответил великий старец. Он все еще неподвижно смотрел на сад, освещенный солнцем. — Но лгут не там, где ты видишь ложь. Историки все еще не могут решить, что это было — упреждающий или ответный удар. И каким он был нанесен оружием — биологическим или каким-то другим. Как будто это настолько уж важно. Важно то, что эктофикация возникла как средство уничтожения. Лишь потом у шустроников спала с глаз пелена, и они обнаружили, что умерщвление способно продлить жизнь. Вовсе не этого они хотели. Шустры первого поколения были орудием эктоцида.
— Значит, шустры возникли как оружие?
— Да. Они убивали постепенно, незаметно и необратимо. Однажды начавшийся процесс эктофикации нельзя ни обратить вспять, ни прервать. Шустры, рассеянные над Кливией, убили ее за каких-нибудь несколько лет.
— А ледник? Правда ли, что…
— Оледенение Севера наступило позже. Я не вникал в подробности военной истории и не знаю, как дошло до оледенения всего континента. Но не думаю, что по чистой случайности. Если хочешь узнать больше, отправляйся к кающимся. Знаешь, кто они?
— Да. Орден, предающийся воспоминаниям о судьбе Кливии.
— Не совсем так. Все это сложнее. Но ты иди к ним. Это не такой уж плохой совет, хотя узнаешь ты не то, что хочешь узнать.
— Ты думаешь, мне удастся?
— Полагаю, никто тебе в этом не помешает. Во всяком случае, попробовать можно. Больше ты ни о чем не хочешь спросить?
— Скажи, почему ты пожелал встречи со мной, если сам ни о чем не спрашиваешь?
— Я хотел увидеть человека, — сказал Аникс.

...
Расставшись — довольно неохотно — с желчевыми бородавками, профессор вместе со мной вернулся в желудок. Украдкой он поглядывал на мои ноги, но тут же отводил взгляд. Впоследствии выяснилось, что он принял меня за калеку от рождения, но из вежливости не показывал вида; будучи анатомом, он поставил мне диагноз deformitatis congenitae articulacionum genu[67] — случай довольно редкий и тяжелый, поскольку это необычайно осложняет жизнь, в особенности ходьбу, а нормально, то есть по-энциански, сесть такой инвалид вообще не способен; вот было смеху, когда он понял, что имеет дело с человеком, — я забыл ему об этом сказать, но он сам догадался, когда мы сняли кислородные маски. Это было уже за привратником, и сверху на нас полетели целые купы кустарника и груды земли. Наш дряхлый курдль был на редкость прожорлив; профессор советовал поторопиться; отовсюду струились потоки желудочного сока, и было ясно, что этим не кончится: такая пища вызывает изжогу, а значит, и жажду. Действительно, полило как из ведра, но мы успели добежать до спасительного убежища, и ни одна капля на нас не попала.

Мои товарищи учтиво приветствовали профессора и пригласили его на бррбиций, который уже варился в котелке. Интересно, что всем деликатесам, которые мог приготовить ундорт, они предпочитали эту гадость, наполняющую помещение запахом, который при всем желании приятным не назовешь. Мы сидели кружком и, прихлебывая суп из мисочек, оживленно болтали. Профессор рассказал забавную историю о том, как в прошлом году он открыл в болоте возле Кургана Председателя завязший в иле скелет огромного курдля с сорока скелетами члаков внутри. Благодаря этому он взял верх над археологами из школы другого анатома, доцента Ксипсиквакса (или что-то в этом роде), которые утверждали, что курдль не может жить под водой. Действительно, naturaliter[68] не может, но можно выдрессировать его в подводную лодку, а наш анатом доказал это, предъявив вещественное доказательство — перископ, обнаруженный вместе со скелетом. Доцент опоздал на два дня, и, когда он наконец прибыл на место с водолазным костюмом, скелет уже загорал на солнце под присмотром препараторов, а к перископу профессор прикрепил транспарант с ехидной надписью: CITO VENIENTIBUS OSSA![69]

Ну и проблемы у этих ученых, подумал я, прихлебывая бррбиций так, как ребенком глотал рыбий жир, то есть затыкая дыхательное горло задней частью нёба; и все-таки пил, чтобы не выделяться. Монах сидел вместе с нами, но не на матраце, а на своем булыжнике — он наконец позволил себя уговорить и сбросил его с плеч. Зная, что я человек, он счел возможным нарушить обет; так начался разговор, в котором он проявил куда большую сообразительность, нежели предполагал в нем Тюкстль. Его имени я не смог бы произнести: оно было совершенно иное, чем у остальных люзанцев, хриплое, из одних глухих согласных. У всех монахов такие имена, потому что послушничество начинается с выбора кливийского имени — из сохранившихся хроник. С этой минуты монах становится еще и этим кливийцем. При этом известии фантазия моя разыгралась. Я ждал невероятных откровений — например, что они верят в переселение душ и в то, что их устами вещают умершие кливийцы, или же, что во время своих мистерий они читают по уцелевшим документам страшные заклинания Ка-Ундрия, и, хотя их вера тем самым подвергается нелегкому испытанию, именно в этом видят свою покаянную миссию; а если видения примут массовый характер, набожные монахи могут превратиться в организацию мстителей. Брат-привратник остудил мое разгоряченное воображение, заявив, что ничего не знает о кливийце, имя которого принял, да и об остальных кливийцах тоже; знает только, что те не верили в Бога; поэтому они теперь верят за них.

— Как же так, — спросил я, жестоко обманутый в своих ожиданиях, — у вас есть кливийские хроники, и вы даже не пробуете изучать их?
Монах, должно быть, распарился от бррбиция; он сбросил с головы капюшон и, глядя на меня лучеобразно оперенными глазами, сказал:
— Да нет, я их читал. Среди наших послушников нет недостатка в клириках, которые вступают в орден не покаяния ради и не из набожности, но надеясь отыскать у кливийцев застывшую эссенцию самого черного Зла. Такие вскоре уходят. Ты удивляешься, чужеземец? Мы читаем хроники, чтобы учиться кливийскому языку, а впрочем, там ничего нет…
— Как это нет? — медленно переспросил я. Я готов был заподозрить его в желании скрыть правду.

— Ничего, кроме фраз. Пропагандистский трезвон, и только. Пускание трюизмов в глаза. Удивляешься? А ты когда-нибудь слышал о власти, которая не рассыпает направо и налево обещания счастья, но возвещает отчаяние, скрежет зубовный, расписывает собственную мерзость и подлость? Никакая власть ничего подобного не обещала. Разве у вас иначе?
— Не будем об этом, — быстро ответил я. — Но их Ка-Ундрий? Что это было? Ты знаешь? Тебе позволено говорить?..

— Вечно одно и то же, — пожал он плечами. — Ка-Ундрий в точном переводе значит благосфера.

У меня перехватило дыхание.
— Не может быть! Значит… они хотели сделать то же, что и вы?
— Да.
— Тогда… как дошло до войны?
— Это была не война, а безлюдное столкновение двух идей.
— Аникс сказал мне, что шустры возникли как оружие…
— Возможно, ты неправильно его понял. Они возникли не как оружие. Но стали оружием, наткнувшись на то, что метило в них самих.

Я видел, что он с трудом подыскивает слова под неподвижным взглядом остальных, — и вдруг увидел эту сцену как бы со стороны. Человек, сидящий с неудобно подогнутыми ногами среди существ, широко рассевшихся на своих огромных стопах, с торчащими назад коленями, как грузные головастые птицы.

— Столкнулись две версии Блага, — сказал наконец монах. — Они различались тем, что благородный Тюкстль назвал бы программой. Однако не слишком сильно. В сущности, схлестнулись они потому, что были двумя проектами совершенства. Если друг против друга станут две церкви единого Бога, если каждый стоит за Него, но требует для себя исключительности, не допускающей никаких уступок, дело может кончиться битвой, хотя бы никто ее и не хотел. Разве так не случалось в истории? А раз даже преданность Высшему Благу способна породить истребление, насколько вернее ведет к нему посюсторонняя вера, приверженцы которой создали полчища немыслящих исполнителей! Два проекта блаженного безбожья мчались навстречу друг другу и встретились не точно на полпути, потому что один из них был эффективнее и обладал большей силой поражения. А если бы повезло кливийцам, ты сидел бы не здесь, но среди темнолицых, на южной оконечности их плоскогорья, и слушал бы рассказ о гибели Северной Тарактиды, таинственного чудовища, погребенного под ледниками Люзании. Только там ты оказался бы среди неверующих. Ведь кливийцы, как я уже говорил, отвергли Бога, и у них тебе труднее было бы найти искупленцев…

— Значит, они действительно хотели добра?..
Я никак не мог освоиться с этой мыслью.
— Думаю, не меньше и не больше, чем отцы-основатели этикосферы. Но мне пора. Прощайте.
Монах встал, взвалил на себя камень и пошел, сгибаясь под тяжестью. Я тут же начал допытываться у Тюкстля, знал ли он то, что монах сказал о Кливии?
Он не стал отрицать, однако доказывал, что все было иначе: мол, кливийцы придерживались авторитарных идеалов и свою благосферу хотели создать не из шустров, а из молекулярных микроботов, называемых пигмами, — не только менее совершенных, но и более жестоких, чем шустры.

короче нужны полчища немыслящих зомбитов у одних - или роботов у других.. для борьбы за "всеобщее счастье"

+ http://quantmag.ppole.ru/forum/index.php?topic=4757.msg70728#msg70728
« Последнее редактирование: 08 Декабря 2017, 22:22:56 от Oleg » Записан
Oleg
Модератор своей темы
Ветеран
*
Сообщений: 2060



Просмотр профиля
« Ответ #970 : 08 Декабря 2017, 17:19:19 »

http://www.koob.ru/volkov_s/
Доктор исторических наук С. В. Волков

Красный террор глазами очевидцев

Сборник включает свидетельства лиц, которые стали очевидцами красного террора в России, провозглашенного большевиками в сентябре 1918 в качестве официальной государственной политики.

Этим людям, принадлежавшим к разным сословиям и профессиям, удалось остаться в живых, покинув страну, охваченную революционной смутой. Уже в первые годы эмиграции они написали о пережитом. Часть представленных материалов была опубликована в различных эмигрантских изданиях в 1920-х гг.

В сборник также включены ранее не публиковавшиеся свидетельства, которые были присланы историку С.П. Мельгунову и хранятся в его коллекции в Архиве Гуверовского института войны, революции и мира (Пало Алто, США).


Цитата:
http://www.koob.ru/volkov_s/red_terror
«Сборник. Красный террор глазами очевидцев»: Айрис-Пресс; Москва; 2009
ISBN 978-5-8112-3530-8
http://nwalkr.tk/b/196356 - Красный террор глазами очевидцев 1866K, 448 с.

...Любопытно, что ревнителей большевистской доктрины никогда не смущала очевидная абсурдность задач «белого террора» с точки зрения их же собственной трактовки событий как борьбы «рабочих и крестьян» против «буржуазии и помещиков». «Буржуазию», как довольно малочисленный слой общества, физически истребить в принципе возможно, однако ей самой сделать то же самое с «рабочими и крестьянами» не только не возможно, но и — с точки зрения ее «классовых» интересов — просто нет никакого резона (трудно представить себе фабриканта, мечтающего перебить своих рабочих).

Таким образом, под «красным террором» здесь понимается широкомасштабная кампания репрессий большевиков, строившаяся по социальному признаку и направленная против тех сословий и социальных групп, которые они считали препятствием к достижению целей своей партии. Именно в этом состоял смысл «красного террора» с точки зрения его организаторов. Фактически речь шла об уничтожении культурного слоя страны. Ленин говорил: «Возьмите всю интеллигенцию. Она жила буржуазной жизнью, она привыкла к известным удобствам. Поскольку она колебалась в сторону чехословаков, нашим лозунгом была беспощадная борьба — террор».  Один из высших руководителей ВЧК М. Лацис, давая инструкции местным органам, писал: «Не ищите в деле обвинительных улик о том, восстал ли он против Совета оружием или словом. Первым долгом вы должны его спросить, к какому классу он принадлежит, какого он происхождения, какое у него образование и какова его профессия. Вот эти вопросы должны решить судьбу обвиняемого. В этом смысл и суть Красного террора».

Наибольшие потери в процентном отношении (по отношению к собственной численности) понесли образованные слои. Однако в абсолютном исчислении, поскольку политика большевиков вызвала недовольство самых широких слоев общества, и прежде всего крестьянства, большая часть жертв террора приходится как раз на рабочих и крестьян — это преимущественно убитые после подавления многочисленных восстаний (в одном Ижевске было уничтожено 7983 чел., членов семей восставших рабочих ). Среди примерно 1,7–1,8 млн всех расстрелянных большевиками в эти годы (именно такие цифры получили широкое хождение в эмигрантской печати, хотя иногда приводят и значительно большие) на лиц, принадлежащих к образованным слоям, приходится лишь 22 % (порядка 440 тысяч).  Это, впрочем, является в целом характерным для широкомасштабных репрессий (например, во время Французской революции XVIII в. дворяне составили лишь 8–9 % всех жертв революционного террора ).

Следует признать, что политика «красного террора» продемонстрировала свою исключительную эффективность, и с точки зрения интересов большевистской партии была не только полностью оправданной, но и единственно возможной. Не оставляя представителям образованных слоев (практически поголовно зачисленным в «буржуазию») иной возможности спастись, кроме как активно поддержав «дело революции», она сделала возможным и службу большевикам кадровых офицеров, и массовую вербовку в «сексоты», и взаимное «на опережение» доносительство культурной элиты, и т. д. Как заметил по этому поводу Троцкий: «Террор как демонстрация силы и воли рабочего класса получит свое историческое оправдание именно в том факте, что пролетариату удалось сломить политическую волю интеллигенции».

Фактически политика уничтожения опасных для большевиков групп началась еще до взятия ими власти. В соответствии с известным ленинским указанием («Не пассивность должны проповедовать мы, не простое «ожидание» того, когда «перейдет» войско — нет, мы должны звонить во все колокола о необходимости смелого наступления и нападения с оружием в руках, о необходимости истребления при этом начальствующих лиц» ), большевики в течение весны — лета 1917 г. уделяли первостепенное внимание физическому и моральному уничтожению офицерства. В результате большевистской агитации на фронте было убито несколько сот офицеров, и не меньшее число покончили жизнь самоубийством (только зарегистрированных случаев после февраля 1917 г. более 800). Офицеры стали главным объектом красного террора и сразу после октябрьского переворота. Зимой 1917/18 г. и весной 1918 г. множество их погибло при возвращении с окончательно распавшегося фронта в поездах и на железнодорожных станциях, где практиковалась настоящая «охота» за ними: такие расправы происходили тогда ежедневно во многих местах.

Впечатления очевидцев на всех железных дорогах ноября-декабря 1917 г. приблизительно одинаковы. «Какое путешествие! Всюду расстрелы, всюду трупы офицеров и простых обывателей, даже женщин, детей. На вокзалах буйствовали революционные комитеты, члены их были пьяны и стреляли в вагоны на страх буржуям. Чуть остановка, пьяная озверелая толпа бросалась на поезд, ища офицеров (Пенза-Оренбург)… По всему пути валялись трупы офицеров (на пути к Воронежу)… Я порядком испугалась, в особенности, когда увидела в окно, прямо перед домом на снегу, трупы офицеров, — я с ужасом рассмотрела их, — явно зарубленных шашками (Миллерово)… Поезд тронулся. На этом страшном обратном пути, — какой леденящий сердце ужас! — на наших глазах, на перронах, расстреляли восемь офицеров. Мы видели затем, как вели пятнадцать офицеров, вместе с генералом и его женою, куда-то по железнодорожному полотну. Не прошло и четверти часа, как послышались ружейные залпы (Чертково). То же на ст. Волноваха и других… Его вывели из вагона в помещение вокзала, разули и, оставив лишь в кальсонах, отвели в комнату, где находилось уже около 20 человек в таком же виде. Оказались почти все офицеры. Они узнали свою судьбу — расстрел, как это было в минувший день с пятьюдесятью арестованными (Кантемировка)».

На то же время приходится массовое истребление офицеров в ряде местностей: Севастополе — 128 чел. 16–17 декабря 1917 г. и более 800 23–24 января 1918 г., других городах Крыма — около 1000 в январе 1918 г., Одессе- более 400 в январе 1918 г., Киеве — до 3,5 тыс. в конце января 1918 г., на Дону — более 500 в феврале-марте 1918 г. и т. д.
Обычно террор связывается с деятельностью «чрезвычайных комиссий», но на первом этапе — в конце 1917 — первой половине 1918 гг. основную часть расправ с «классовым врагом» осуществляли местные военно-революционные комитеты, командование отдельных красных отрядов и просто распропагандированные в соответствующем духе группы «сознательных борцов», которые, руководствуясь «революционным правосознанием», производили аресты и расстрелы. Так, в начале января 1918 г. на ст. Иловайской из эшелона 3-го гусарского Елисаветградского полка были выхвачены офицеры во главе с командиром и отвезены на ст. Успенскую, где в ночь на 18 января расстреляны.  Ударник, шедший на Дон с эшелоном своего полка, вспоминал: «И еще большое столкновение было в Харцызске, где была красными создана застава и вылавливание офицеров. Заранее мы были осведомлены и поэтому к станции подошли под прикрытием пулеметного огня, от которого красные банды стали разбегаться. Тут нам какой-то железнодорожник сказал, что всю ночь водили обнаруженных офицеров на расстрел, указав, где трупы; и теперь повели 50–60 человек, которых нам удалось спасти. Убитых там было 132 человека. Тут произошла мясорубка. Убитых мы заставили похоронить, а спасенные, все бывшие офицеры, присоединились к нам».

Иногда расправы проводились с садистической жестокостью. В Евпатории, где 15–18 января 1918 г. было арестовано свыше 800 чел., казни производились н
а транспорте «Трувор» и гидрокрейсере «Румыния». На «Румынии» казнили так: «Лиц, приговоренных к расстрелу, выводили на верхнюю палубу и там, после издевательств, пристреливали, а затем бросали за борт в воду.

Бросали массами и живых, но в этом случае жертве отводили назад руки и связывали их веревками у локтей и кистей. Помимо этого, связывали ноги в нескольких местах, а иногда оттягивали голову за шею веревками назад и привязывали к уже перевязанным рукам и ногам. К ногам привязывали колосники». На «Труворе» «вызванного из трюма проводили на так называемое «лобное место». Тут снимали с жертвы верхнее платье, связывали руки и ноги, а затем отрезали уши, нос, губы, половой член, а иногда и руки, и в таком виде бросали в воду. Казни продолжались всю ночь, и на каждую казнь уходило 15–20 минут». За 15–17 января на обоих судах погибло около 300 человек.

В Ялте, после занятия ее 13 января 1918 г. большевиками, арестованных офицеров доставляли на стоявшие в порту миноносцы, с которых отправляли или прямо к расстрелу на мол, или же помещали на 1–2 дня в здание агентства Российского общества пароходства, откуда почти все арестованные в конце концов выводились все-таки на тот же мол и там убивались матросами и красногвардейцами. Удалось чудом спастись лишь единицам (среди которых был и барон П. Н. Врангель, описавший потом эти события в своих воспоминаниях).

Особенно большие масштабы приняло истребление офицерства в Киеве в конце января 1918 г. Этим событиям посвящен и ряд материалов настоящего сборника, но, помимо этого, имеется и целый ряд других свидетельств. «Раздетые жертвы расстреливались в затылок, прокалывались штыками, не говоря о других мучениях и издевательствах. Большинство расстрелов производилось на площади перед Дворцом, где помещался штаб Муравьева, и в находящемся за ней Мариинском парке. Многие тела убитых, не имея в Киеве ни родственников, ни близких, оставались лежать там по нескольку дней. Со слов свидетелей картина представлялась ужасной. Разбросанные по площади и по дорожкам парка раздетые тела, между которыми бродили голодные собаки; всюду кровь, пропитавшая, конечно, и снег, многие лежали с всунутым в рот «красным билетом», у некоторых пальцы были сложены для крестного знамения. Но расстрелы происходили и в других местах: на валах Киевской крепости, на откосах Царского сада, в лесу под Дарницей и даже в театре. Тела находили не только там, в Анатомическом театре и покойницких больниц, но даже в подвалах многих домов. расстреливали не только офицеров, но и «буржуев», и даже студентов». По сведениям Украинского Красного Креста, общее число жертв исчисляется в 5 тыс. чел., из них большинство — до 3 тысяч — офицеров,  иногда речь идет даже о 6 тысячах.  

Как вспоминает проф. Н. М. Могилянский: «Началась в самом прямом смысле отвратительная бойня, избиение вне всякого разбора, суда или следствия оставшегося в городе русского офицерства… Из гостиниц и частных квартир потащили несчастных офицеров буквально на убой в «штаб Духонина» — ироническое название Мариинского парка — излюбленное место казни, где погибли сотни офицеров Русской армии. Казнили где попало: на площадке перед Дворцом, и по дороге на Александровском спуске, а то и просто где и как попало… Выходя гулять на Владимирскую горку, я каждый день натыкался на новые трупы, на разбросанные по дорожкам свежие человеческие мозги, свежие лужи крови у стен Михайловского монастыря и на спуске между монастырем и водопроводной башней».  «Проходя возле театра, а потом возле ограды Царского и Купеческого садов, мы видели тысячи раздетых и полураздетых трупов, уложенных местами в штабели, а местами наваленных кучей, один на другой».

Подобные инциденты проходили и на далеких окраинах страны. Так, в конце марта — начале апреля 1918 г. произошел «погром буржуазии» в Благовещенске, в ходе которого погибло до 1500 офицеров, служащих и коммерсантов,  причем, по свидетельству английского генерала А. Нокса, были найдены офицеры с граммофонными иглами под ногтями, с вырванными глазами, со следами гвоздей на плечах, на месте эполет.

Официальные данные ЧК о расстрелянных не отражают, разумеется, и 10 % реальной цифры. По ним получается, что за 1918 г. было расстреляно 6185 чел. (в т. ч. за первую половину года — 22), а всего за три года — 12 733.  Не говоря о том, что, помимо приговоров ЧК, к которым относятся эти данные (охватывающие к тому же, возможно, не все местные органы ЧК), по существующим инструкциям «контрреволюционеры» подлежали расстрелу на месте, каковым образом и была уничтожена масса людей, оставшихся даже неопознанными (кроме того, помимо ЧК, расстрелы производились по приговорам ревтрибуналов и военных судов). Но главное, что лишает приводимые цифры всякой достоверности как сколько-нибудь полные, — это тот факт, что массовые расстрелы проводились ЧК задолго до официального объявления красного террора (сотнями, например, по казанской организации и ярославскому делу (лето 1918 г.) и множеству других), т. е. в тот период, когда было расстреляно якобы всего 22 человека. Подсчеты историка С. П. Мельгунова по опубликованным в советских же (центральных и некоторых провинциальных) газетах случайным и очень неполным данным показали, что за это время расстреляно было 884 человека.  Более чем за два месяца до официального провозглашения террора Ленин (в письме Зиновьеву от 26 июня 1918 г.) писал, что «надо поощрять энергию и массовидность террора против контрреволюционеров, и особенно в Питере, пример которого решает».

Да и по сведениям самих большевистских газет нетрудно убедиться, что расстрелы силами ЧК начались задолго до (объявленного позже первым) расстрела офицеров Л.-гв. Семеновского полка братьев А. А. и В. А. Череп-Спиридовичей 31 мая 1918 г. (например, из заметки «расстрел семи студентов» явствует, что они были застигнуты на квартире во время составления прокламации к населению, после чего отвезены сотрудниками ЧК на один из пустырей, где и расстреляны, причем имена двоих даже не были установлены).

Поводом для провозглашения красного террора в качестве официальной государственной политики большевиков  послужили события 30 августа 1918 г. в Петрограде — покушение на Ленина, совершенное эсеркой Ф. Каплан, и убийство главы Петроградской ЧК М. С. Урицкого. Уже на следующий день после покушения в газетных статьях и правительственных сообщениях зазвучали призывы к террору.
31 августа 1918 г. газета «Правда» писала: «Трудящиеся, настал час, когда мы должны уничтожить буржуазию, если мы не хотим, чтобы буржуазия уничтожила нас. Наши города должны быть беспощадно очищены от буржуазной гнили. Все эти господа будут поставлены на учет и те из них, кто представляет опасность для революционного класса, уничтожены. Гимном рабочего класса отныне будет песнь ненависти и мести!»

В тот же день Дзержинский и его заместитель Петерс составили обращение «К рабочему классу», выдержанное в подобном же духе: «Пусть рабочий класс раздавит массовым террором гидру контрреволюции! Пусть враги рабочего класса знают, что каждый задержанный с оружием в руках будет расстрелян на месте, что каждый, кто осмелится на малейшую пропаганду против советской власти, будет немедленно арестован и заключен в концентрационный лагерь!»

2 сентября 1918 г. было принято постановление ВЦИК, а 5 сентября — декрет Совнаркома «О красном терроре». Во исполнение постановления ВЦИК нарком внутренних дел Г. И. Петровский издал Приказ о заложниках, в котором, в частности, говорилось: «Из буржуазии и офицерства должны быть взяты значительные количества заложников. При малейших попытках сопротивления или малейшем движении в белогвардейской среде должен применяться безоговорочно массовый расстрел». Этот приказ был опубликован в «Известиях» 4 сентября 1918 г. — уже после того, как были расстреляны первые тысячи людей, которых тоже обычно принято называть «расстрелянными заложниками».

В последовавшем за этим приказе ВЧК «Об учете специалистов и лиц, могущих являться заложниками», уточнялось: «Выдающиеся работники, ученые, родственники находящихся у них при власти лиц. Из этой категории и следует выбирать заложников. Второй вопрос — это спецы. Наши спецы — люди буржуазного круга и уклада мысли. Лиц подобной категории мы по обыкновению подвергаем аресту как заложников или помещаем в концентрационные лагеря на общественные работы».

В свете специфики «красного террора» институт «заложничества» приобрел совершенно новый характер. В обычном понимании заложники берутся для предотвращения каких-либо действий со стороны лиц, которым заложники лично дороги, так, чтобы возможная казнь заложников могла повлиять на их поведение. Когда заложниками берутся члены семей лиц, от которых зависит ход военных действий со стороны противника, жители конкретного селения для предотвращения нападений в нем на солдат и т. д. — как бы ни оценивать эту практику, она достаточно обычна в ходе военных действий и преследует чисто тактические цели. Однако во время «красного террора» дело обстояло совершенно по-иному, никакими конкретными условиями взятие «заложников» не обусловливалось. По сути, это были не заложники, а люди, большинство из которых были арестованы именно с намерением
расстрелять их. Разумеется, среди заложников были и взятые с конкретной целью — семьи офицеров, мобилизованных в РККА, — для предотвращения их бегства (поскольку предписывалось назначать на командные должности только лиц, имеющих родственников на советской территории). Однако среди расстрелянных таковые составляли лишь доли процента.
Вот одно из типичных объявлений о взятии заложников, опубликованное в первом номере «Еженедельника ВЧК» (от 22 сентября 1918 г.) в рубрике «Красный террор»:

«Объявление
Всем гражданам города Торжка и уезда
Наемники капитала направили руку на вождей Российского пролетариата. — В Москве ранен председатель Совета народных комиссаров Владимир Ленин, в Петрограде убит товарищ Урицкий. — Пролетариат не должен допустить, чтобы его вожди умирали от злодейских грязных рук наймитов контрреволюционеров, и на террор должен ответить террором. За голову и жизнь одного из наших вождей должны слететь сотни голов буржуазии и всех ее приспешников. Доведя об этом до сведения граждан города и уезда, Новоторжская Чрезвычайная комиссия уведомляет, что ею арестованы и заключены в тюрьму — как заложники — поименованные ниже представители буржуазии и их пособники: правые эсеры и меньшевики. При малейшем контрреволюционном выступлении, направленном против Советов, при всяком покушении на вождей рабочего класса — эти лица Чрезвычайной комиссией будут немедленно расстреляны.

Список заложников
Грабинский Константин Васильевич — директор завода «Козьминых».
Головнин Василий Петрович — директор завода Головнина.
Раевский Сергей Петрович — священник церкви Вознесения.
Горбылев Иван Иванович — купец.
Архимандрит Симон — настоятель мужского монастыря.
Головнин Александр Иванович — владелец кожевенного завода.
Новоселов Василий Ефремович — заводчик-инженер.
Гонский Бруно Адольфович — офицер, правый эсер.
Петров Семен Филиппович — офицер, правый эсер.
Цвелев Михаил Степанович — инженер, купец.
Щукин Иван Петрович — отставной артиллерист, капитан, правый.
Панничкин Сергей Иванович — бывший охранник дворцовой полиции.
Мельников Ефрем Александрович — маклер, правый.
Анитов Николай Дмитриевич — правый соц. — револ.
Поляков Николай Иванович — купец, черносотенник.
Грабицкий Николай Васильевич — купец, спекулянт.
Гармонов Илья Александрович — правый эсер.
Прохоров Яков Егорович — купец.
Председатель Новоторжской Чрезвычайной комиссии М. Клюев
Члены комиссии: И. Шибаев, Цветков»
« Последнее редактирование: 09 Декабря 2017, 03:33:47 от Oleg » Записан
Oleg
Модератор своей темы
Ветеран
*
Сообщений: 2060



Просмотр профиля
« Ответ #971 : 08 Декабря 2017, 17:19:40 »

конец цитаты

Цитата:
Большевики отнюдь не стеснялись своей репрессивной деятельности и не пытались скрывать ее масштабы. Скорее наоборот, они стремились распространить информацию о терроре как можно шире, запугать и тем самым привести к покорности как можно больше потенциальных противников советской власти. Именно поэтому в первые же дни после официального объявления «красного террора» Дзержинский отдал распоряжение об издании «Еженедельника ВЧК», которому предназначалось всячески поддерживать «справедливую жажду мести» в массах. Шесть недель, вплоть до своего закрытия, «Еженедельник» методично сообщал о взятии заложников, заключениях в концентрационные лагеря, расстрелах и т. п. В ряде провинциальных городов (Царицыне, Перми и др.) издавались также «Известия Губчека» местного масштаба. В Казани в том же 1918 г. выпускался журнал «Красный террор» под грифом ЧК по борьбе с контрреволюцией на чехословацком фронте. В 1919 г. в Киеве ту же задачу выполнял орган Всеукраинской ЧК — газета «Красный меч». Центральные и провинциальные советские газеты в тот период также постоянно печатали «расстрельные списки».

Первые сведения о «красном терроре» передовая статья советского официоза комментировала так: «Со всех концов поступают сообщения о массовых арестах и расстрелах. У нас нет списка всех расстрелянных с обозначением их социального положения, чтобы составить точную статистику в этом отношении, но по тем отдельным, случайным и далеко не полным спискам, которые до нас доходят, расстреливаются преимущественно бывшие офицеры» . В газетах можно найти сведения о десятках расстрелянных на гребне сентябрьско-октябрьского террора практически по всем уездным городам и о сотнях по областным. В ряде городов (Усмани, Кашине, Шлиссельбурге, Балашове, Рыбинске, Сердобске, Чебоксарах) «подрасстрельный» контингент был исчерпан полностью. С начала 1919 г. центральные газеты стали публиковать меньше сообщений о расстрелах, поскольку уездные ЧК были упразднены и расстрелы сосредоточились в основном в губернских городах и столицах.
В Петрограде с объявлением «красного террора» 2 сентября 1918 г. по официальному сообщению было расстреляно 512 чел. (почти все офицеры), однако в это число не вошли те сотни офицеров, которых расстреляли в Кронштадте (400) и Петрограде по воле местных советов и с учетом которых число казненных достигает 1300. Кроме того, в последних числах августа две баржи, наполненные офицерами, были потоплены в Финском заливе.  В Москве за первые числа сентября расстреляно 765 чел., затем ежедневно в Петровском парке казнили по 10–15.

В 1919 г. террор, несколько ослабевший в Центральной России за существенным исчерпанием запаса жертв и необходимостью сохранения жизни части офицеров для использования их в Красной армии, перекинулся на занятую большевиками территорию Украины. 25 июля 1919 г. в «Известиях ВЦИК» было объявлено, что по всей Украине организуются комиссии красного террора и предупреждалось, что «пролетариат произведет организованное истребление буржуазии», а орган ВУЧК писал: «Объявленный красный террор нужно проводить по-пролетарски. За каждого расстрелянного нашего товарища в стане деникинцев мы должны ответить уничтожением ста наших классовых врагов».  «Рутинные» расстрелы начинались сразу по занятии соответствующих городов, но массовая кампания, подобная осенней 1918 г., началась летом 1919 г., когда белые войска перешли в наступление и начали очищать Украину от большевиков: последние торопились истребить в еще удерживаемых ими местностях все потенциально враждебные им элементы (действительно, украинские города дали белым массу добровольцев, перешло к ним и множество офицеров, служивших в красных частях на Украине). Перед взятием Киева добровольцами (31 августа 1919 г.) в течение двух недель было расстреляно несколько тысяч человек, а всего за 1919 г., по разным данным, 12–14 тыс. чел., во всяком случае только опознать удалось 4 800 человек.

В Екатеринославе до занятия его белыми погибло более 5 тыс. чел., в Кременчуге — до 2500. В Харькове перед приходом белых ежедневно расстреливалось 40–50 чел., всего свыше 1000. Ряд сообщений об этих расстрелах появлялся в «Известиях Харьковского Совета». В Чернигове перед занятием его белыми было расстреляно свыше 1500 чел., в Волчанске — 64.  В Одессе за три месяца с апреля 1919 г. было расстреляно 2200 чел. (по официальному подсчету Деникинской комиссии — 1300 с 1 апреля по 1 августа), ежедневно публиковались списки в несколько десятков расстрелянных; летом каждую ночь расстреливали до 70 человек. Всего на Юге число жертв за этот период определяется в 13–14 тысяч.
Особенно массовый характер носили расстрелы, проводившиеся после окончания военных действий, особенно в конце 1920 — начале 1921 гг. в Крыму, где было уничтожено около 50 тыс. чел., и в Архангельской губернии, куда, помимо пленных чинов Северной армии ген. Миллера, вывозились арестованные в ходе массовой кампании летом 1920 г. на Кубани, сдавшиеся в начале 1920 г. чины Уральской армии и другие «контрреволюционеры».

Следует заметить, что во время Гражданской войны, и затем в 1920-1930-х годах большевики (к досаде их позднейших апологетов) отнюдь не стеснялись ни самого «красного террора», ни его «массовидности», а, напротив, как нетрудно заключить по их печати, гордились масштабом свершений в духе «того настоящего, всенародного, действительно обновляющего страну террора, которым прославила себя Великая Французская революция» (именно таким видел террор Ленин еще задолго до 1917 г.),  и оставляли после себя весьма красноречивые документы. Так, например, оправдываясь в обвинениях в недостаточном рвении, член Крымревкома Ю. П. Гавен писал члену Политбюро Н. Н. Крестинскому: «Я лично тоже стою за проведение массового красного террора в Крыму, чтобы очищать полуостров от белогвардейщины (считаю нужным напомнить, что я применял массовый красный террор еще в то время, когда он еще партией официально не был признан. Так, напр., в январе 1918 г. я, пользуясь властью пред. Севаст. Военно-Револ. Комитета, приказал расстрелять более пятисот офицеров-контрреволюционеров). Но у нас от крас. террора гибнут не только много случайного элемента, но и люди, оказывающие всяческую поддержку нашим подпольным работникам… до сих пор я пытался освободить не более десяти человек, в то время, когда расстрелянных уже около 7 000 чел., а арестованных не менее 20 000 чел. И все же я в глазах тт. Бела Кун и Самойловой стал коммунистом, находящимся под влиянием мелкой буржуазии».

Сбор сведений о красном терроре начался еще во время Гражданской войны. Историк С. П. Мельгунов и еще ряд лиц, просматривая советские газеты, составляли картотеку имен расстрелянных и собирали иные материалы, на основании которых в эмиграции была издана книга «Красный террор в России».  В апреле 1919 г. при главнокомандующем Вооруженными Силами на Юге России была создана «Особая комиссия по расследованию злодеяний большевиков», которая, действуя в соответствии с дореволюционным Уставом уголовного судопроизводства, проводила опросы свидетелей и потерпевших, собирала вещественные доказательства, проводила эксгумации, опознания и т. д. Большой массив ее документов (280 дел) находится ныне в ГАРФ (ф. 470). Частично материалы комиссии были опубликованы за границей, а позже переизданы в России.  Следует заметить, что, хотя в России документы самих репрессивных органов большевиков пока в основном недоступны, на Украине эти архивы рассекречены и уже нашли отражение в ряде публикаций.

В настоящем сборнике публикуется ряд воспоминаний очевидцев событий «красного террора», опубликованных в различных эмигрантских изданиях (материалы Особой комиссии ВСЮР не включались). Особое место занимают ранее не публиковавшиеся материалы из архива С. П. Мельгунова  в Гуверовском институте войны, революции и мира (Пало Алто, США). Это свидетельства, присланные С. П. Мельгунову в ответ на его обращения в эмигрантской печати, а также написанные читателями его книги «Красный террор», пожелавшими дополнить обрисованную им картину событий.
Материалы сборника сгруппированы по разделам по территориальному принципу: в 1-м разделе публикуются материалы, касающиеся Украины (в основном по Киеву и Одессе), во 2-м — Крыма, в 3-м — юга России, в 4-м — городов Центральной России, в 5-м — северных областей, в 6-м — Прибалтики. В сборник вошла лишь небольшая часть имеющихся материалов, в частности, остались за рамками весьма многочисленные свидетельства о красном терроре в Москве и Петрограде.
Доктор исторических наук С. В. Волков

... На своем ломаном русском языке латыша, смешанным с московским говором (в Москве Абаш прожил много лет) он, присюсюкивая и заикаясь, нескладно и неладно, в отрывистых фразах раскрыл перед нами много тайн знаменитого подвала ждановского дома. Не буду дословно передавать его рассказы. Их цинизм не поддается описанию. В общих чертах из них мы узнали следующее.
расстрелы происходили в подвале дома № 8. Иногда расстреливали и в сараях. Некоторые большие партии расстрелянных в силу красного террора были вывезены на грузовике за город. Там несчастные сами рыли себе могилы. Вначале, когда одесская чрезвычайка совершала лишь первые, еще робкие шаги по пути своей кровавой деятельности, расстрелы производились нередко самым потрясающим и омерзительно циничным способом. Приговоренного водили в клозет, наклоняли голову мученика над чашкой и в упор стреляли ему в затылок. Над этой раковиной держали его бездыханное тело, пока не стекала вся кровь. Затем спускали воду…

Впоследствии, когда чрезвычайка окрепла и происходившая в ее стенах человеческая бойня перестала быть тайной, а расстрелы стали совершаться в крупных размерах, человек по 40–50 в ночь, ареной кровавых расправ сделались погреб и сарай. Во время расстрелов заводили машину на грузовике. Ее грохот отчасти покрывал крики и стоны жертв и звуки выстрелов.
На расстрел выводили по одному, иногда по два. Осужденного заставляли в подвале раздеваться. Снимали верхнее платье и ботинки. Иногда приказывали снять и рубашку. Убивали выстрелом из револьвера в затылок. Иногда расстреливали и в лоб. Нередко расстрелы сопровождались истязаниями. В расстрелах участвовали, кроме специальных палачей — «менял», — еще и «любители». Последних, помимо извращений садистической натуры, привлекал еще и «гонорар». По уверению Абаша, за каждого расстрелянного выдавалось чрезвычайкой палачу по 1000 руб. «Менялам» же доставались вещи казненных. Из других официальных источников я слышал, что за каждого казненного чрезвычайка платила по 250 рублей. Возможно, однако, что впоследствии «такса» была повышена.

В расстрелах, как я уже говорил, принимали участие и «любители» — сотрудники ЧК. Среди них Абаш упоминал какую-то девицу, сотрудницу чрезвычайки, лет 17. Она отличалась страшной жестокостью и издевательством над своими жертвами. расстреливали известный нам Гадис, Володька и даже заведующий хозяйственной частью Е-ов. Из уст последнего впоследствии я сам услыхал, что им был собственноручно расстрелян доктор Т-м, о котором я писал в предыдущих главах. Но из всех этих отщепенцев особенной, непостижимой жестокостью отличался один из членов президиума В-н. Я не раз видел этого человека. Московский студент с бледным продолговатым худым лицом, острым носом и красивыми темными, совершенно матовыми, пронизывающими насквозь глазами. В-н, по словам Абаша, «разменивал человека по частям». Он обыкновенно садился перед своей жертвой и начинал его расспрашивать.

— Офицер? — прищуривался В-н и, прицелившись из револьвера, пробивал кисть руки мученика.
— Может быть, полковник? — И пуля раздробляла локоть…
— К этому в руки лучше не попадаться, — говорил Абаш. — Полчаса «менял»… Меняет, меняет, а сам кокаин нюхает, курит…
Этот В-н впоследствии был назначен начальником военной чрезвычайки на фронте. Его секретарь с упоением рассказывал о нем:
— Это талантливейший человек. Он сам судит, сам выносит приговор и сам его сейчас же исполняет на месте! За-амечательный человек!
Человек ли?
Из рассказов того же Абаша, проверенных мною показаниями, и других заключенных я узнал подробности смерти генерала Федоренко и графа Роникера.  Эти страдальцы умерли гордо, как герои. Вот подробности казни графа Роникера. При объявлении красного террора его перевели из тюрьмы в чрезвычайку. Днем его вызвали из камеры и объявили, что он свободен. Разрешили взять с собой вещи. Представительный, спокойный граф вышел со своим чемоданом в одной руке и пледом, перекинутым через другую, во двор.
Приподняв шляпу, он вежливо спросил одного из матросов:
— Не разрешите ли мне позвать извозчика?
— Извозчика? — ответил матрос. — Отчего же нет. Дайте деньги…
Граф вынул 200 рублей и вручил их матросу. Минут через пять его пригласили идти. Выйдя за ворота, он спросил:
— А где же извозчик?
Один из сопровождавших его захохотал.
— Вам нужен извозчик? Ничего, и без извозчика у нас туда приезжают. В лучшем виде доставим.
Граф опустил голову и, плотно сжав губы, последовал за своими палачами. Он прошел через площадь в дом Жданова. Там через двор его провели в пресловутый погреб. В погребе у него отобрали вещи и велели стать лицом к стенке.
— Зачем? — с достоинством спросил граф. — Не знаю, как вы, но я могу каждому смотреть прямо в глаза. Стреляйте!
Так умер граф Роникер…

Не с меньшим достоинством шел на смерть генерал Федоренко. Генерал сидел долгое время в чрезвычайке. Вместе с ним был арестован и сын его, юноша лет 17. Содержали их в разных камерах. Вечером явились за генералом пьяные палачи. Ген. Федоренко понял всё. Он снял с шеи небольшой образок и, обратившись к соседу своему, присяжному поверенному и офицеру Борхударьянцу, сказал:
— Передайте, прошу вас, моему мальчику этот образок и с ним мое благословение. Прощайте!
Они обнялись.
— Ну, вы там живее, собирайтесь! — крикнул матрос. Генерал Федоренко твердо ответил:
— Не спешите. Еще успеете поделить мои вещи. Я знаю, куда вы меня ведете, и иду со спокойной совестью, так как никому не сделал зла и умираю от руки негодяев…

На другой день утром юноша Федоренко спросил Борхударьянца:
— Отчего, товарищ Борхударьянц, папа так поздно спит?
— Папы нет, — сказал Борхударьянц. — Будьте мужественны, милый мальчик. Папу увели еще вчера вечером, и до сих пор он не возвращался.
— Они убили его! — воскликнул несчастный юноша и истерически зарыдал.
Впоследствии я видел на его шее образок — последнее, заочное благословение его мученика-отца.
расстреляно было немало рабочих. Все они умерли со спокойным презрением к своим убийцам. Один из расстрелянных сказал перед смертью:
— Вы бандиты. расстреливайте побольше нас, рабочих! По крайней мере, наши товарищи скорее прозреют и сметут с лица земли вашу грязную власть.

…«Я не знала раньше, что можно, не говоря, понимать. Мы видели, чувствовали все их мысли, — писала одна из сестер в письме к родным. — Перед нами открылось бесконечное количество душ человеческих. Столько глаз смотрело мне в душу, стольким я заглянула далеко, далеко в то, что таится в глубине человеческого существа, в его святое святых. Столько их прошло передо мной, что до сих пор трудно опомниться, а тем более — забыть. Тот, кто хоть раз смотрел в глаза уходящих из жизни, хоть раз читал в них эту бесконечную тоску по тому, что зовется жизнью, тот вряд ли забудет их. Таинство смерти вырвалось в таинство жизни, сокрушая, уничтожая и точно насмехаясь. Эти замученные, исстрадавшиеся люди проходят передо мной, как тени. Вокруг нас была бездна горя, море крови, толпы измученных людей и тут же рядом пьяный разгул, оргии и пиры сотрудников роковой ЧК.

Жить в этом кошмаре, видеть всё это — и то трудно было оставаться здоровым. А для сотрудников ЧК это невозможно. Когда передо мной встают образы Авдохина, Терехова, Асмолова, Никифорова — комендантов ВУЧК, Угарова, Абнавера и Гуща из Губчека, то ведь это все совершенно ненормальные люди, садисты, кокаинисты, почти утерявшие облик человеческий».
« Последнее редактирование: 09 Декабря 2017, 03:08:26 от Oleg » Записан
Oleg
Модератор своей темы
Ветеран
*
Сообщений: 2060



Просмотр профиля
« Ответ #972 : 08 Декабря 2017, 18:56:35 »

уточненьицэ

Только причем здесь  СССР или социализмы-капитализмы. Это все тот же феодализм.

Даже не феодализьм а рабовладельческий строй. коли наличные "презренные деньги" отменить идея фикс тут у некоторых

выделяются безналичные

"кобафилы" опять хотять "выделять" бабки из своего естества тскть - быть их неиссякаемым источником ..

"ибо только мы, верные ленинцы понимаем три неиссякаемых источника и три составных части мраксизьма-утопизьма, политику террора партии и Великаго Вождя Отца Усих Народовъ ... тырыпыры"

и это будут даже не бумажки и не "деревянно-безналичный рубль" а всё те же револьюцьённыя "трудодни"

вот, терра отпашет в колхозе и дома в хозяйстве а продавать яйки млеко пойдёт только к "председателю-партаппаратчику-ангелочку" (больше не к кому- деньги отменены) - который млеко-яйки заберёть, а вместо "презренных денег" галочку в аусвайсе поставит "половина трудодня" дескать есть

а на вопрос терры - а чё ты мне половину то кровосос ставишь - за ней ночью в 4 часа приедет газовая душегубка с надписью "хлебъ" - ибо девиз сей нечисти "нет человека - нет проблемы".. или

кто не работает на ПэЖэ и его холуёв тот не ест

и снова парноменклатурные сановники-вертухаи будут ездить по заграницам восхваляя "светлосоцьялистический строй который оне построили" а колхозники и остальные работяги - сидеть за колючей проволокой и в шарашках и славословить "светлую линию партии", доносить друг на друга (закон о недоносительстве! - расстрел) соцсоревноваться кто больше плакал на похоронах очередного сановника ..
а кто плохо плакал, не славословил, не доносил - тому ночью надпись "хлебъ" или в гулаг

хотя это больше похоже на фарцовку "мраксизьмом-утопизьмом" - впаривание его бараньему стаду.. енда оне ведутся на козлов-провокаторов

а чо! неплохой бузинес ! когда они не "имеют 1000% прибыли" а забирают всё. то есть вообще всё - оставляя только на жизненный минимум .. или не оставляя .. из человечьей кожи оне правда абажуров не делали но к этому шло

потому совок и рухнул что требовать от рабов с промытым и почти отключенным мозгом творческих успехов в хайтеке - коренное противоречие на которое и наткнулись рабовладельцы-сказочники

"Савецкие сановники-партейцы-бизнесмены" имели толпы своих личных рабов, зомбитов и манкуртов на голодном пайке, а сейчас они же втирают через бывших "козлов-провокаторов и фарцу" что без совка им плохо живется - на мешках с баблом оне себя чувствуют в опасности ! деньги - зло ! а вот хапать меньше надо

про комсомольскую фарцу было выше http://quantmag.ppole.ru/forum/index.php?topic=4757.msg73394#msg73394

идут бараны бьют в барабаны...

Цитата:
https://allin777.livejournal.com/78595.html
Колчак был монархистом, победил бы - была снова монархия. При монархии в России начала 20 века не раскулачивали, не расстреливали целые кафедры в вузах, не выкорчевывали интеллигенцию, не депортировали целые народы и даже самые бедные крестьяне при царе работали на кулака за деньги, а не за трудодни и спасибо.

Цитата:
https://mikle1.livejournal.com/1552026.html

Откуда пошло "Тамбовский волк тебе товарищ!"
Большая статья о химическом оружии на Тамбовщине, от большого ума размещенная в пяти частях в последние дни, убедила меня в одном - у нас читают, №сколько оторвут", то есть мало. И покороче и попроще. А интерес к восстанию и Антоновщине есть. Потому, коротко о главном.

Уже к октябрю 1918 года в губернии действовали 50 продотрядов из Петрограда, Москвы и других городов численностью до 5 тысяч человек. Такого размаха конфискаций не знала ни одна губерния. Крестьяне повсюду вынуждены были выбирать между сопротивлением и голодной смертью. К этому добавлялось ограбление и закрытие церквей, что заставляло патриархальное православное крестьянство выступать на защиту своих святынь.

..Начало восстания
Повторюсь, восстание вспыхнуло 19 августа 1920 года, когда сразу в нескольких сёлах (Хитрово и Каменка Тамбовского уезда, Туголуково Борисоглебского уезда) крестьяне отказались сдавать хлеб и при поддержке партизан уничтожили продотряды, местных коммунистов и чекистов. В тот же день в селе Афанасьевке Тамбовского уезда произошло объединение нескольких мелких повстанческих групп, и огонь крестьянской войны с большевиками начал быстро распространяться и охватил всю Тамбовскую губернию и соседние с ней уезды Саратовской и Воронежской губерний. Крестьяне ликвидировали большевистские органы власти, уничтожали её представителей и воинские гарнизоны и брали власть в свои руки.

...
Разгром восстания
В основу своих операций Тухачевский положил создание на Тамбовщине жёсткого оккупационного режима (подкреплённого приказами Полномочной комиссии ВЦИК № 130 и № 171) и террор против населения губернии, со взятием заложников, уничтожением сёл и деревень, созданием концлагерей и массовых расстрелов. Артиллерийским огнём были полностью уничтожены сёла Коптево Тамбовского уезда, Хитрово, Верхнеспасское Тамбовского уезда. Особенно ожесточала повстанцев система заложничества; в ответ на неё они сами брали в заложники красноармейцев, коммунистов, советских служащих.

Тухачевский отмечал:
Без расстрелов ничего не получается. Расстрелы в одном селении на другое не действуют, пока в них не будет проведена такая же мера

23 июня 1921 года Антонов-Овсеенко и Тухачевский издали постановление № 116:
Воинскими частями, предназначенными для зачистки (интернационалисты), волость оцепляется и в ней вводится осадное положение. Берутся заложники из числа наиболее видных людей (священники, учителя, фельдшеры и т. д.). Затем собирается волостной сход, на котором зачитываются приказы за № 130 и 171, а также приговор этой волости. Всем её жителям даётся два часа на выдачу оружия и скрывающихся бандитов и их семей.
Всё население волости ставится в известность, что в случае отказа в выдаче все заложники будут расстреляны. Если через два часа не будет выдано оружие и все те, о ком идёт речь, то опять, повторно собирается сход и на глазах его участников производится расстрел заложников. И всё начинается сначала и так до тех пор, пока не будут выданы все, о ком идёт речь. Все оставшиеся пропускаются через опросные комиссии, за отказ дать ей сведения — расстрел на месте. В это время всякий въезд и выезд в волости запрещен.

На повстанцев, помимо жестоких репрессий, обрушили всю мощь регулярной Красной армии: артиллерию, авиацию, бронетехнику и даже химическое оружие, которое стали применять против крестьян после приказа Тухачевского № 0016 от 12 июня 1921 года. Подробно о применении химоружия и его неэффективности здесь -Химическое оружие в Тамбовском восстании.

 Летом 1921 года после ожесточённых боёв основные силы повстанцев потерпели поражение. В начале июля руководством восстания был издан приказ, согласно которому боевым отрядам предлагалось разделиться на группы, скрыться в лесах и перейти к партизанским действиям или разойтись по домам. Восстание распалось на ряд мелких изолированных очагов, и повстанцы вернулись к партизанской тактике, которую они использовали до августа 1920 года. Боевые действия на Тамбовщине продолжались до лета 1922 года и постепенно сошли на нет.

16 июля 1921 года Тухачевский доложил в Москву о подавлении Тамбовского восстания.

Цитата:

Цитата:
https://moiarussia.ru/marshal-tuhachevskij-slavyanam-nuzhna-novaya-religiya/

Тухачевский был эксцентричной личностью, зацикленной на идее сверхчеловека.
История о нем, как о самом ярком представителе раннесоветской военной элиты более чем интересна, и до сих пор остается местом для бесконечных споров.
Его стремительный взлет в годы гражданской войны, последующая деятельность на высших командных должностях и столь же стремительное падение с расстрелом стали одной из главных загадок истории СССР.
В плену во время Перовой мировой он увлёкся славянским язычеством, а в начале 1920-х, уже став командармом, он составил план запрета христианства в России и официального введения вместо него язычества.
Михаил Тухачевский родился в дворянской семье, получил отличное образование – окончил Александровское военное училище, откуда направился служить в гвардию, в Семёновский полк. Его ждала блестящая карьера: уже в 22 года, в 1915-м, он подпоручик и готовы бумаги на его производство в поручики, несколько боевых орденов. Однако в том же 1915-м году он попадает в немецкий плен.
Тухачевский содержался в плену в немецкой крепости Ингольштадт, вместе с большой группой французских офицеров, среди которых был будущий маршал и президент Франции Шарль де Голль. Почти на два с половиной года он погрузился в среду внутренней свободы, исходившей от французов, и окружающего его немецкого порядка. Именно в это время и заложился его характер, который позже окружавшие его люди назовут «русским бонапартизмом».

Именно там, в Ингольштадте, началось увлечение славянским язычеством. Его друг, французский офицер Реми Рур вспоминал об этом:

«Однажды я застал Михаила Тухачевского, очень увлечённого конструированием из цветного картона страшного идола. Горящие глаза, вылезающие из орбит, причудливый и ужасный нос. Рот зиял чёрным отверстием. Подобие митры держалось наклеенным на голову с огромными ушами. Руки сжимали шар или бомбу. Распухшие ноги исчезали в красном постаменте.

Тухачевский пояснил: – Это Перун. Могущественная личность. Это – бог войны и смерти. И Михаил встал перед ними на колени. Я захохотал.

«НЕ НАДО СМЕЯТЬСЯ, – СКАЗАЛ ОН, ПОДНЯВШИСЬ С КОЛЕН. – Я ЖЕ ВАМ СКАЗАЛ, ЧТО СЛАВЯНАМ НУЖНА НОВАЯ РЕЛИГИЯ.

Им дают марксизм, но в этой теологии слишком много модернизма и цивилизации. Можно скрасить эту сторону марксизма, возвратившись одновременно к нашим славянским богам, которых христианство лишило их свойств и силы, но которые они вновь приобретут.

Есть Даждьбог – бог Солнца, Стрибог – бог ветра, Велес – бог искусств и поэзии, наконец, Перун – бог грома и молнии. После раздумий я остановился на Перуне, поскольку марксизм, победив в России, развяжет беспощадные войны между людьми. Перуну я буду каждый день оказывать почести».

В Ингольштадте Тухачевский увлёкся резьбой по дереву. Из плена он привёз любимые игрушки – вырезанных им маленьких языческих божков. В них, как в солдатиков, Тухачевский играл до самого ареста.

Вернувшись из плена в Россию в октябре 1917-го, Тухачевский без раздумий принял сторону большевиков. Он был далёк от марксизма, от идей большевиков. Главное, что его привлекало в победителях – это стремление сделать нового человека.

Тухачевский считал, что царизм и православие сделали из русского человека безвольного слизняка, «просто скот». Его увлекают идеи не Ленина, а Троцкого, который обещал не только Мировую революцию, но и создание нового, героического русского, нечто вроде античного героя.

В конце 1919 года, после того, как командарм Тухачевский разбил Колчака под Омском, он был отозван в Москву для чтения лекций в Академии Генштаба. Когда Тухачевский стал членом Реввоенсовета, он составил проект уничтожения христианства и восстановление древнего язычества.

«Латинско-греческая культура, — говорил Тухачевский — это не для нас. Я считаю Ренессанс наравне с христианством одним из несчастий человечества. Гармонию и меру — вот что нужно уничтожить прежде всего. Мы выметем прах европейской цивилизации, запорошившей Россию, мы встряхнем ее, как пыльный коврик, а потом встряхнем весь мир. Я ненавижу Владимира святого за то, что он крестил Русь и выдал ее западной цивилизации. Надо было сохранить в неприкосновенности наше грубое язычество, наше варварство. Но и то, и другое еще вернется. Я в этом не сомневаюсь!».

Не случайно в годы Гражданской войны Тухачевский получил прозвище «демона революции». Автором этого прозвища был Лев Троцкий, которого самого называли подобным образом. Чтобы заслужить такое «почетное» звание от самого Льва Давидовича, надо было постараться. Тухачевский старался на славу, но, конечно, не для Троцкого, а для себя. Он физически не мог терпеть над собой никакого авторитета. Он отличался предельной жесткостью в своих расправах над мирными жителями, создавал концентрационные лагеря, травил мирных людей газами.
 
« Последнее редактирование: 10 Декабря 2017, 12:44:08 от Oleg » Записан
Quangel
Модератор
Ветеран
*****
Сообщений: 6474


Roma Rubrum Ascensio


Просмотр профиля
« Ответ #973 : 08 Декабря 2017, 20:32:21 »

сновное слово в твоей утопии "НУЖНЫМ". и ВСЕ .Не понятно? Какой спрос-предложение)) НУЖНЫМ!!!Причем здесь "спрос-предложение"

"Нужным",Терруш,это тем,ассортимент которых рассчитал Госстат по статистике потребления,план выпуска составил Госплан,а
сырьем и производственными фондами по безналичке обеспечил Госснаб. "Прибылям" тут места нет. Только как строчка в
статистике. Вот это называется "экономика,свободная от сырости". :)
Записан
Oleg
Модератор своей темы
Ветеран
*
Сообщений: 2060



Просмотр профиля
« Ответ #974 : 08 Декабря 2017, 21:26:17 »

"Прибылям" тут места нет

технологическим прорывам в хайтеке тут тоже места нет
как и эффективности
когда за прорывную технологию люди голосуют рублём. то бишь акциями-долларами. видя от неё пользу

"бесприбыльно работать" лично Ку-Аггел бы вот не стал бы.. но почему то думает что другие станут

"совецкие мелкосхемы самые большие в мире" поговорка пошла по слухам после того как в совковых Госпланах "товарищи ученые" (тупые совки-карьеристы) "доказали что достаточно развивать серию к155 а ужо на них с помощью элементов "и-не" и "или-не" мы сможем покорить весь мир создав что угодно..
А рынок акций на западе (пойдя по пути сбис) оказался умнее всех наших "учоных-с-госпланами" которые там только штаны протирали и дурака валяли

https://www.youtube.com/watch?v=TAhLdCA5zeA

https://www.youtube.com/watch?v=3wPRU84oV7I

https://www.youtube.com/watch?v=mFNAUv17QFc

и они будут "планировать сколько туфлей и ботинок сшить" для савецкого чоловiку.. для фабрики красный скороход и большевичка.. но сами это уё... носить не будут

для себя те кто всё это придумал будут покупать на западе где это всё делают для человека а не для отчёта перед госпланами и "освоения фондов" рабами за пайку из под палки или "за идею" маразмирующих сталинистов

кроме того "безнал" ещё проще воровать (ведь у этих денег нет хозяина который их заработал, они "государственные", т е ничьи,

служащим Совкового Госбанка работающим за пайку абсолютно параллельно сколько будет украдено по "фальшивым авизовкам" - это ГосБанк! он не разорится! это на гнилом западе частные банки прокладывают шифрованные системы связи а тут - деньги ж отменены и презренны!

+мвд была неповоротлива как и все госконторы в совке - и опять же это не их деньги)

- и когда "рыба сгнила с головы" - вылезло к примеру дело этих пресловутых "авизовок" :

(при том что многие из бывших партноменклатурных коррупированных сановников тоже уже заимели по банку через который им шли "обналенные откаты)

Цитата:
http://nwalkr.tk/b/89167/read
- Москва бандитская 1-2 1051K скачать: (fb2) - (epub) - (mobi) - Николай Модестов

Больших усилий для раскачивания лодки делать было не надо. Вожди, привыкшие жить в умеренной, но достаточной роскоши (распределители, привилегированные санатории, загранкомандировки и другие формы нигде не афишируемого гособеспечения), вырастили детей, захотевших сделать свой быт еще роскошней. Программа реформирования экономики богатейшей страны, в полном законодательно-правовом вакууме, устраивала и тех, кто, не имея прямого доступа к рычагам власти, владел огромными денежными средствами, и тех, кто, обладая властью, рвался к богатству и достатку. - Вторая оттепель, нареченная перестройкой, стала долгожданной весной прежде всего для уже имевших теневой капитал подпольных ротшильдов. Предприниматели новой волны, которые преподносились как буревестники экономических преобразований, на самом деле прибыли если и не к шапочному разбору, то и не к началу торгов. Правила игры в бизнесе определяли окруженные собственными "силовыми структурами" цеховики и воры в законе. Перед потянувшимися в перестроечный бизнес возникла проблема выживания. Ситуация усугублялась тем, что кооперативное движение (с которого началась реформа экономики) находилось под бережной опекой партийных структур. Фактически любой кооператор или фермер оказывался вне критики и получал своеобразную индульгенцию, защищавшую даже в случае явного пренебрежения законом. Ни милиция, ни прокуратура не осмеливались идти вразрез с одобренной наверху государственной политикой, и в кооперативное движение потянулись откровенные уголовники и ворье.

Декларированная "первым ленинцем" европеизация СССР регламентировалась устаревшими на тридцать лет сталинскими правовыми нормами и брежневской (застойной) конституцией. Демагогические призывы застрельщика перестройки типа "разрешено все, что не запрещено" нанесли непоправимый удар по общественному правосознанию. Подпольные миллионеры мягко переместились из тени в свет, защищенные, как и прежде, не законом, а собственными бандитскими крышами. У начинавшего дело коммерсанта выбора не оставалось. Он должен был принимать специфические условия ведения бизнеса в России. От этого зависел не успех его предприятия, а сама жизнь.

К началу девяностых годов криминализация экономики достигла невиданного размаха, в сравнении с которым вчерашние махинаторы и цеховики казались жалкими воришками. В уголовных делах о хищениях фигурировали десятки миллиардов рублей, мелькали фамилии новаторов нового мышления и высокопоставленных правительственных функционеров. За бесценок продавалось стратегическое сырье, военная техника, энергоносители, лес, лицензии на разработку месторождений. Банки проводили аферы с авизовками, перекачивая на Запад миллионы долларов, с молчаливого попустительства государственных чиновников процветали финансовые пирамиды, доводившие обманутых вкладчиков до самоубийств и угроз террористических актов. На фальшивых аукционах по смехотворным ценам скупались индустриальные гиганты мирового масштаба, а коррупция приняла такие размеры, что бывший мэр столицы Г. Попов предложил регламентировать мздоимство и тем самым решить проблему взяток.

Между тем закон бездействовал. Обещавшие стать громкими дела разваливались в ходе следствия, а получившие известность авантюристы становились депутатами Госдумы. Фемида довольствовалась разоблачением мелких взяточников и громогласными заверениями очередного генерального прокурора или министра навести в стране порядок. Общество эти призывы игнорировало. Зато все чаще звучали выстрелы и взрывы, жертвами убийц становились директора крупных предприятий и фирм, видные банкиры и политические деятели. Генералы ошарашивали числом действующих на территории России преступных группировок, газеты публиковали жизнеописания знаменитых киллеров охотнее, чем предвыборные биографии независимых кандидатов, а результаты опросов общественного мнения констатировали: больше всего люди боятся входить в собственные подъезды.

Наступило золотое время для бандитских группировок. Его величество рэкет накрыл прочной непробиваемой крышей всю российскую экономику. Москва, контролировавшая основные денежные потоки, распоряжавшаяся фондами министерств, имевшая неподдающийся оценке потенциал закрытых производств и конструкторских бюро военно-промышленного комплекса, оказалась на особом счету у рэкетиров и преступных формирований. Поэтому вполне естественно, что первое дело по факту квалифицированного вымогательства, получившее всесоюзный резонанс, было расследовано московской милицией.

Кавказ покоряет Москву

Ни одно криминальное сообщество никогда не наводило такой ужас на москвичей, как преступная группировка чеченская община. Даже сегодня, когда большинство ее лидеров задержано милицией или погибло в ходе бандитских разборов, многие коммерсанты и финансисты при упоминании о чеченцах заметно мрачнеют, а простые, далекие от бизнеса, - граждане считают их всесильной и непобедимой мафией.
С этим можно поспорить. Однако есть аргументы, против которых оппонентам выставить будет нечего. Представители малочисленного кавказского народа за короткий срок сумели стать самой мощной криминальной организацией столицы огромной советской империи. Они контролировали большую часть кооперативного движения при его зарождении, а позже стали самыми удачливыми и квалифицированными рэкетирами. Чеченцы первыми, в совершенстве овладев искусством делать крышу коммерсантам и облагать налогом торговлю, переключились на изготовление фальшивых авизовок - вид преступления, долгое время выпадавший из поля зрения правоохранительных органов и стоивший государству, даже по самым скромным прикидкам, десятки триллионов. Пионерами чеченские группировки были и в другом виде бизнеса создании банков - "летучих голландцев". И это изобретение принесло общине фантастические прибыли. Не чеченцы первыми начали торговать стратегическими металлами, нефтепродуктами и оружием.. Но когда подключились они - им не было равных. Нельзя найти вид криминальной деятельности, где представители группировки не попробовали бы силы. Везде они если и не оказывались лидерами, то обязательно достигали успеха. По существу история организованной преступности в Москве, да и в целом по России, писалась представителями чеченских криминальных сообществ.

Убийство "крестного отца" так и не раскрыто. Но существуют версии, заслуживающие серьезного изучения. Одна напрямую связана с внутренними трансформациями общины. С началом эпохи чеченских авизовок группировка отошла от банального рэкета (им занимались единицы и мелкие преступные группы). Община перешла на экономику. Мафиозный клан эволюционировал быстрее правоохранительной системы, а мозговой центр (теперь понятно, что Сулейманов эту роль не исполнял) группировки выдумывал все более изощренные, безопасные и выгодные методы добывания огромных денежных сумм. Объемы фальшивых авизо исчисляются триллионами рублей. Каков настоящий ущерб экономической диверсии, не скажет никто. Далеко не все фальшивки обнаружены, да и заметили их с большим опозданием.

Аналитики выявили этапы "большого пути", по которым двигалась отечественная экономика. На первом (1992-1993 годы) преобладали хищения денежных средств из банков с использованием фиктивных платежных документов (авизо, чеков "Россия" и тому подобное). Обналичивание похищенных сумм производилось с участием почти 900 банков и 1500 предприятий, расположенных в 68 регионах России. Наибольшее число таких преступлений совершено в Москве, далее следуют Санкт-Петербург, Дагестан, Ставропольский и Краснодарский края, Московская и Томская области.
...
Как считают аналитики Главного управления по экономическим преступлениям МВД России, - это лишь первая ласточка и скоро воровство с помощью компьютеров станет таким же распространенным видом преступлений, как когда-то использование для получения денег фальшивых авизо. Кстати, ущерб, нанесенный авизовками российской экономике, цифрами оценить трудно. Как долго поддельные платежки применялись мошенниками, до их обнаружения и изучения механизма обмана, не знает никто. Зато известно, что изымают их время от времени вот уже шестой год подряд, финансисты же считают, что похищенные миллиарды подорвали основы российской экономики, явились причиной стремительного роста инфляции и кризиса сотен коммерческих банков.

Воздушные миллиарды

Хищения сотен миллиардов с помощью поддельных банковских платежных документов аналогов в истории мировой криминалистики не имеют. Суммы, присвоенные махинаторами, сопоставимы с объемами валютных резервов целых государств. Таких размахов экономическая преступность еще не знала.
Операции по изъятию денег проводились настолько изящно, что их механизм долго не могли понять даже опытные финансовые ревизоры. По словам заместителя начальника Главного управления по экономическим преступлениям МВД России Кузьмы Шаленкова, ставшие жертвами банкиры разводили руками: "Кто несет за это ответственность? Ведь все как будто на месте - документы, печати, подписи…" Пока банкиры разбирались, а операционистки производили зачисление грамотно состряпанных фальшивок, на счетах подставных фирм, созданных специально для этих целей, появлялись кругленькие суммы.

Деньги крали в таких количествах, что ворам приходилось вывозить наличность в мешках на грузовых фургонах. Одну из таких групп, обналичившую несколько миллионов рублей, задержали в центре Москвы в двух шагах от Петровки, 38. Документов, объясняющих происхождение прорвы денег, задержанные предоставить не смогли. Началось следствие, которое вывело оперативников на Чечню.
Фальшивые авизовки нередко называют "чеченскими". В этом есть доля истины. Большая часть липовых документов имела реквизиты банков Чеченской республики. Однако справедливости ради нужно отметить, что и раскрыть аферу века помогли сами чеченцы.

Генерал Шаленков рассказал, что еще в начале 1992 года (период наиболее активной деятельности махинаторов) в МВД России приехали три офицера чеченской милиции. Они предложили московским оперативникам сотрудничество, с целью выявления преступлений в кредитно-финансовой системе. Общими усилиями сыщики Москвы и Грозного вскрыли миллиардные денежные операции, проведенные Центральным операционным управлением и Центральным расчетно-кассовым центром ЦБ России по документам коммерческих структур Чеченской республики.
Сегодня, после многолетнего военного противостояния и взаимного ожесточения, этот пример кажется неправдоподобным. Чеченец на стороне российского закона? Невероятно! Тем не менее факт остается фактом. Люди, с риском для жизни выполнявшие свой долг, напомнили известную аксиому: народ не может состоять из одних подлецов или добродетельных граждан, а назойливо предлагаемые ярлыки не более чем спекуляция политиков.

Что касается риска - для офицеров МВД Чечни он был более чем реален. Еще в Москве в период командировки грозненские оперативники слышали угрозы в свой адрес. 26 мая 1992 года около 8.30 утра у гостиницы "Комета" (ведомственная гостиница МВД России) их встретил некий Ахмедов, проходящий по делу малого предприятия "Тайс". Первая угроза прозвучала довольно миролюбиво. Он предупредил офицеров о возможных неприятностях, если те не прекратят проверку документов "Финист-банка". Совету "доброжелателя" оперативники не последовали, и тогда прозвучали выстрелы.
Уже в Грозном прямо в здании республиканского МВД на майора И. было совершено нападение. Офицер оказался не робкого десятка, обезоружил нападавшего и продолжал работу. Но угрозы не прекращались. И, приехал в Москву, обратился в управление кадров МВД с просьбой о переводе из Чечни вместе с семьей. Помочь ему то ли не смогли, то ли не захотели. Чиновнику, сидящему в уютном московском кабинете, доводы майора, бросившего вызов грозненской мафии, показались неубедительными. Впрочем, кавказцу предложили перевод… на Сахалин. Тот подумал, взвесил все за и против добровольной ссылки на край света, куда при царе-батюшке отправляли каторжников, и жизни на родине и выбрал последнее. Через несколько месяцев он был убит в Грозном при невыясненных обстоятельствах.

Умышленно не называю фамилий мужественного майора и его товарищей. В Чечне у них остались семьи…
Из письма, направленного руководству Центрального банка России: "МВД РФ располагает информацией о поступлении в Расчетно-кассовый центр Главного управления ЦБ России по Москве кредитовых авизо из коммерческих банков Чеченской республики под гарантии последующего перевода денег с просьбами кредитования указанных в документах коммерческих структур. Получаемая в этих структурах наличность вывозится в Чеченскую республику.
В настоящее время выявлено около 70 авизо на общую сумму более 17 миллиардов рублей. Следственные и оперативно-розыскные материалы дают основание сомневаться в реальном обеспечении указанных кредитовых авизо. Просим рассмотреть возможность безотлагательной проверки реальной обеспеченности взаиморасчетов с банками Чеченской республики и проинформировать о результатах МВД РФ".

Первое же уголовное дело заставило пойти на беспрецедентный шаг. В июле 1992 года МВД России разослало телеграмму, в которой попросило, до принятия решения на правительственном уровне, срочно приостановить финансовые операции по конкретным авизо и переводным телеграммам. Номера фальшивых документов занимали полторы страницы сплошного текста без пробелов. Суммы предполагаемых выплат колебались в пределах от 960 до 11 миллионов. Упоминались названия банков "Соцразвитие", "Центросоюз", "Востокинвестбанк", "Профбанк", "Эрабанк" и другие. При этом МВД предлагало уделять особое внимание платежным документам, поступающим из Чечни и Дагестана.

Об изобретателях гениальной "экспроприации" речь впереди. Что касается исполнения, то здесь особенно хитрить нужды не было. В российской банковской системе до той поры действовал унаследованный от бывшего Госбанка СССР порядок, в соответствии с которым средства на счета банков зачислялись на основании так называемых кредитовых авизо. Они изготавливались банками-отправителями самостоятельно. К числу уполномоченных банков относились специализированные Агропромбанк, Жилсоцбанк, Промстройбанк.

Поддельные кредитовые авизо по своим внешним признакам, с учетом установленного порядка их заполнения, полностью соответствовали требованиям действующих тогда правил ведения бухгалтерского учета. На момент их поступления в банки они рассматривались как законные финансовые документы. Если же учесть загруженность банковских служащих и огромный поток обрабатываемых ими бумаг, то станет понятна сложность выявления "черной кошки в темной комнате". Хотя можно допустить, что кошку найти никто особенно и не хотел…
Позже оперативники, занимавшиеся проблемой появления авизовок, проверили десять самых крупных банков, замешанных в скандале. Выяснилось, что на момент получения денег по фальшивым авизовкам все они находились в критическом положении. У них не оставалось выбора: либо брать незаконные кредиты с помощью авизовок, либо объявлять о банкротстве и выходить на улицу с протянутой рукой. Для многих финансистов получение воздушных миллиардов оказалось спасительной соломинкой.

И даже если бы какой-нибудь чересчур принципиальный бухгалтер захотел проверить законность авизовок, сделать это ему бы не удалось. Установить подлинность документов имеющимися в распоряжении финансовых структур средствами было невозможно. А сверка операций по счетам банков-отправителей и банков-получателей растягивалась на долгое время и желаемого результата не принесла бы.
....
« Последнее редактирование: 09 Декабря 2017, 03:28:27 от Oleg » Записан
Страниц: 1 ... 63 64 [65] 66 67  Все Печать 
« предыдущая тема следующая тема »
Перейти в:  


Войти

Powered by SMF 1.1.10 | SMF © 2006-2009, Simple Machines LLC
© Квантовый Портал