Главная arrow Форум arrow Тематические разделы arrow Физика arrow Кто прав, Шрёдингер или Борн - "волна" одна и та же... атом Демокрита, орбиталь,
Главная
Поиск
Статьи
Форум
Файловый архив
Ссылки
FAQs
Контакты
Личные блоги
Кто прав, Шрёдингер или Борн - "волна" одна и та же... атом Демокрита, орбиталь,
Добро пожаловать, Гость. Пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь.
21 Сентября 2018, 13:26:58
Начало Помощь Поиск Войти Регистрация
Новости: Книгу С.Доронина "Квантовая магия" читать здесь
Материалы старого сайта "Физика Магии" доступны для просмотра здесь
О замеченных глюках просьба писать на почту quantmag@mail.ru

+  Квантовый Портал
|-+  Тематические разделы
| |-+  Физика (Модератор: valeriy)
| | |-+  Кто прав, Шрёдингер или Борн - "волна" одна и та же... атом Демокрита, орбиталь,
0 Пользователей и 2 Гостей смотрят эту тему. « предыдущая тема следующая тема »
Страниц: 1 ... 12 13 [14]  Все Печать
Автор Тема: Кто прав, Шрёдингер или Борн - "волна" одна и та же... атом Демокрита, орбиталь,  (Прочитано 116321 раз)
Oleg
Модератор своей темы
Ветеран
*
Сообщений: 3143



Просмотр профиля
« Ответ #195 : 22 Января 2018, 07:12:59 »

конец цитаты

Цитата:
http://nwalkr.tk/b/436404/read#anotelink20
- Собрание произведений 2234K скачать: (fb2) - (epub) - (mobi) - Рамана Махарши

..Подобно айсбергу в океане, я постепенно поглощался океаном Блаженства Брахмана, до тех пор пока я сам не стал океаном, чью природу и протяженность мой интеллект оказался не в состоянии постичь. Как можно помыслить обширность этого океана Блаженства Брахмана, полного Божественной Сущности, как описать это в словах? Мир, что ощущался мгновение назад, полностью исчез. Куда он ушёл, кем он был устранён, во что он был растворён? Что это за чудо! В этом обширном океане Блаженства Брахмана, исполненном Божественным Переживанием, что существует для принятия или отвержения, видения, слышания и познания отдельно от его собственного Я? Только Я есть Само Блаженство. Я — непривязан; Я не имею ни грубого, ни тонкого тел. Я — неразрушим. Я — совершенное спокойствие; Я — ни делатель, ни наслаждающийся; Я не подвержен изменениям. Действия — не мои. Я не есть видящий, слушатель, говорящий, делатель или наслаждающийся. Я — ни то, что переживается, ни то, что не переживается, но тот, кто освещает и то и другое. Я — Пустота, вне и внутри. Я — выше всех сравнений. Я — Дух прежде всех времён. Я — безначален. Во мне не сотворены “я” или “ты”, или “это”, или “то”. Я — сразу вне и внутри всех элементов как сознающий эфир в них, а также как их основание. Я — Брахма, Я — Вишну, Я — Рудра, Я — Иша, Я — Садашива. Я — превосхожу Ишвару[143]. Я — всё охватывающий Свидетель, неделимый, однородный Брахман, бесконечный, вечный, само Бытие, непревзойдённое, окончательное совершенство, существование, вечное, чистое, просветлённое, освобождённое и высочайшее Блаженство. То, что прежде было пережито как отдельные вещи и как переживающий-переживание-переживаемое, Я сейчас всё нахожу в себе. Даже хотя волны мира и поднимаются, благодаря майе, как ветер, возникая и утихая, они поднимаются и утихают во мне — кто является безграничным океаном Блаженства.
Глупцы те, кто, ошибаясь, приписывает тело и другие идеи мне — бесформенному и неизменному. Это напоминает деление неограниченного, бесформенного времени на такие части, как год, полугодие и сезон. Как землю не увлажнить водой миража, так и разрушение никоим образом не затрагивает меня, ибо Я ни к чему не привязан, подобно эфиру, отделён от всего, что Я освещаю, подобно солнцу, недвижим, как гора, безграничен, как океан. Так же как эфир не затрагиваем тучами, так Я — телом; как тогда могут быть моей природой бодрствование, сон и глубокий сон — как у тела? Это только телесные ограничения (на Бытие) приходят и уходят, действуют и пожинают плоды действий, рождаются, существуют и растворяются. Как могу Я совершать карму, избирать деятельность или уход, пожинать плоды достоинств или недостатков, Я, кто подобен Горе (Кула), упоминаемой в пуранах, кто всегда недвижим, неделим, полон и совершенен, словно эфир, кто один являет совершенное Целое без чувств, сознания, формы или изменения? Если человеческой тени холодно или жарко, или она имеет хорошие либо плохие качества — это совсем не влияет на человека; также и Я превосхожу добродетели и пороки. Писания тоже провозглашают это. Так же как природа дома не затрагивает свет внутри него, так и объективные характеристики не могут задеть меня — их свидетеля, отдельного от них, неизменного и незатрагиваемого. Так же как солнце свидетельствует обо всех активностях, так и Я — свидетель всего этого объективного мира. Как огонь пропитывает железо, так и Я проницаю и освещаю этот мир; в то же время Я есть основание, на котором мир существует, подобно воображаемой змее в куске верёвки. Будучи самосветящимся Я, Я ничего не совершаю и не вызываю действия; Я — не тот, кто ест пищу, и не тот, кто вызывает процесс еды; Я — не видящий и не тот, кто вызывает видение чего-либо.
Движутся только накладываемые проекции. Это движение отражённого сознания невежественные приписывают самому Сознанию. Поэтому они также говорят, что Я — делатель, наслаждающийся, что Я, увы, существую в них. Будучи бездеятельным, словно солнце (при вызывании развития на Земле), будучи сущностью форм и элементов, Я остаюсь не затронутым отражённым светом Сознания. Поэтому мне безразлично, спадёт ли это тело на землю или в воду. Качества отражённого света сознания влияют на меня не более чем форма горшка — на эфир внутри него. Состояния и функции интеллекта, такие как дела, наслаждение, понимание, отупение или опьянение, ограниченность или свобода, не задевают меня, так как Я есть чистый недвойственный Атман. Обязанности [дхармы], поднимающиеся из пракрити в тысячах или сотнях тысяч, затрагивают меня не более, чем поворот тени облаков затрагивает эфир. Я есть то, в котором целая вселенная от пракрити вплоть до плотной материи появляется просто как тень, то, которое есть основание, которое освещает всё, которое есть сущность всего, является всеми формами, всё проникает и в то же время отлично от всего, недвойственный Брахман. Я есть то, которое есть вся Пустота, которое отличается полным отсутствием каких-либо атрибутов майи, то, которое едва ли будет познано грубым интеллектом, которое есть сам эфир, которое не имеет ни начала, ни конца, недвойственный Брахман. Я есть то, которое тонко, недвижимо, бесформенно, бездеятельно, неизменяемо, вечно, истинно, сознательно, бесконечно, само-существующее Блаженство, недвойственный Брахман.
..
Невозможно доказать, что рабство [сансара] вызвано вуализирующей силой [тамас] майи и Освобождение — её уничтожением, поскольку не существует различий в Атмане. Такое доказательство привело бы к отрицанию истины Недвойственности и утверждению двойственности. Это противоречило бы авторитету Писаний. Как может быть какое-либо проявление майи в недвойственном Брахмане, который есть совершенное спокойствие, Единое Целое, подобное эфиру, незапятнанное, бездействующее, безупречное и бесформенное? Писания даже явно провозглашают: “Поистине нет ни творения, ни разрушения; никто не связан, нет ищущих Освобождения, нет никого на Пути к Избавлению. Нет Освобождённых. Это — абсолютная истина”. Мой дорогой ученик, это — итог и сущность всех Упанишад, тайна тайн — есть моё наставление тебе. Ты тоже можешь сообщить его тому, кто стремится к Освобождению, только тщательно проэкзаменуй его несколько раз для уверенности, что он действительно ни к чему не привязан и свободен от всех пороков и нечистот этого тёмного века».
..
ГЛАВА III. ПЕРЕЖИВАНИЕ (Анубхава)
1.   Что такое свет Сознания?
Это самосветящееся Бытие-Сознание, открывающее провидцу мир имён и форм как внутри, так и вне его. О наличии такого Бытия-Сознания можно сделать вывод из объектов, освещаемых им. Оно же само не становится объектом сознания.
2.   Что такое Знание [виджняна]?
Это такое спокойное состояние Бытия-Сознания, которое испытывается продвинутым искателем и которое подобно океану без волн или неподвижному эфиру.
..
Открытое Пространство – это безграничная недвойственная Реальность, Брахман. ЕГО символ – эфир Сердца. Здесь нет ни рождения, ни смерти, ни приходящих, ни уходящих, ибо все изменения принадлежат только индивидуальностям. Но Брахман – только один, без другого. Обретение этого Брахмана и есть Цель жизни.
..
91
Душа приглашает Господа в дом своего Сердца – самое подходящее для неё место, чтобы насладиться с Ним блаженством недвойственности. Эфир (Пространство) Сердца – чистое Сознание. Здесь нет ни дня, ни ночи, ни сна, ни бодрствования, ни времени, ни пространства.
96
Последние мысли являются наиболее важными, ибо они определяют будущее души. Шри Кришна говорит в Бхагавад-Гите [VIII, 5 – 6]:
Кто о Мне лишь одном помышляет
в смертный час, покидая тело,
тот в Моё Бытие приходит;
в этом, Партха, не ведай сомненья.
Ведь о ком человек помышляет
в час кончины, с телом прощаясь,
он к тому и приходит, Партха,
побуждаемый силой мысли[168]*.
Чтобы избежать перерождения, человек должен думать о Боге в момент смерти. Для этого он, Божественной Милостью, должен практиковать размышление о Нём всю жизнь. Тогда он самопроизвольно и без усилий подумает о Боге в последний момент.
97
Дом души – эго, ложное “я”, связывающее душу. Милость Бога освобождает преданного от оков, придуманных эго. Душа входит в эфир Сердца, дом Бога, местообитание истинного Я.
Записан
valeriy
Глобальный модератор
Ветеран
*****
Сообщений: 4025



Просмотр профиля
« Ответ #196 : 22 Января 2018, 19:52:25 »

Подобно айсбергу в океане, я постепенно поглощался океаном Блаженства Брахмана, до тех пор пока я сам не стал океаном, чью природу и протяженность мой интеллект оказался не в состоянии постичь.
Из всего текста, выданного на гора, только вот этот отрывок можно признать, с некоторой натяжкой, наделенным смыслом. Все остальное - переливание "из пустого в порожнее", а проще говоря - словоблудие.

Проблема разговорного языка в том, что каждое слово, как правило, несет многозначную смысловую нагрузку. И только из контекста можно догадаться, какой смысл этим словом передает говорящий. И это возможно только в случае, если слушатель и говорящий являются представителями одного и того же социума. Не зря ведь утверждается, что если желаешь познать всю премудрость гуру, становись его учеником. И слово за словом внимай тщательно тому, что он говорит.

Для более корректного и непротиворечивого обмена информацией развит математический аппарат, посредством которого смысловая многозначность слов сведена до минимума. Человечество, впрочем, уже давно обратило внимание на какую-то особую роль чисел. Уже со времен древних шумеров числам придавали божественную силу. Наверное с тех пор до нас дошла каббала, как попытки прочтения тайных смыслов по отображению словарного ряда какого-либо текста, например Торы, в ряд чисел и на их основе угадать тайное послание.

Кстати в последнее время и последователи Махариши это прекрасно понимают и в Штатах в Огайо существует Университет Махариши (Maharishi Vedic University). Этот Университет издает даже журнал - Международный Журнал Математики и Сознания: International Journal of Mathematics and Consciousness. В этом журнале последователи Махариши на полном серьезе пытаются его учение представить языком математики. Как у них это получается, пока еще трудно сказать. Но как говориться, лиха беда - начало. Поэтому, предлагаю вам перестать гнать подобную галиматью, но ознакомится с первым томом этого журнала

http://www.ijmac.com/wp-content/uploads/2015/12/IJMACVol1No1.pdf

и попытаться дать его краткую характеристику для читателей этого форума.

Чтобы избежать перерождения, человек должен думать о Боге в момент смерти. Для этого он, Божественной Милостью, должен практиковать размышление о Нём всю жизнь.
Задача человека, якобы носителя сознания (если оно только есть и если человек понимает смысл этого слова), продвигать замысел высшего разума там, куда он высажен (в данном случае адрес Солнечная система, Земля), для проявления его замысла в материальной субстанции  Веселый
Записан
Oleg
Модератор своей темы
Ветеран
*
Сообщений: 3143



Просмотр профиля
« Ответ #197 : 22 Января 2018, 22:11:05 »

только вот этот отрывок можно признать, с некоторой натяжкой, наделенным смыслом. Все остальное - переливание "из пустого в порожнее", а проще говоря - словоблудие. .

я выдернул куски из текста где есть слово "эфир".. естессно что они потеряли смысл вне контекста

Кстати в последнее время и последователи Махариши это прекрасно понимают и в Штатах в Огайо существует Университет Махариши (Maharishi Vedic University).

как можно быть таким дремучим невежей во времена гугля - не представляю..

и ставить всё с ног на голову - от кобафильскаго мраксизьма до ioготичеров

"Карл Маркс и Фридрих Энгельс - это не муж и жена, а четыре разных человека (с)

п.1 https://ru.wikipedia.org/wiki/Рамана_Махарши

п.2 https://ru.wikipedia.org/wiki/Махариши_Махеш_Йоги - основатель секты, которая окучивает умственно отсталых по всему миру.
http://www.k-istine.ru/sects/tm/tm_kulikov.htm ,
http://scorcher.ru/mist/trans/about-tm.htm
http://www.scorcher.ru/mist/trans/mantras.htm ...

Его клеймил местами ещё аж сам Джон Леннон.

https://yandex/yandsearch?text=махариши+джон+леннон
http://vikent.ru/enc/4403/
...
этот Махеш просто повторял некоторые цитаты из Махарши (пожиная его славу) но сам до его уровня не добрался.. "ниасилил" .. может они там лсд злоупотребили слишком, но Рамана про наркоту предупреждал - не вняли..

ещё он упоминается тут аж 72 раза:
Цитата:
http://nwalkr.tk/b/129592/read
- Антология «Битлз» (пер. Ульяна Валерьевна Сапцина) 1533K - Джон Леннон - Пол Маккартни - Джордж Харрисон - Ринго Старр

Потом идут слова: «Откажись от всех мыслей, сдайся пустоте — она сияет. Тогда ты поймешь глубинный смысл — это бытие». С рождения и до смерти мы только и делаем, что мыслим: одна мысль сменяет другую, потом приходит третья и так далее. Даже когда мы спим, мы видим сны, поэтому с рождения до смерти нет ни одной минуты, когда бы мозг не рождал мысли. Но можно отключить разум и войти в состояние, которое Махариши описывал так: «Это там, где была ваша последняя мысль, прежде чем она пришла к вам в голову».
Вся суть в том, что мы и есть эта песня. «Я» исходит из состояния чистого осознания, из состояния бытия. Все остальное — внешние проявления физического мира (в том числе все колебания, которые в конце концов становятся мыслями и поступками), это просто суета. Истинная сущность каждой души — чистое сознание. Вот и в этой песне на самом деле говорится о трансцендентальности и о свойствах этого состояния.
...
В 1966 году я был в Индии в тот день, когда там поклоняются Шиве. Среди мелочей, которые продавали на улицах, я увидел маленький кактус, усыпанный колючками, размером с крупный цветок мака. Я спросил у Рави Шанкара, с которым был: «Что это?» А он ответил: «Согласно мифологии этим питается Шива». Я подумал: «А, это мескалин, лофофора или что-то другое галлюциногенное» — и сказал: «Я попробую его». Но Рави воскликнул: «Нет, нет, не ешь его! От него люди сходят с ума». Это соответствовало описанию психоделического вещества, потому что его недостаток в том, что мысленно ты заходишь так далеко, что теряешь контроль над собой, и тебе уже никогда не вернуться к нормальному состоянию сознания. И в некотором смысле после этого ты навсегда перестаешь быть прежним.

По-моему, преимущество заключается в том, что, если другие наркотики и алкоголь оказывают на вас влияние, и вы ощущаете интоксикацию, с психоделиками этого не происходит. Они влияют на организм, но не вызывают интоксикации, вы остаетесь трезвым, но с одним отличием: вы теряете сосредоточенность. Внезапно вы начинаете видеть сквозь стены, и вам кажется, что ваше тело перестало быть плотным. Как когда вы берете дольку апельсина и начинаете счищать с нее кожуру, вы видите крохотные капли, которые плотно прилегают друг к другу, оставаясь каждая самой собой. Вы видите свое тело именно таким, как я в воспоминаниях вижу его сейчас, замечаете, что оно все движется, что в нем происходит пульсация энергии. Это поразительно. Вы видели когда-нибудь марево над огнем? Вот и в этом случае вы тоже видите это марево. Однажды я пытался загорать после приема кислоты в доме в Лос-Анджелесе, и через десять секунд услышал, как поджаривается моя кожа, издавая шкворчание, словно бекон на сковородке. Люди скажут: «Естественно, ведь он был под воздействием наркотика». Но я считаю, что на самом деле это наши чувства и ощущения обостряются до такой степени.

Должно быть, то же самое пережили и люди, достигшие космического сознания. Они все время могут видеть сквозь стволы деревьев, видят корни деревьев в земле, видят, как влага поднимается из почвы и растекается по дереву, как Супермен видит сквозь стены. Потому что сущность и причина всего в физическом мире — чистый разум, который проявляется чисто внешне через все это. Это наше эго дурачит нас, заставляя думать: «Я и есть это тело». ЛСД помог мне понять: я вовсе не это тело. Я чистая энергия, проникающая повсюду, которая пребывает в теле лишь небольшой промежуток времени.

В то время я не знал всего этого. Я просто родился и делал то, что делал, я случился точно так же, как случились «Битлз» или кислота и все остальное, так что можно назвать все это кармой. И хотя мой опыт с кислотой имеет свои недостатки, я считаю его удачей, потому что он избавил меня от многолетнего равнодушия. Это было пробуждение, осознание того, что самое важное в жизни — спросить: «Кто я? Куда я иду? Откуда пришел?» Все остальное, как говорил Джон, просто «группешка, которая играет рок-н-ролл». Разве это имеет значение? Все остальное дерьмо — всего лишь дерьмо. Вся деятельность правительства, всех людей по всей планете — всего лишь напрасная суета. Все они гоняются за собственным хвостом, одержимые большой иллюзией. Если научишься жить по внутренним правилам и сосредоточиваться на некоем космическом законе, тебе не понадобятся правительства, полицейские или те, кто устанавливает какие-то правила. Будь у меня хоть половинка шанса, я подмешал бы кислоту в чай членам правительства».
...
Джон как раз начал писать песню, в которой были слова: «Махариши, что ты натворил?» А я сказал: «Нет, такие слова не годятся, это будет выглядеть смешно», — и придумал название «Sexy Sadie» («Секси Сейди»), а Джон поменял «Махариши» на «Секси Сейди». Джон улетел в Англию к Йоко, а я отправился в Мадрас и на юг Индии, где провел еще несколько недель.
Наш отъезд не прошел незамеченным, газеты подняли шум. Как сказано в фильме «The Rutles», пресса подняла шум на пустом месте, да еще и не там, где было надо. В результате существует история, в которой утверждается то, чего не должно было быть, — но ничего ведь и не было».
Джон: «Я сдался и убрал строки: «Махариши, что ты натворил? Ты одурачил всех» (70).
Эта песня была написана, когда мы уезжали и ждали, пока наши вещи погрузят в такси, а оно все не появлялось. Мы думали: «Они умышленно задерживают такси, чтобы мы не смогли сбежать из этого безумного лагеря». С нами уезжал один чокнутый грек, настоящий параноик. Он твердил: «Это черная магия, черная магия. Мы застрянем здесь навсегда». Но я все-таки уехал, потому что теперь я здесь» (74).
Джордж Мартин: «Сам я не принимаю подобные вещи всерьез. Махариши, дианетика, все тому подобное — по-моему, это полный бред. Но тем, кто верит во все такое, это, наверное, полезно. А они, похоже, поверили в Махариши, и это помогло им всем. А Джордж защищает Махариши даже сейчас, хотя остальные разочаровались в нем».
Пол: «Когда люди говорят: «Неужели у него ничего не припрятано в швейцарском банке?» — я всегда отвечаю, что я ни разу не видел его в европейском костюме — он всегда был в своем балахоне из тонюсенькой ткани. Если бы всем этим он занимался ради денег, кто-то мог бы видеть, как он вылезает из своего «роллса» возле какого-нибудь ночного клуба в Нью-Дели. Но он постоянно сидел у себя дома, медитировал, завернувшись в тонкую ткань вроде марли, и я думал: «Нет, в преследовании корыстных интересов его обвинить нельзя».
Помню, как мы все сидели вокруг него, а он спрашивал нас, какую машину лучше всего купить. Мы объясняли: «Мерс», Махариши. «Мерседес» — отличная машина». — «А это практично? Она долго прослужит? Прочная?» — «Да». — «Значит, надо купить «мерседес». Это случилось только один раз, мы участвовали в таком разговоре. Он не спросил: «Какая из машин самая шикарная?» Он спросил: «Какая из машин надежнее всех?» Вот каким он был.
Мысленно я рассуждал: «В чем проблема? Он не Бог и не священник. В его религии нет правил, которые он обязан соблюдать. В конце концов, он всего лишь человек, он научил нас медитировать».
Джон написал «Sexy Sadie», чтобы обо всем забыть. Это был завуалированный рассказ о случившемся, но лично я не думаю, что Махариши приставал к кому-то из женщин. Он не из тех людей, которые способны на такое. С тех пор я не перестаю думать: «Как мог Махариши совершить такой поступок?» Это нелегко. Вряд ли что-нибудь такое случилось на самом деле. А вообще-то поездка в Ришикеш была приятным событием. Мне она понравилась».
Нил Аспиналл: «Я навестил их в Ришикеше, но только для того, чтобы отговорить их снимать фильм. Им предложили снять фильм с Махариши. Не знаю точно, каким должен был быть этот фильм, но они заключили контракт на три фильма с «Юнайтед Артисте», а сняли только «Help!» и «A Hard Day's Night».
Я приехал туда с Денисом О'Деллом, пробыл в Ришикеше неделю, а затем вернулся домой с Полом и Джейн Эшер. Джон и Джордж с женами остались в Ришикеше. Они вернулись позднее».
Пол: «Мы думали, что в нем есть что-то особенное, но он человек, а мы какое-то время считали его высшим существом» (68).
Джон: «Мы совершили ошибку. Мы верим в медитацию, но не в Махариши и его учение. Но мы сделали ошибку у всех на виду. По-моему, у нас создалось несколько превратное представление о Махариши, как и у людей по отношению к нам. Но то, что мы делаем, происходит у всех на виду, и это совсем другое дело.
Мы считали его не таким, какой он был на самом деле. Но мы искали в нем именно это и, вероятно, приписали ему то, чего в нем не было. Мы ждали гуру, а появился он. Однако он все равно создал обстановку, в которой смог раздавать рецепты исцеления.
Дело происходило в Индии, медитация полезна и действует так, как и говорят о ней. Это все равно что зарядка или чистка зубов — она действует. Но мы придавали ей особое значение. По-моему, мы переоценили ее, потому что были наивны, как все остальные люди. Я не стану советовать: «Не занимайтесь медитацией».
Мы все еще убеждены в пользе медитации, но мы не собираемся сходить с ума и строить в Гималаях золотой храм. Мы поможем всем, чем можем, но мы не в состоянии все сделать за одну ночь. И мы не собираемся опустошать наши карманы — есть и другие способы помогать» (68).
...
Джордж: «В конце концов оказалось, что мы просто раздали уйму денег. Это урок для всех, кто намерен вступить в партнерские отношения: если у вас есть партнеры, вам придется советоваться (и ссориться) с ними по любому поводу, к тому же в то время мы были донельзя наивны. Чаще всего Джон и Пол носились с какой-нибудь идеей и тратили на нее миллионы, а мы с Ринго просто соглашались с ними.
Некоторые дела приносили прибыль, но по сравнению с затратами она была ничтожна. Это затруднение преследовало нас всю жизнь: все, что было связано с «Битлз», упиралось в партнерские отношения — такого я никому не пожелаю. У партнеров возникают самые нелепые идеи, а вам приходится соглашаться с ними хотя бы отчасти. Вас втягивают в чужие дела, и это не приносит вам ничего, кроме головной боли. Конечно, так бывает и с другими, и, полагаю, в такой работе есть свои плюсы и минусы. Но мне понадобилось некоторое время, чтобы вписаться в «Эппл», а к тому времени мы успели разориться.
В 1968 году положение осложнилось. Нам грозила катастрофа. Вокруг царил хаос. Прежде нашими делами распоряжался Брайан Эпстайн, но он умер. И хотя он выполнял свою работу не слишком успешно (позднее мы узнали, что сделки были заключены на невыгодных условиях, и мы поняли, что нас облапошили), по крайней мере, он был человеком, рядом с которым мы повзрослели, он мог о многом позаботиться. И вдруг компания «Эппл» оказалась предоставленной самой себе, и все экстравагантные личности страны ринулись на Сэвил-Роу, а Джон и Йоко предоставляли им кабинет в офисе. Кришнаиты, «ангелы ада», «копатели» — все сбежались туда. Катаясь на лодке вокруг Манхэттена, мы расспрашивали Пола и Джона, как они намерены поступить с компанией, но без надлежащего управления дела запутывались с каждым днем».
Джон: «Иметь деньги мне всегда казалось бессмысленным — попробуйте меня понять. Я должен был отдать их или потерять. И я отдал уйму денег, что, собственно, и означало почти то, что я потерял. Но этого мне было мало, и я не контролировал их, не относился ответственно к тому, что я был парнем с туго набитым кошельком».
Дерек Тейлор: «Мы были ужасно заняты. Помимо всего этого безумия, помимо того, что мы курили травку, в офисе всегда было шумно, потому что «Битлз» все еще были на пике популярности. О них писали все газеты, но к середине 1968 года в прессе стали появляться возмущенные статьи: «Что случилось с нашими ребятами? Куда они исчезли? С ними что-то не так. Они слишком чудят: развод, Махариши, индусы… Это уже не наши ребята. Что с ними стало?» «А что стало с тобой, Дерек? — думал я. — Ты тоже наряжаешься и тоже чудишь?»
Я не наряжался, а одевался в стиле хиппи, но только не в кафтаны (это слово я ненавидел), а в блузы. Да-да, в блузы с тесьмой, ожерельями и колокольчиками. Не забывайте, что к тому времени у меня уже было пятеро детей, а в мире журналистики меня давно знали.
...
Джон: «Все песни из «Белого альбома» были написаны в Индии, где, как все говорили, мы отдали свои деньги Махариши, но мы этого не делали. Мы получили мантры, мы сидели в горах, ели дрянную вегетарианскую еду и писали эти песни (80).
В общей сложности мы написали тридцать новых песен. Пол сочинил штук двенадцать. Джордж говорит, что он написал шесть, а я — пятнадцать. И только посмотрите, что сделала медитация с Ринго: после поездки в Индию он написал свою первую песню» (68).
Джордж Мартин: «Они явились с целым ворохом песен — кажется, их было больше тридцати, — ошеломили меня, но в то же время расстроили, потому что некоторые из песен были неудачными.
Впервые мне пришлось разрываться на три части, поскольку запись велась одновременно в трех студиях. Работа стала беспорядочной, большой вклад в нее внес мой ассистент Крис Томас (благодаря чему он стал отличным продюсером)».
Джордж: «Новый альбом стал отражением поездки в Индию и всего, что случилось после выпуска «Сержанта Пеппера». Большинство песен мы написали в Ришикеше, под впечатлением от слов Махариши.
« Последнее редактирование: 23 Января 2018, 00:50:07 от Oleg » Записан
Oleg
Модератор своей темы
Ветеран
*
Сообщений: 3143



Просмотр профиля
« Ответ #198 : 22 Января 2018, 22:28:04 »

Для более корректного и непротиворечивого обмена информацией развит математический аппарат, посредством которого

и как же этот "аппарат" описывает например "чакры" ? в http://www.ijmac.com/wp-content/uploads/2015/12/IJMACVol1No1.pdf слово "chakra" вообще не встречается
матаппарат оторванный от реальности генерирует в последнее время столько бреда..

Да а насчет Аристотеля - у Гуляковского был намёк вроде как на него - дескать специально всех запутал чтоб править умами армии баранов отключенных им от атмана и превращённых в его зомбитов и слуг

- выдел. красн:

Цитата:
http://nwalkr.tk/b/164693/read#t84
 - Чужие пространства (Чужая планета - 1) 1295K - Евгений Яковлевич Гуляковский

 Глава 14

Я стоял внутри храма.

Тишина здесь была такой плотной и полной, какой никогда не бывает тишина лесов, полей или даже пустынь. Звук опустившейся двери только подчеркнул ее.

Постепенно, без следа, он растворился в неподвижном воздухе — словно звон погребального колокола.

Я был совершенно один в огромном зале. Снаружи лился тихий ровный свет, слегка окрашенный в цвета крови. Нескончаемым потоком он втекал в широкие порталы окон, заливал белоснежный пол и струился по нему дальше к середине зала. В его центре какой-то темный столб или колонна уходила ввысь до самого свода и вонзалась в пол храма, похожая на ось целого мира. Ближе к ней свет начинал медленно вращаться, образуя как бы водоворот. Видимо, там он уплотнялся, становясь почти осязаемой жидкостью. Если у окон свет казался физически неощутимым — таким, каким и должен был быть свет, — то ближе к темной колонне он явно сгущался и стекал вдоль нее в зияющую воронку.

Сверкающая жидкость лилась вниз, постепенно закручиваясь во все более стремительный водоворот. Водоворот этот хранил в своей глубине нечто запретное.

Возможно, даже тайну небытия. И, наверное, именно поэтому так трудно было бороться с желанием заглянуть в темную пропасть, поглощавшую в своих глубинах целые реки света.

Разноцветные сполохи завораживали, подавляли сознание. Меня все сильнее тянуло к краю пропасти у столба, в которую нисходил свет. Красный, зеленый, синий, фиолетовый — менялась интенсивность цвета, менялись оттенки. Непроизвольно я сделал первый шаг в сторону световорота и, теряя опору под ногами, покачнулся.

Идти следовало совсем не туда… Но двигаться против потока казалось немыслимым.

Я сделал еще шаг…

Почти сразу же ноги оторвались от пола. И я поплыл в световом потоке.

Стены храма исчезли, я вообще не видел ничего, кроме реки света, окружавшей меня со всех сторон и постепенно приближавшейся к черной пропасти. На секунду почудилось, что впереди, у самого края воронки, мелькнули два легких живых мазка, напоминающих своими очертаниями человеческие фигуры. Но они тут же исчезли.

Давление светового потока постепенно усиливалось. Первый раз я почувствовал это в минуту колебания, когда инстинктивно попытался отдалиться от темной пропасти, поглощавшей свет, и ясно ощутил, что теперь уже поздно. Обратного пути не было.

Время словно остановилось. Все чувства и ощущения замерли, растворившись в этом безмятежном покое и мягком неназойливом движении к краю пропасти. Я не мог определить, была ли игрой воображения величественная мелодия, возникшая в полной и абсолютной тишине. Скорее всего так реагировала человеческая психика на ритмичные сполохи света, подавлявшие волю к сопротивлению.

Поток постепенно уплотнялся. Он становился все стремительнее. И все более ощутимые удары швыряли меня от одной волны света к другой. Я убеждал себя в том, что это невозможно. Свет не мог стать жидкостью. Его скорость беспредельна и не соизмерима с этим грозным величественным движением, но именно так выглядела реальность, окружавшая меня. Я лишь мог принять ее такой, какая она есть.

И эта трезвая мысль неожиданно придала мне силы к сопротивлению. В конце концов, если свету угодно превратиться в жидкость, я был не таким уж плохим пловцом…

Резко рванувшись назад, я попытался грести против потока. Тщетно. Сила тяжести ослабевала с каждым метром, приближавшим меня к черному столбу. Я лишь барахтался на поверхности светозарной жидкости, теперь уже по плотности превосходившей воду. И хотя мои силы оказались ничтожны, само желание борьбы что-то изменило в структуре потока. Рядом со мной появились небольшие местные завихрения, мешавшие ровному и безвозвратному движению вперед.

Захваченный одной из таких воронок, я не стал вырываться из стремнины, вспомнив правило для пловца, попавшего в обычный водоворот: ему нельзя сопротивляться.

Следует уйти в глубину, там водоворот непременно ослабеет и выбросит пловца на поверхность где-нибудь в стороне от воронки. Вспомнив это, я изо всех сил рванулся вниз, помогая сверкающей жидкости, и, в конце концов, мне удалось продвинуться вглубь — сначала на метр, потом на два…

Дальше воронка оказалась слишком узкой и, захватив меня, вертела как волчок. От стремительного вращения я потерял контроль над окружающим и не заметил, в какой именно момент светозарный водопад вокруг меня разомкнулся…

Я стоял на пороге пещеры, ослепленный бешеным сверканием светопада, мои глаза ничего не видели в ее полумраке. Сзади, за моей спиной, продолжали мелькать сумасшедшие сполохи сгустившегося света да на пол с одежды скатывались тяжелые странные капли, похожие на раскаленную добела ртуть.

Наконец глаза освоились с новой обстановкой, и я увидел исчезающие в чернильной тьме своды гигантской пещеры. Даже в том ярчайшем свете, который шел от входа, не видно было ее конца.

Неожиданно я почувствовал на себе осмысленный взгляд, идущий из темных подземных глубин. Гораздо ближе источника этого леденящего взгляда нечто плоское и огромное, смутно похожее на перевернутое человеческое лицо, взирало на меня с потолка пещеры.

— Кто посмел? — сонно спросила морда, придвигаясь ближе на своих маленьких цепких ножках, растущих из подбородка этого кошмарного существа. Его тело полностью скрывали огромные круглые уши, поросшие зеленоватой шерстью.

Ничего не было видно, кроме этих ушей и самой морды. Вспомнив нашу предыдущую встречу, я невольно попятился.

Неожиданно морда оказалась совсем рядом. Сейчас я видел в ее облике детали, не замеченные раньше, например, этот зеленоватый мех, когти на лапах. В первый раз там было нечто, похожее на копыта. Я знал, что внешность слухачей непостоянна, и теперь получил этому наглядное подтверждение.

— Я спрашиваю, кто дерзнул войти в предверие? — Голос, казалось, шел не от слухача, а откуда-то из глубины пещеры.

— Ну я, я дерзнул. Не узнаешь, что ли?!

В ответ из пещеры потянуло замогильным промозглым холодом. Морда как-то нехорошо, слишком радостно ухмыльнулась.

— Ах, это ты… Проходи, проходи. Явился, значит, не запылился. Мы уж заждались.

Несколько глаз замерцали в темноте. Слухач, оказывается, был не один. Я лихорадочно ощупывал пояс, на котором в ножнах болтался тяжелый неуклюжий меч, словно это оружие могло помочь против слухачей.

Опомнившись, я потянулся своей мыслью к кольцу, привычно вызывая его смертоносную силу, — и ничего не почувствовал, никакого ответного толчка, будто его и не было вовсе.

— Здесь тебе кольцо не поможет, долгожданный ты мой. Говорил я, расплаты не миновать. Теперь вот вкусишь.

Рожа слухача дохнула на меня отвратительным перегаром, улыбаясь и плотоядно облизываясь. Его сородичи, до сих пор державшиеся в отдалении, неожиданно поднялись в воздух. Для своего неровного, прыгающего полета они использовали уши… Очевидно, малая сила тяжести в пещере позволяла столь необычный способ передвижения.

Поняв, что я беззащитен, летающие морды собрались полукольцом и, порхая, словно гигантские бабочки, подбирались все ближе. Выхватив наконец из ножен меч, я рубанул по самой настырной морде. Меч, со свистом разрубив воздух, ударился о скалу, не встретив никакого сопротивления. Передо мной находилось нечто не материальное.

Слишком поздно вспомнил я о том, что с фантомами можно бороться лишь заклинаниями и молитвой. Я не успел даже сосредоточиться. Из трещин и щелей посыпались вызванные залихватским свистом предводителя этой шайки огромные бронированные крейги. Они бежали ко мне на задних лапах, выставив вперед свои страшные жвала, следом спешили извивающиеся сороконожки с ядовитыми челюстями, плоские, похожие на клопов, мокрицы величиной с собаку и какие-то, еще более мерзкие твари, неразличимые в полумраке.

Я ударил раз, другой, но лезвие не смогло пробить хитиновые панцири крейгов. Я терял драгоценные, еще остававшиеся у меня секунды на бессмысленную физическую борьбу.

Чудовищная сила этих созданий намного превосходила мою. Меч, в последний раз встретившись с хитиновой броней, жалобно зазвенел и отлетел в сторону.

— Ну давай, давай! — заорал старший слухач, выделывая в воздухе нечто совершенно непристойное. — Двинь ему по сусалам и хватай, хватай за ребра!

Вскоре меня скрутили. Руки заломили назад и грубо поволокли в глубь пещеры, рожи вились вокруг, аплодируя крейгам ушами, гримасничая и хихикая.

Через несколько минут мы оказались в громадном подземном зале, освещенном пламенем чудовищного костра, пылающего в центре.

Странен был его огонь. Красноватое пламя вздымалось ввысь между гигантскими каменными поленьями совершенно бесшумно. Где-то под потолком зала огненные языки соединялись в некий символ. Я никак не мог уловить его окончательный смысл. От костра несло ледяным холодом. Пламя не грело, скорее наоборот, оно высасывало из меня последние оставшиеся крохи живого тепла.

Вся свора тварей, улюлюкая и свистя, с довольным видом расположилась вокруг мертвого огня. И тогда из боковой тени на свет выдвинулась страшная фигура одноглазого монстра с корявыми, спускавшимися до земли руками. Его голова почти упиралась в своды пещеры, горы мускулов перекатывались под шершавой обвисшей кожей. Уставившись в огонь, монстр произнес два слова на древнем языке.

Твари вокруг затихли, зато засвистел и завыл огонь, словно в костер подбросили хворосту. Подвижные части пламени обретали очевидную форму, отливаясь постепенно в гигантское лицо размером с небоскреб. Появился подбородок, черные провалы глазниц вспыхнули дьявольским синим огнем. И тогда я узнал его…

— Где предатель?! — словно гром прогрохотал под сводами пещеры. Обломки мелких камней рассекали мне кожу, причиняя дополнительную боль. Жвалы жуков глубоко врезались в тело. Я не мог пошевелиться.

Монстр, стоящий рядам со мной, откликнулся трубным голосом: — Он здесь, лорд Арист. Мы ждем ваших приказаний.

Глаза пламенного чудовища опустились, стараясь нащупать мой взгляд. Я знал, что смотреть нельзя, но ничего не мог в собой поделать.

— И это ничтожество посмело пренебречь моим доверием?

— Я никогда не принадлежал тебе! — крикнул я в раскаленную морду.

Казалось, мой крик утонул в хохоте пламени.

Когда грохот стих, из костра донесся гневный голос: — Ты мог стать императором королей. Ты мог управлять звездной империей. Все богатства, вся власть могли принадлежать тебе. От тебя требовалась самая малость — не нарушать запрета, не преступать Темной зоны, но ты не сделал этого. Ты посмел нарушить все законы, направив мой дар против моих же слуг. Признаешь ли ты себя виновным в этих преступлениях?

— Я не просил этого проклятого дара! Я ничем тебе не обязан! Я никогда не был твоим слугой!

— Это ложь. Вспомни два договора, подписанных тобой.

— Первый подписал глупый, мало знающий юноша, мечтающий о дальних странах. Сегодня ты судишь не его. Второй договор вы вырвали у меня обманом, во время наркотического опьянения. Вы отняли у меня надежду, любовь, веру. Нет, я не признаю себя виновным.

— Пусть будет так. Это лишь усугубляет вину. Твоя судьба станет достойным примером для других предателей.

— Ты не имеешь права судить меня! Ты даже не знаешь, что такое справедливость!

— Зато я знаю, как надо наказывать врагов. — Он помолчал, словно собираясь с мыслями. В зале стояла абсолютная тишина. Даже пламя перестало потрескивать. И вновь под сводами зала разнесся голос, похожий на гром: — Марок! Я отдаю его вам.

Костер вспыхнул на несколько мгновений нестерпимым блеском, замораживая дыхание и остатки жизни в моем теле. Почти сразу же огонь погас, и благословенная темнота обрушилась на меня, притупляя боль, но лишь для того, чтобы принести новую, еще более страшную.

Очнулся я в огромной пыточной камере. Я висел на деревянной перекладине, прикрученный к ней прочными сыромятными ремнями. Ноги были притянуты к двум большим валунам. Я не мог шевельнуться.

Мешковатая громадная фигура моего одноглазого палача двигалась около горна. Он то раздувал меха, время от времени подсовывая в огонь какие-то инструменты, то, насвистывая залихватскую мелодию, пил из жбана. На секунду я почувствовал сильную жажду, но боль в вывернутых суставах заглушила ее.

Высоко надо мной на жерди висела плоская перевернутая рожа слухача. Он то и дело нетерпеливо переступал с лапы на лапу, демонстрируя полное презрение к законам земного притяжения.

— Чего ты тянешь, Марок? Пора начинать!

— Не учи меня, Болта! Я сам знаю, что нужно делать. Видишь, оно еще не готово.

— А по мне так в самый раз. Светится уже.

— Светится, светится! С кого спрашивать будут, если что не так? Сказано тебе — случай особой важности.

Они разговаривали друг с другом так, словно меня здесь не было, словно я стал неодушевленным предметом. На секунду гнев помог справиться с болью, мне даже показалось, что я вновь начинаю обретать контроль над своим сознанием, но в этот момент внимание отвлекли действия Марока.

Он пошевелил угли и передвинул на их середину раскаленный докрасна овальный предмет. Потом окунул палец в жбан и на мгновение прикоснулся к его поверхности.

Раздалось шипение.

— Пожалуй, что и готово. Попробовать, что ли?

— Начинай, начинай! Нечего тянуть кота за хвост!

Сняв со стены огромную металлическую ложку, Марок подцепил ею круглый раскаленный предмет и плеснул на него из плетеной бутыли маслянистую темную жидкость. Удушливый запах заполнил камеру. Поверхность предмета начала трескаться, и расширенными от ужаса глазами я увидел, что внутри что-то шевелится, что-то живое.

Шевелящийся и все еще светящийся от жара предмет медленно приближался к моему беззащитному обнаженному телу.

И затем наступила боль. Боль, какой я не испытывал никогда в жизни.

Мне казалось, должен был быть какой-то предел, болевой порог, за которым наступает забвение, но его не было. Я чувствовал, как плавятся мои кости, как сжираются мои внутренности.

Я попытался разлепить глаза и ничего не увидел. Наверное, их давно выжгли.

Я находился внутри беспредельного кокона боли. Он окутывал каждую жилочку моего тела, каждый отдельный орган. И это продолжалось тысячу лет. Тысячу лет рвущегося из меня несмолкаемого дикого вопля.

Какое-то огромное существо ползало внутри, постепенно выедая все, что попадалось на его пути. Я превратился в пустую скорлупу, наполненную болью. Не было тела, не было времени, не осталось ничего, кроме боли. Возможно, иногда сознание отключалось — я этого не ощущал, потому что, по его возвращении, меня ожидала новая волна боли.

 Глава 15

Очнувшись в очередной раз, я вновь попытался открыть глаза. Полный мрак или слепота? Хотел поднять руку, чтобы ощупать лицо, и не ощутил ни веревок, ни самой руки. Я неподвижно лежал на жесткой поверхности, спеленатый как младенец, и не мог даже повернуться.

Что они со мной сделали? Я не чувствовал больше своего тела. Мое сознание находилось в чем-то совершенно чужеродном. У этого длинного предмета не было ни рук, ни ног, ни глаз, — ничего привычного. Искалеченный обрубок?.. Тогда почему я до сих пор жив? И почему я не чувствую боли?!
« Последнее редактирование: 22 Января 2018, 23:09:07 от Oleg » Записан
Oleg
Модератор своей темы
Ветеран
*
Сообщений: 3143



Просмотр профиля
« Ответ #199 : 23 Января 2018, 00:15:02 »

Махаршисты про марьиванну "расширяющую сознание" были совсем другого мнения нежели махаришевцы

Цитата:
http://nwalkr.tk/b/378829/read
- Воспоминания о Рамане Махарши. Встречи, приводящие к трансформации (пер. Виолетта В. Ремизова) 2630K - Дэвид Годман

Однажды, когда я был в ашраме, Шри Бхагаван заговорил о тех, кто практикует йогу и при этом употребляет наркотики.

«Да, я признаю, что наркотики в некоторой степени оказывают благотворное действие.

Есть наркотик, от которого все тело тает и становится текучим, как океан молока. Один человек рассказал мне, что, когда перед операцией ему дали хлороформ, он пережил нектарное блаженство и очень хотел снова оказаться в этом состоянии. Китайцы похожи на скелеты, но когда принимают опиум, они чувствуют себя великанами и могут очень долго и тяжело трудиться.

Однако эти наркотики необходимо принимать в ограниченных количествах и тайком. Иначе все будут требовать их.

Более того, через некоторое время привычка к наркотику превратится в крепчайшие оковы и станет препятствием для джняны.

Человек, пристрастившийся к наркотику, не устоит ни перед каким преступлением, чтобы удовлетворить свою тягу. Поэтому лучше всего оставаться без желаний. Увидев действие всех этих наркотиков, я решил, что Быть как мы есть – это наилучшее. Стремиться к познанию собственной истинной природы путем вопрошания себя – хоть и довольно сложно, но это единственный безопасный путь».

Цитата:
http://nwalkr.tk/b/243631/read
- Будь тем, кто ты есть! 1244K скачать: (fb2) - (epub) - (mobi) - Рамана Махарши

И: Сиддхи, упомянутые в сутрах Патанджали, действительно существуют или это только его греза?
М: Тот, кто является Брахманом, или Атманом, не дорожит сиддхами. Патанджали сам говорит[44], что это всего лишь работа ума и что они препятствуют Само–реализации.
И: А силы так называемого «сверхчеловека»?
М: Высокие силы или низкие, ум или сверх–ум – все они существуют только относительно имеющего эту способность. Найдите, кто это.
И: На духовном пути следует достигать сиддх или же они враждебны мукти [Освобождению]?
М: Высочайшие сиддхи – это осознание Атмана, ибо сразу после осознания Истины вас уже не тянет к пути неведения.

И: Тогда в чем же польза сиддх?
М: Существует два вида сиддх, первый из которых может оказаться хорошим камнем преткновения в Само–реализации. Говорят, что с помощью мантры, некоторых наркотиков, обладающих оккультными свойствами, сурового аскетизма или самадхи определенного рода эти силы могут быть достигнуты. Но они не являются средством Самопознания, ибо даже когда вы обретете их, можете великолепно пребывать в неведении.

И: А другой вид?
М: Это способность проявления силы и знания, совершенно естественного для вас после осознания Атмана. Это сиддхи, выступающие как результат нормального и естественного тапаса [духовной практики] человека, постигшего Себя. Они приходят самопроизвольно

Цитата:
http://www.koob.ru/godman/svet_arunachali_besedi_s_ramanoi_maharshi_i_annamalaem_svami
Дэвид Годман
Свет Аруначалы. Беседы с Раманой Махарши и Аннамалаем Свами

Вопрос:  Каким образом можно увидеть Бога?  
Бхагаван:  Где увидеть Бога? Для начала, можете ли вы увидеть себя? Если можете увидеть себя, вы можете увидеть Бога. Может кто-нибудь увидеть свои собственные глаза? Поскольку их невозможно увидеть, можно ли сказать: «У меня нет глаз»? Точно так же, несмотря на то что это видение присутствует всегда, мы не можем видеть Бога. Отказ от мысли, что мы чужды Богу, и есть видение Бога. Самое удивительное в этом мире – это мысль: «Я отличен от Бога». Нет ничего удивительней этого.
В «Чхандогья упанишаде»  есть объясняющая это история. Человеку, который крепко спал у себя дома, начал сниться сон. Во сне кто-то подошел к нему и дал понюхать какой-то наркотик, а потом, завязав глаза и связав руки, оставил его посреди леса и скрылся. Не зная пути домой, он долго бродил в лесу среди камней и колючек. Под конец он заплакал.
Дэва  (духовная сущность) явился ему и спросил: «Почему ты плачешь? Кто ты? Зачем ты пришел сюда?» Человек с завязанными глазами подробно объяснил, как его зовут, из какой он деревни и т. д. Потом он сказал: «Кто-то подошел ко мне, одурманил наркотиком, завязал глаза, связал руки, оставил посреди леса и скрылся».
Дэва  освободил его от пут, показал дорогу и сказал: «Если пойдешь этой дорогой, ты дойдешь до деревни».
Человек последовал указаниям, добрался до деревни и вошел в свой дом. В этот момент он очнулся от сна. Он посмотрел на дверь и обнаружил, что она заперта изнутри. Он понял, что всю ночь провел, лежа на своей кровати, и что он никогда не был в лесу и не возвращался оттуда. Он понял, что причиной всех его страданий была авичара буддхи  (отсутствие исследования, способного распознать).
Идея, что мы отделены от Бога, и идея о том, что нам нужно выполнить некую трудоемкую садхану  чтобы Его достичь, столь же ложны, как мысли того человека во сне. В то время как он с комфортом лежал у себя на кровати, его воображение привело его к убеждению, что он испытывает страдания в лесу и что ему нужно предпринять великие усилия, чтобы снова попасть к себе в постель. Бога достигают и остаются в состоянии Самости, когда останавливается мысль о желании достичь.
...
Вопрос:  Я знаю, что покой в конце концов придет, но пока что мне нужно прилагать огромные усилия, чтобы ощутить хотя бы небольшой привкус этого.  
Аннамалай:  Рамакришна Парамахамса однажды рассказал историю о джняни,  который долго выполнял тапас  в джунглях. В один прекрасный день он вышел из джунглей и встретил бедняка, который нес вязанку дров. Этот дровосек почувствовал, что джняни  излучает покой и блаженство.
«Свами, – обратился он, – ты кажешься таким счастливым. На твоем лице нет даже следа тревоги. Нет сомнения, что ты – человек великий. Пожалуйста, укажи мне какой-нибудь способ, чтобы я смог разбогатеть. Я такой бедный. Заготавливаю дрова, продаю их в городе – и мне едва хватает на жизнь. Поскольку для того чтобы выжить, мне приходится выбиваться из сил, я часто бываю удручен и разочарован в жизни».
Джняни  спросил его: «Где ты рубишь дрова?» И человек ответил: «Сразу на краю леса».
Джняни  сказал ему: «Завтра зайди поглубже в лес, там ты кое-что найдешь».
На следующий день дровосек зашел в джунгли глубже, чем обычно, и обнаружил несколько сандаловых деревьев. Он срубил те деревья, продал их на рынке и заработал много денег. Но он не был удовлетворен этими деньгами, снова пошел к джняни  и спросил его, как заработать еще больше.
Джняни  повторил свой прежний совет: «Иди глубже в джунгли».
На следующий день дровосек пошел еще глубже в джунгли и нашел много медных сосудов, которые кто-то там бросил. Он подумал про себя: «Чем дальше я захожу в этот лес, тем больше богатств я нахожу. Брошу-ка я эту медь и зайду еще глубже». В самой середине леса он нашел золото и стал богачом.
Я вам рассказываю эту историю, чтобы показать, что когда у нас есть желание уйти от всего того беспокойства, которое нам доставляет отождествление с телом, мы можем пойти внутрь, в направлении Я. Вместо того чтобы выбиваться из сил и страдать в зоне ума, которая есть внешний край сознания, нам есть смысл направиться к Я, центру нашего существа. Когда мы начинаем двигаться вовнутрь, мы испытываем покой и блаженство Я – сначала в очень разбавленном виде. Чем глубже мы идем, тем сильнее становится переживание. В конце концов наступит время, когда мы вообще не захотим это переживание оставлять. Вместо этого будет постоянное стремление идти глубже и глубже в Я. Когда вы потеряете все желания и привязанности, вам откроется чистое золото Я. В том состоянии вы не отличны от Шивы.
Ты говоришь, тебе приходится совершать огромные усилия, чтобы испытать хотя бы легкий покой. Не беспокойся об этом. Твои усилия рано или поздно будут вознаграждены. Если ты упорно этого добиваешься, покой и блаженство однажды придут неожиданно. Если ты откажешься от своей привязанности к любым мыслям, кроме мысли о Я, ты обнаружишь, что тебя автоматически втягивает в покой Я. Если ты практикуешь интенсивно и правильно, то обнаружишь, что переживание покоя сродни наркотику. Когда это произойдет, ты потеряешь интерес ко всему, кроме Я.
Записан
Oleg
Модератор своей темы
Ветеран
*
Сообщений: 3143



Просмотр профиля
« Ответ #200 : 23 Января 2018, 00:15:17 »

add

Цитата:
http://nwalkr.tk/b/403244/read
- Ничто никогда не случалось. Жизнь и учение Пападжи (Пунджи). Книга 2 (пер. Виолетта В. Ремизова) 2364K - Дэвид Годман

Я снова возвращаюсь к деятельности Пападжи в Ришикеше в конце 1960-х гг.
Когда Пападжи после ухода на пенсию обосновался в Ришикеше, это был тихий городок с консервативными порядками, но очень сильно изменился в течение первых двух лет после того, как он поселился там.

В конце 1960-х Ришикеш наводнила целая толпа людей с Запада, по большей части молодежи. Они выглядели как садху, а некоторые из них и вели себя как садху. Ходили с длинными волосами и бородами, носили тилаки и четки из рудракши, и даже проводили время в медитациях на берегах Ганги. Профессор Тимоти Лири, который в 1960-х гг. популяризировал ЛСД, посетил Ришикеш и объявил его «раем на земле». Его слова распространились на Западе, и вскоре город наводнила толпа хиппи, которые принимали ЛСД и курили гашиш. В течение года иностранцев в некоторых ашрамах стало больше, чем индусов.

Все это время я проводил большую часть времени, сидя на берегу Ганги. Некоторые из этих людей подходили ко мне и рассказывали, какая замечательная вещь ЛСД. Некоторые их опыты были весьма впечатляющими. Один молодой человек, который принял ЛСД перед тем, как прийти ко мне, описывал свой опыт под действием наркотика. Хотя он не обладал духовными познаниями, некоторые вещи из тех, что он рассказывал, были словно бы взяты прямо из Упанишад. Другие люди рассказывали мне, что во время психоделических сеансов они входили в такое состояние, в котором внезапно обнаруживали, что обладают знанием всех мировых священных писаний.
Я однажды спросил: «Что происходит, когда действие наркотика заканчивается?»

«Оно кончается через шесть часов после того, как мы приняли таблетку, и тогда мы принимаем еще одну дозу».
Я сказал им, что счастье не должно зависеть от мимолетных состояний или от химических веществ, которые имеют временный эффект. Я объяснил им, что есть счастье, которое может быть постоянным и не зависеть ни от какой внешней причины.

«Если вы найдете это счастье, – сказал я, – вам не нужно будет принимать еще одну таблетку, чтобы оно продолжилось или вернулось. Оно будет с вами всегда».
Лишь немногие из них заинтересовались тем, что я им говорил.
Некоторые из этих хиппи жили в огромной пещере в нескольких милях от города. Это было к северу от Ришикеша по дороге на Васиштха Гуху. Я приехал к ним в 1969 г. Около двадцати человек жили там со стариком-иностранцем, который, как они сказали, был их гуру. Он носил нечто вроде сутаны и выглядел как монах. Он учил их, как нужно медитировать и как достичь просветления, и его инструкции включали в себя регулярный прием больших доз ЛСД.

Когда хиппи только наводнили город, никто еще не знал, что такое ЛСД. На самом деле это был малоизвестный наркотик, еще даже не было запрещено принимать или хранить его. Когда правительство Индии в конце концов издало закон, запрещающий его хранение и использование, хиппи доставали его через своих друзей, которые жили за границей. Эти друзья пропитывали свои письма жидкой кислотой, и когда приходила почта, хиппи съедали эти письма, чтобы получить свою дозу.
Я заметил, что ЛСД подавляет аппетит. Хиппи в этой пещере могли по многу дней обходиться без еды, пока они постоянно принимали ЛСД. Кто-нибудь из них ходил в Лакшман Джхулу и возвращался с огромным чайником чая. Этого им хватало на целый день. Они часами сидели, пытаясь медитировать под действием наркотика. Их учитель иногда вмешивался и давал им инструкции, что им следует делать. Они пытались уговорить меня «разочек» принять ЛСД, но я отказался. Я с интересом слушал их рассказы об их психоделических опытах, но мне не нужны были таблетки, чтобы почувствовать себя счастливым.

Я разговаривал с несколькими молодыми ребятами, которые там жили, о том, что происходит, когда они принимают наркотик. Некоторые из них с уверенностью рассказывали о мистических состояниях, в которых они оказывались. Их рассказы были очень впечатляющими. Я не мог отрицать их опыт, но я отрицал средства, которыми они пользовались, чтобы достичь этих состояний. Их «гуру» учил их, что ЛСД – это короткий путь к просветлению. Я не верю в это. ЛСД может дать интересные временные эффекты, но ничто временное не может быть просветлением.

Вначале большинство ашрамов в Ришикеше принимало этих новых посетителей. Они выглядели как садху, и многие из них по-настоящему интересовались медитацией и просветлением. Проблема была в том, что они не знали, как правильно себя вести. Они устраивали шум в своих комнатах и мешали соседям. Они спали вместе обнаженными в тех местах, в которых их могли увидеть; девушки купались обнаженными в Ганге, и многие из них не были вегетарианцами. Ришикеш и Харидвар – это священные города для индусов. В муниципальных пределах этих двух городов запрещено продавать или употреблять мясо и пить спиртное. Новые посетители не уважали эти правила, как и любые правила вообще. Многие из них привозили с собой из-за границы мясо и мясные консервы, а затем мусорили на улицах пустыми упаковками и консервными банками. Когда местные жители прочитали этикетки и узнали, что едят эти иностранцы, поднялась волна протеста против них. Многие ашрамы закрыли перед ними свои двери, потому что эти люди не уважали традиционный саттвический стиль жизни садху.

Некоторые хиппи оказались истинными искателями истины. Они прекратили свое вызывающее поведение, перестали употреблять наркотики и влились в общины некоторых крупных ашрамов. Я видел нескольких хиппи, которые очень хорошо прижились в ашрамах Шивананды, Вед Никетан и Гиты, но эти люди были исключениями.
Нашествие хиппи приобрело еще большие размеры, когда к Махариши Махеш Йоги начали съезжаться западные знаменитости, такие как «Битлз» или голливудские кинозвезды. Поскольку эти новоприбывшие тоже не умели себя вести, приходилось часто вызывать полицию. Слишком большие толпы пришельцев нарушали покой жителей, а также местные законы. Строгие меры, предпринятые полицией, вызвали массовый исход хиппи. Те из них, кто хотел заниматься медитацией, либо уходили в горы, чтобы жить сами по себе, либо отправлялись в другие ашрамы Индии. Одни уходили в Ганешпури, чтобы остаться со свами Муктанандой, другие шли к Монгхиру в Бихар, в ашрам свами Сатьянанды. Другие оставались с Ним Кароли Бабой во Вриндаване или с Махариши Махеш Йоги. Человек, который помогал Тимоти Лири популяризировать ЛСД, Ричард Алперт, остался с Ним Кароли Бабой, и он дал ему имя Рам Дасс.

Я встретился с Рам Дассом в 1990 г., когда он пришел на один из моих сатсангов в Лакнау Я поговорил с ним об ЛСД и оказалось, что он все еще считает ЛСД чем-то хорошим.
Сначала я сказал ему: «Я слышал, что ЛСД можно принять только три раза и только под руководством опытного человека, иначе можно сойти с ума».
Рам Дасс ответил: «В таком случае я уже давно должен был лишиться рассудка, потому что я принял его более трехсот раз. Это мне нисколько не повредило, и я до сих пор считаю, что это может способствовать просветлению».

«Я не думаю, что это так, – ответил я. – Я видел многих людей, которые принимали этот наркотик, и сотни других говорили мне, что они его пробовали. И никто из них не пришел с его помощью к просветлению».
В другой раз ко мне подошел один из учеников Рам Дасса и спросил, можно ли ему будет принять ЛСД во время моего сатсанга. Это был молодой человек из ЛосАнджелеса.
«Сатсанг сильнее повлияет на меня, если я приму ЛСД, – сказал он. – Во все предыдущие разы я так и делал».

Я ответил ему, что он может делать все, что захочет. «Сиди в этом углу, – сказал я, – и никому не говори, что ты делаешь. Посмотрим, что из этого выйдет».
В течение всего сатсанга он просидел с закрытыми глазами. Мы пытались разбудить его к ланчу, но никто не смог его поднять. Он, казалось, находился в полубессознательном состоянии.
Когда мы все съели и вымыли посуду, Гопал, один из парней, которые работали в моем доме, подошел к нему и сказал: «Тебе пора уходить. Мне надо выйти купить овощей для ужина. Я запру дверь на ключ, поэтому тебе надо уходить».
Молодой человек был очень расстроен. «Как вы можете говорить об овощах в такой момент? Я почти добился просветления. Мне надо еще несколько минут. Оставьте меня одного и дайте мне просветлиться».

Я дал ему посидеть еще некоторое время, но прошло полчаса, а он не выказывал ни малейших признаков просветления. Я попросил одного из своих учеников погрузить его на рикшу и отвезти обратно в город, в отель Карлтон, где он остановился. Он был неадекватен и абсолютно неспособен позаботиться о себе. По дороге туда он падал как мешок на спину рикши. Ученик, который поехал с ним, вынужден был поддерживать его всю дорогу.

Некоторые люди говорили, что они получили очень хороший опыт под воздействием ЛСД. Другие впадали в такие состояния, как этот молодой человек, а иные, казалось, и вовсе сходили с ума. Когда я остановился в ашраме в Ришикеше, я встретил одного юношу, который попал в третью категорию. Его звали Джозеф, он жил в соседней комнате. Мы иногда ходили вместе купаться в Ганге. Он был приятным молодым человеком из Англии, девятнадцати или двадцати лет от роду.
Однажды ночью я услышал за окном громкие крики. Время от времени они напоминали волчий вой. Утром свами, который был во главе этого ашрама, пришел ко мне жаловаться на этого юношу. Очевидно, он провел всю ночь сидя на дереве, крича и воя. Поскольку этот свами не говорил по-английски, он просил меня сказать этому молодому человеку, что ему нельзя больше оставаться в ашраме. Я пошел разыскивать Джозефа, чтобы выяснить, что с ним случилось.

«Я принял ЛСД, – сказал он, – потому что хотел помедитировать. Вскоре после этого я обнаружил, что за окном моей комнаты полно обезьян. Мне показалось, что они ждут удобного случая, чтобы проникнуть в комнату и стащить всю еду. Я подумал: „Надо подготовиться к их приходу“. Я забрался на дерево, где они сидели, и начал имитировать их крики. Я верещал, орал и прыгал на ветках, и даже пробовал на них висеть. Очень скоро я почувствовал себя обезьяной. Я провел всю ночь на дереве, издавая обезьяньи крики, потому что был уверен, что превратился в обезьяну.
Один раз я попытался перепрыгнуть с ветки на ветку, но упал с дерева. Наверное, как раз в тот момент он и услышал мои крики. Все оставшееся время я просто издавал обезьяньи звуки. Я вначале решил сосредоточить внимание на точке между бровями, и оказался полностью поглощенным ею. Но каким-то образом я отвлекся и вместо этого начал концентрироваться на обезьянах».



«Свами очень сердит на тебя, – сказал я. – Он не спал всю ночь из-за твоих криков и теперь хочет вышвырнуть тебя из ашрама. Поскольку прошлой ночью ты не отвечал за свои действия, я попробую помочь тебе остаться здесь. Я расскажу свами одну хорошую историю на хинди, а тебе скажу, как себя вести после этого».
Я пришел к свами и сказал ему: «Этот молодой человек прошлой ночью был в экстазе. Он говорит, что вы великий просветленный, и ваша сила очень сильно поразила его. В этом состоянии он забрался на дерево и начал кричать: „Этот свами такой просветленный, такой мудрый, такой щедрый! Он дал мне комнату в своем великолепном ашраме! Я так счастлив от того, что он рядом, я так счастлив, что он так ко мне относится! Я во всем мире не видел другого такого свами!“ Сегодня утром, когда я пришел к нему, чтобы выяснить, что случилось, он сидел в медитации и произносил ваше имя.

Вы очень ему нравитесь, – продолжил я, – но его огорчает одно: он не может здесь больше оставаться. У него кончились деньги, и ему скоро придется уйти отсюда, потому что он не может позволить себе здесь оставаться – здесь слишком дорого для него».
Эта часть истории была правдой. У молодого человека кончились деньги, и он ждал, когда родители вышлют ему еще.
Свами очень обрадовался, что нашел такого преданного. Он сказал: «Хорошо, он может здесь остаться, если прекратит кричать по ночам. Я ничего с него не возьму. Он может есть вместе со мной».
Я пошел к Джозефу и сообщил ему, что нашел для него бесплатную комнату. «Все, что тебе придется делать, – сказал я, – это падать ниц перед свами каждый раз, когда ты видишь его. Пока ты будешь это делать, у тебя будет бесплатная еда и бесплатная комната».

Мира видела, как Пападжи обращался с некоторыми хиппи в то время. Я попросил ее описать свои впечатления.
Он очень интересовался ими. Большинство из них променяли свои комфортабельные дома на Западе на примитивный быт здесь, в Индии, чтобы открыть новый смысл своей жизни. Это заставляло его интересоваться ими. Поскольку они искали новые направления и новые перспективы, многие из них были открыты для всего, что он им говорил. Они были очень эксцентричны в своем роде, но учитель, похоже, ценил это. Его всегда увлекали люди, в которых была легкая «сумасшедшинка». Он обращался с ними очень мягко, но это не мешало ему подсмеиваться над ними. Мы проводили с ними множество сатсангов, но они никогда не вели себя серьезно. Слишком много странных вещей происходило.

Вначале он никогда не критиковал их за то, что они употребляют наркотики, но через год или два, когда увидел, какой вред это приносит их умам и телам, он часто убеждал их бросить принимать наркотики.

На одном из последних сатсангов в Лакнау Пападжи заметил: «В Харидваре есть один баба, который всю свою жизнь курит ганджу (листья конопли). Вероятно, это идет ему на пользу. Я вижу его каждый год в течение последних 60 лет, и каждый раз я вижу у него во рту трубку для курения марихуаны. У иностранцев, которых я там встречал, похоже, нет такой способности целыми днями курить ганджу без малейшего вреда для здоровья, поэтому я начал убеждать их остановиться».

Цитата:
http://nwalkr.tk/b/403245/read
- Ничто никогда не случалось. Жизнь и учение Пападжи (Пунджи). Книга 1 (пер. Ольга Кучерова) 2521K скачать: (fb2) - (epub) - (mobi) - Дэвид Годман

Дэвид: Некоторым преданным вы сказали, что были знакомы с ними в прошлой жизни. Таких людей много или нет? Ваша с ними связь очевидна? Как они отнеслись к этому?

Пападжи: Иногда в своих видениях или снах я узнаю людей, а также в каких других телах мы встречались. Эти видения могут произойти в любое время. Бывает так, что в моей голове просто возникает информация, что определенный человек, с которым мы были знакомы в другой жизни, скоро придет. Вскоре после этого он оказывается около моих дверей. Войдя в мой дом, он не будет чувствовать себя чужим. Несмотря на то что лицо может быть незнакомым, его внутреннее знание будет говорить, что он – один из моих старых друзей, преданных или компаньонов, пришедший ко мне, чтобы быть снова вместе. Мои посетители иногда говорят, что у них были сны обо мне и что они также чувствовали в свой первый приход присутствие того, кого они знали уже долгое время.
Однажды, когда я возвращался из Харидвара в Лакнау на поезде, ко мне подошел один человек и совершил передо мной простирание. Я никогда раньше не встречал этого мужчину, но у меня создалось впечатление, что он знал, кто я.
«Мы встречались раньше?» – спросил я. «Нет, – был его ответ. – Но я определенно чувствую: вы когда-то были моим учителем, как будто бы я очень хорошо был с вами знаком в прошлой жизни. Чувство настолько явственное, что я не смог удержаться, чтобы не совершить перед вами простирание».
Когда я взглянул на него, мною овладело чувство, что я знал его (затрудняюсь сказать, где и когда), но в другой форме. Он не остался со мной, а сошел с поезда и пошел вдоль платформы. Больше я его не видел.
Если знать, как это делать, можно увидеть прошлые жизни, просто смотря глубоко в глаза другому человеку. Для меня глаза могут рассказать многое. Они своего рода картотека, где хранится информация о человеке. Если открыть картотечный шкафчик, то увидишь сложенные друг за другом файлы. Если необходимо получить какую-либо информацию из одного такого файла, нужно просто его извлечь и прочесть. Таким же образом специалисты считывают информацию по глазам людей. Ты выбираешь необходимый тебе уровень, сосредоточиваешься на нем, и вся информация предстает перед тобой. В одном таком слое содержатся сведения о прошлых жизнях. Если мне действительно необходимо узнать о некоторых прошлых связях, я могу посмотреть этот слой и найти, что ищу, но поступаю я так крайне редко, потому что это сродни чтению писем других людей без их на то разрешения.
Несколько лет назад посреди ночи ко мне пришла девушка и стала рассказывать мне о моих прошлых жизнях. Она была в каком-то истерическом состоянии, но некоторые события она описала очень точно.
Она жила в городском отеле «Карлтон». В то время там останавливались многие приезжающие в Лакнау преданные. Вечером она курила ганджу (сухие листья конопли), поэтому она была в таком странном состоянии. Посреди ночи она почувствовала, что сейчас умрет.
Тогда она начала кричать: «Я умираю! Я умираю! Помогите! Помогите! Я умираю!»
Двое других моих преданных пришли посмотреть, что с ней произошло. Она билась в истерике и продолжала настаивать, что скоро умрет. Ее конечности были очень холодными, поэтому один из них подумал, что стоит прислушаться к ее странному заявлению. Невзирая на то что все это происходило глубокой ночью, эти двое решили привести ее ко мне домой, поскольку не знали, что еще с ней делать. Так как в такой поздний час такси не ездили, они попытались поймать попутную машину. В то время как они пытались остановить машину, она несколько раз чуть не покончила с собой, бросаясь под колеса грузовиков. Каждая ее попытка была пресечена ее спутниками. Наконец-то они нашли того, кто согласился довезти их прямо до моего дома, до которого надо было ехать около трех миль. К дому они подъехали где-то в 11.30 вечера и стали греметь задвижкой на моих воротах.
Шейла, гостившая у меня девушка, вышла посмотреть, кто был во дворе и что им нужно. Она вернулась в дом и сообщила мне, что у ворот стоит истерично плачущая девушка, которая кричит, что умирает. Я вышел посмотреть, что могу сделать для нее. Пригласил пройти в дом и постарался успокоить ее, но еще долго она продолжала кричать и плакать. Временами она грубо бранилась, но иногда она говорила чрезвычайно интересные вещи. В порыве волнения девушка рассказала мне о моих прошлых жизнях, и вся информация была достоверна. Ей замечательно удалось описать мою прошлую жизнь, когда я был бхактой Кришны и йогом. Иногда она начинала плакать и говорить о своих собственных прошлых жизнях. Казалось, некоторые из них она сама впервые видела.
Рядом со мной находился немецкий мальчик по имени Патрик. Она рассказала и о его прошлых жизнях. Эта информация также была достоверной. Выкуренная ею ганджа, вероятно, стерла какие-то ограничения ее мозга, и на протяжении двух или трех часов ей раскрывалась та информация, которая обычно была глубоко запрятана. После того как действие наркотика подошло к концу, я нашел для них повозку и отправил обратно в отель.
После этого происшествия она не появлялась несколько дней. Я думал, она смущалась из-за того случая. Когда же она пришла, я поприветствовал ее и дал ей имя «Паравани», что значит «высшая речь».

Просматривая старые тетради Пападжи, я обнаружил, что он заставил ее написать несколько слов о том, что она тогда испытывала. Вот что она написала:
2 сентября 1991 г.
Я притворялась, что хочу стать свободной. Желание присутствовало всегда, оно сопровождало меня во всех прошлых жизнях. Хорошенького понемножку. Я не знаю, как я очутилась здесь. Вечером я стояла перед зеркалом. Я увидела свое тело отдельно от СЕБЯ. Мое тело проживало другие жизни. Я увидела их и заплакала. Затем я заснула и почувствовала, что тело очень ослабло. Оно стало немощным, но привязанности к телу НЕ БЫЛО. НЕ БЫЛО ума. НЕ БЫЛО эго. Я лишь видела, что есть. Это ЕСТЬ.
Все совершенно и прекрасно.
Я благодарна вам за это, Пападжи.
Паравани
В предыдущей главе я мельком упомянул о том случае, когда Пападжи испытал переживание кундалини. Теперь наступил подходящий момент, чтобы представить вам всю историю, так как именно она привела его к человеку, который рассказал ему о его последней жизни.

Я читал книгу Джона Вудрофа «Змеиная сила» в Чикмагалуре. У одного моего работника была копия данной книги, но он не мог понять некоторые моменты. Чтобы разъяснить ему трудные места, мне нужно было сначала самому прочитать ее. В процессе чтения я ощутил, как будто у основания позвоночника, где расположена чакра муладхара (в переводе с санскрита обозначает «корень»), шевелится змея. Я практически слышал ее шипение в этой области. Затем почувствовал, как по позвоночнику стала подниматься энергия, проходя сквозь все чакры. Энергия поднималась все выше и выше, через свадхистхану, манипуру, анахату, вишуддхи и аджну, достигнув чакры сахасрары, которая расположена на верху головы. Когда энергия дошла до сахасрары, я почувствовал необычайную легкость в теле. Мне показалось, что ноги не касаются земли. Это чувство оторванности от земли длилось некоторое время.
Записан
bykovsky
Ветеран
*****
Сообщений: 1140


Просмотр профиля
« Ответ #201 : 25 Февраля 2018, 08:34:16 »

Физики из МТИ открыли новую форму света

Если вы включите два фонарика и скрестите их лучи, ничего особенного не произойдет. Причина в том, что фотоны не взаимодействуют между собой. Однако что, если бы это было не так, и частицы света могли притягивать и отталкивать друг друга подобно обычным атомам? Возможно, в таком случае лучи света, встречаясь, усиливали бы друг друга и сливались в единый светящийся поток.
Это кажется пустыми фантазиями, осуществление которых невозможно при существующих законах физики. Однако ученые из Массачусетского технологического института заставили фотоны взаимодействовать. В их эксперименте, о котором рассказывает Science Daily, три световые частицы слипались, формируя совершенно новый вид света.
Первые успешные эксперименты прошли еще в 2013 году, когда впервые было зафиксировано взаимодействие пары фотонов. В новой работе ученые заинтересовались, возможно ли связать три и более световые частицы. Для этого они пропустили очень слабый лазерный луч сквозь плотное облако ультрахолодных атомов рубидия. На выходе фотоны оказались объединены в пары и триплеты. В отличие от свободных фотонов, которые не имеют массы и движутся с скоростью 300 000 км/c, эти структуры приобрели массу доли электрона и замедлились примерно в 100 000 раз.
Для объяснения феномена была разработана специальная физическая модель. По мнению авторов, путешествуя сквозь плотное рубидиевое облако, немногочисленные фотоны перескакивают с одного атома на другой. При этом они становятся так называемыми поляритонами — наполовину фотонами, наполовину атомами. Поляритоны способны взаимодействовать, соединяясь через свои атомные составляющие. На выходе из облака поляритоны вновь превращаются в фотоны, но сохраняют связь. Можно сказать, что фотоны «запоминают» произошедшее с ними внутри облака.
Связанные фотоны можно рассматривать в качестве запутанных, что позволяет использовать их для связи, например, в оптоволокнах. Это открывает новые возможности для распространения информации и квантовых вычислений. Команда надеется, что сможет обнаружить и другие интересные взаимодействия фотонов — например, отталкивание или даже образование правильных узоров или кристаллов.

https://hightech.fm/2018/02/16/light-form?utm_referrer=https%3A%2F%2Fzen.yandex.com
https://hightech.fm/2018/02/16/light-form
http://www.astronomy.ru/forum/index.php?topic=23782.8740
ИМХО
Иначе, открыто новое свойство света – образовывать структуры, возможно, это начало в длинном перечне новых свойств и списке приборов использующих данные свойства. В смысле, рубидий, придал фотонам или создал одни свойства, осмий или нечто иное – совсем другие, с иными возможностями. Например, опыт Лебедева в контексте новых свойств, вполне может быть положительным. То есть, свет передаст часть импульса, но и часть энергии.
Что еще раз говорит в пользу возвращения к опыту Лебедева на новой базе, с глубоким вакуумом и в разреженной атмосфере паров рубидия или еще чего неизвестного.
Поскольку при буквальном изложении опыта Лебедева, имеет место изобретение Вечного двигателя, но без указания «добротности», тогда как в реальности, возможно, отраженные фотоны, вовсе не тождественны падающим.
«Исследователи из Мичиганского университета (США) открыли неожиданное свойство света, на основе которого могут появиться «оптические батареи» — солнечные элементы без полупроводников.
«Вы можете весь день заниматься уравнениями движения, но так и не заметить эту возможность, — говорит ведущий автор исследования Стивен Рэнд. — Нас всех так учили. Это очень странное взаимодействие. Именно поэтому физики до сих пор не могли его увидеть».
http://sfiz.ru/news/fopen/
Излучение обладает электрической и магнитной составляющими. Считалось, что воздействие магнитного поля излучения настолько слабо, что им можно пренебречь. Г-н Рэнд и его коллеги обнаружили, что при должной интенсивности, когда свет проходит через материал, не проводящий электричество, световое поле способно создавать магнитное воздействие, которое в 100 млн раз сильнее, чем предсказывалось ранее. В этих условиях магнитное воздействие по своей силе эквивалентно электрическому.
«В нынешних фотогальванических элементах свет проникает в материал, поглощается и производит тепло, — рассказывает г-н Рэнд. — Здесь мы ожидаем получить очень низкую тепловую нагрузку. Энергия запасается в магнитном моменте, а не в поглощаемом свете. Интенсивную магнетизацию можно вызвать интенсивным излучением, после чего она становится чрезвычайно вместительным источником энергии».
«Для производства современных солнечных ячеек требуется особая обработка полупроводниковых материалов, — говорит г-н Фишер. — А нам нужны всего лишь линзы для фокусировки света и волокно для его направления. Стекло подходит и для того и для другого. Оно уже производится в огромных объёмах и не требует сложной обработки. Прозрачная керамика может оказаться ещё лучше».
Источник: science.compulenta.ru
http://sfiz.ru/news/fopen/otkryto_neozhidannoe_svo


Демонстрация Радиометрического опыта, при иллюстрации «давления света» и этим как бы повтора опыта Лебедева на старинной базе вертушки Крукса и использованием современного лазера.... вот.
https://youtu.be/OKWVYe1LWIc?t=21
https://www.youtube.com/watch?v=OKWVYe1LWIc
А, дело в том, что если все делать как в опыте Лебедева – движение или вращение «крылышек» отсутствует. То есть при достаточно глубоком вакууме, давление света наблюдал только Лебедев!
Что в связи с приведенными выше, новейшими открытиями свойств фотонов изумляет.
Причем изумление растет, еще в связи с недавним пролетом транзитом, первого межзвездного астероида 1I/Оумуамуа.
Казалось три зайца сами идут в руки, Мильнер может получить колоссальные дивиденды не сильно входя в расходы и получив все то что хотел, разогнав Наноспутник до 20%С, поскольку 1I/Оумуамуа  летит гораздо медленнее и достаточно всего каких-то – 100км/с, что бы догнать и исследовать со всех сторон.
Так сказать эконом класс для исследований возможных инопланетян, которые сами к нам прилетели.
«Оумуамуа летит очень быстро — быстрее любого земного космического аппарата. Однако Андреас Хейн (Andreas M. Hein) и его коллеги считают, что догнать объект все же реально. Если запустить вдогонку аппарат, подобный тому, который создают ученые, работающие в рамках проекта Breakthrough Starshot - все те же Юрий Мильнер и Стивен Хокинг. А создают они миниатюрный космический парусник, который полетит к Альфе Центавра движимый лазерными лучами. Полетит гораздо быстрее Оумуамуа.
Хейн и его соратники в проекте «Лира» полагают: зонд « а ля Мильнер и Хокинг» догонит Оумуамуа менее чем за 30 лет. А если разгонится до 76 километров в секунду, то ему и 5 лет хватит.»
https://www.kp.ru/daily/26768/3801623/
Но, согласимся практично начинать с того что бы сдвинуть с места хотя бы легчайшее крылышко! И, продемонстрировать именно давление света, а не радиометрический опыт.

 


Записан
valeriy
Глобальный модератор
Ветеран
*****
Сообщений: 4025



Просмотр профиля
« Ответ #202 : 25 Февраля 2018, 11:16:34 »

В новой работе ученые заинтересовались, возможно ли связать три и более световые частицы. Для этого они пропустили очень слабый лазерный луч сквозь плотное облако ультрахолодных атомов рубидия. На выходе фотоны оказались объединены в пары и триплеты.
Когда жонглер в цирке, выходя на арену, подбрасывает над головой мячи, ил булавы, ловко их перехватывает и при этом передвигается по арене в танце, это вызывает невольное восхищение у зрителей. Когда над головой жонглера висит рой мячей, движущихся синфазно с движениями жонглера. По сути, жонглер и этот рой мячей, на момент представления номера, являются единой, как сейчас принято говорить, запутанной системой.

Вот именно это и произвели физики из Массачусетского технологического института, когда заставили фотоны "взаимодействовать меду собой" через посредника, которым оказалось плотное облако ультрахолодных атомов рубидия.

Молодцы ребята из МТИ. Но, в любом случае, следует видеть проявление общих законов физики, которые универсальны вне зависимости от мира классического или квантового.
Записан
Oleg
Модератор своей темы
Ветеран
*
Сообщений: 3143



Просмотр профиля
« Ответ #203 : 12 Апреля 2018, 13:49:41 »

обзорчик шоб собраться с мыслями

Цитата:
http://nwalkr.tk/b/159713/read
- Будущее настоящего прошлого 1148K скачать: (fb2) - (epub) - (mobi) - Виктор Артурович Нюхтилин

Время было предельно губительное для развития мысли - в науке царствовал Аристотель, а в философии владычествовали христианские догматы. Думающему человеку просто некуда было податься! Хоть Аристотель, хоть Священное Писание - и то и другое было эталоном истинности, формой завершенности и верховным судом, который через свой собственный свод положений и правил проводил и опознание, и дознание, и обвинение, и который выносил вердикты по очень простому принципу соответствия или несоответствия самому себе. Переписчик ошибся, переводя Аристотеля, и у мухи по воле этой ошибки стало четыре лапки. И эти "аристотелевские" четыре лапки стали даже более реальными, чем шесть лапок на живых мухах, которые веками роились вокруг задумчивых голов научно-философской элиты Европы. И только в XVII веке Британская Академия Наук специальным решением покончила с этим несоответствием - уже было можно, потому что Галилей и Ньютон пошатнули авторитет Аристотеля.  

 Вот на примере этой мухи видно наиболее отчетливо - никакого люфта для свободного мыслетворчества не было, ни в науке, ни в философии, ибо Аристотель объял собой и науку и философию. Тем более такого зазора нельзя было отыскать в вопросах, хоть как-то относящихся к изложенному в Священном Писании. Даже атаки на материализм были опасны! Ибо одна из ипостасей Бога, Иисус Христос, был воплощен материально, и превращая материю в ничто, в "низкое", опровергатель материализма тем самым превращал в ничто и в "низкое" физическую плоть Спасителя! Во, как было! И что в этом случае оставалось?

Оставалась пустопорожняя болтовня с рассуждениями вообще обо всем, но ни о чем вообще. Но при этом каждый все равно остерегался и хотел быть правее самого Папы Римского, буквально к месту и не к месту выкрикивая догматические лозунги (на всякий случай, ибо времена были суровые, а расправа короткая). Вот для примера обстановки того времени еще одна "показательная муха", а именно сетования Григория Нисского: "Всё полно таких людей, которые рассуждают о непостижимых предметах; спросишь, сколько нужно заплатить оболов - философствуют о рожденном и нерожденном; хочешь узнать о цене хлеба, отвечают: Отец больше Сына; справишься, готова ли баня, - говорят: Сын произошел из ничего..."  

 И вот здесь европейская мысль, войдя в эру схоластики, могла просто выродиться, скатившись до какого-либо европейского аналога даосизма, где мода отвечать на вопросы не в тему, а как попало, привела бы к жреческому по форме и шулерскому по сути образу духовной практики, когда от учителей ничего умного не добьешься до тех пор, пока не "просветлишься", и не поймешь, что стать учителем легко и самому - достаточно так же таинственно произносить неосязаемые умом глупости. На этот путь попадала схоластика, но с этого пути ее увели сами же схоласты, потому что мужественно взяли на себя, казалось бы, непосильное - даже досужее и абсурдное формировать в законах логики.

Из этих схоластических школ ("схоластика" от латинского "скола", школа) возникли университеты, где крепла и наливалась силой великая и пронзительная европейская логическая мысль, которая, подхваченная Возрождением (возвратом к античным достижениям) вывела на Новое Время (внецерковное осмысление действительности), и далее задала инерцию философскому здравомыслию, которое не гаснет и по сию пору, несмотря на то, что вне этой логицистской дисциплины, начиная с XIX века, философия стала выдыхаться и хиреть.  

 И зачахла она сейчас до такой степени, что появились уже какие-то отраслевые философии - религии, искусства, права, экономики, управления и т.д. Философия по определению не может быть отраслевой! Она должна не только охватывать весь мир, она должна охватывать его именно не в системе частной точки зрения какой-то отрасли, она должна попытаться понять мир вообще, вне любых систем познавательной организации. И, тем более, "отраслевая философия", это ни в коем случае не философия, поскольку она не только разрывает мир на разные "отрасли", но и теряет свой высокий дух, отказываясь от прорыва за пределы бытия и все больше и больше погружаясь только в это бытие отдельных "отраслей". И уж если называть какую-то философию "служанкой", то, несомненно, нынешнюю, которая берется доказывать, например, что все те безумства с извращениями, которые возобладали в современном искусстве, имеют под собой не просто хоть какой-то смысл, но даже являются неким новым эстетическим прорывом.

В итоге с попустительства подобных, взволнованных увиденным философов, мы имеем поп-арт, лэнд-арт, хепенинг, боди-арт, инсталляцию, перфоманс, абстрактное искусство и прочее и прочее из всего того, что мы не можем теперь назвать просто симптомами душевной болезни, а должны расценивать как новые культурные концепции. Несмотря на то, например, что боди-арт не вызвал бы у автора возражения, если стереть с женского тела всю эту краску, но, все-таки, сама основополагающая концепция всех этих направлений - так называемая "сниженная эстетика" - удивляет более всего. Зачем это в искусство протаскивать? Этого и без искусства хватает. Искусство - это как раз и есть высокая эстетика, оно этим и отличается от не искусства, то есть от явлений сниженной эстетики. Но философы протаскивают. При этом подобное положение вещей просто очень напоминает ситуацию вынужденного разрыва с основной задачей философии, когда доступна только форма деятельности, а смысл этой деятельности уже не под силу.  

 Во всем это нет никакой философии - есть лишь околофилософское оправдание того или иного душевного выверта того или иного деятеля, под которого сразу же создается новая "школа". И главное, в этом нет никакого движения вперед - отходит мода на ту или иную личность, и уходит навсегда соответствующая ей "философская школа".  

 Все развитие философии, которое хоть как-то существует после Канта-Гегеля - это философия науки. Эти ведут себя активно. Но это - тоже не философия. Философия (еще раз повторим) - это наука о всеобщем и о мире, как целом. А философия науки - это лихорадочный и безуспешный поиск обоснования правильности и достоверности научного познания. За пределы специфики науки и научной деятельности эта философия не выходит. Это даже и не отраслевая философия, потому что у науки не может быть никакой своей философии, как и у любой другой отдельной деятельности. Подобная "философия" лишь посреднически разбирается с тем, что происходит в науке с точки зрения процессов познания.

При этом джастификационисты борются с внелогистами, их перебивают и орут благим матом о своем о кровном пробабилисты, отдирая от своих уст стесняющие речь руки фальсификационистов, которые тоже что-то сказали бы, но шум, поднятый пассивистами и активистами, заглушает все, потому что этим рвут волосы на голове симплицисты, которым крутят руки методологические фальсификационисты, а конвенционалисты пытаются со всеми договориться, но им не дают вставить слово эмпирицисты, которые вскарабкались на их спины, спасаясь здесь от нагрянувших из засады фаллибилистов.  

 Все они хотят положительно решить один единственный вопрос - почему научное знание не имеет в себе исторической логики и достаточных внутренних или внешних критериев, чтобы считаться правильным? Однако самое потешное в философии науки - это то, что все ее специалисты по научному открытию не имеют за собой ни одного собственного научного открытия и никакой повседневной научной практики. При этом они строго судят и дают глубокие рекомендации, как следует делать научные открытия. Как всегда подобные шоу в философии и в ее околофилософских сферах весьма популярны, но философии от этого не легче. Она или в коме, или затаилась.  

 Зачем мы все это вспомнили? Затем, что именно философия науки как нельзя лучше своим содержанием отразила то, что произошло с человечеством за последние сто с лишним лет. А произошло очень важное - научное знание перестало быть понятным. На каком-то этапе, поднимаясь вместе с наукой в самооценке своих возможностей, философия науки вообще объявила, что истинным может быть только то знание, которое в итоге можно выразить в предложениях науки физики. И как всегда, щелчок по носу последовал практически вслед за самовоодружением себя на пьедестал. Выяснилось, что теперь именно физика, а не философия, - это перетолковывание пустых парадоксов, а также игра отвлеченными понятиями. Выяснилось, что физика больше не может показать пальцем на то, о чем она говорит, и что знаменитый физический эксперимент теперь возможен только мысленно; что физика, определяя что-то, определяет тем самым не это, а то, чем оно и может быть, и чем никак не может быть; выяснилось, что все утверждения физики находятся в зоне необходимой ошибки, которая обязательно есть в этих утверждениях.

Выяснилось, что в философии худо-бедно, но тысячи лет никто никого не переспрашивает, что имеется в виду под понятиями время, пространство, движение, взаимодействие, причина, одновременность, траектория и т.п.. Спорят потихонечку о нюансах этих понятий, но, в общем и целом, - знают, о чем говорят.

А физикам приходится теперь выяснять друг у друга, что именно они имеют в виду, когда употребляют эти простые слова. Физика стала создавать мифические сущности - логически-абстрактные конструкции, математические модели, виртуальные частицы и, буквально, демонов, перебирающих молекулы газа, черные ящики, котов в этих ящиках, одновременно живых и неживых по принципу суперпозиции; братьев-близнецов, летающих на фотонных ракетах, лифты, падающие в бездне безвоздушного пространства, какие-то диковинные и только предполагаемые силы и свойства природы; волны-пилоты, сказочные зеркала, в которых человек может увидеть самого себя молодеющего на глазах, и дедушек, которых, вернувшись в прошлое, можно, зачем-то, именно убить.  

 В человеческом племени снова появилась некая мифология в научных терминах.  

 Физики стали говорить - как страшно жить, почему я не умер двадцать лет раньше, когда еще не знал ничего такого! Какой кошмар - каждое новое открытие ввергает в ужас, лучше бы я этого никогда не открывал, и как хорошо было бы, если бы хоть одна из этих двух теорий была бы неправильной, иначе смысл жизни теряет любой смысл и т.д.  

 Что произошло? Утгард накатил...  
 Как инки говорили.  
 Посмотрим, как это было.  
 
Как это было  

 Само собой разумеется, что всю историю этого процесса во всех подробностях мы рассмотреть не сможем. Этого и не нужно. Кроме всего прочего - это невозможно. В настоящее время не найдется ни одного специалиста, досконально знающего все направления современных научных исследований в их достаточно квалифицированной глубине. Более того, даже в своей ограниченной профильной сфере любой специалист постоянно сталкивается с неизмеримой глубиной сопутствующих или вспомогательных дисциплин, которые он призывает даже только для узкого вспомогательного назначения. Мы выберем для себя лишь то, что нам непосредственно пригодится в дальнейшем для исследования Случая. Потому что произошло слишком многое из того, что очень важно для человечества, но не сейчас для нас и не для нас сейчас.  

 В общих чертах произошло примерно следующее - представим себе человека, у которого есть музыкальный центр. Он им прекрасно умеет пользоваться, знает, как работает какая кнопка или сенсор, и что они производят своим действием. Табло, дископриемники, настройки, штекера, эквалайзеры, регистры - все исследовано, изучено и понятно. Это можно сравнить с процессом создания классической физики. Затем человек вскрывает панель и к своему ужасу видит, что за простой и понятной функциональностью панели управления скрываются "миллион" разноцветных проводов, схемы с серебристыми полосками, контакты тоньше волоса, уходящие куда-то в мистику плат с детальками непонятного назначения и всем остальным прочим. У него рябит в глазах, и он в легком шоке начинает от уже знакомых кнопок и других инструментов управления прослеживать, куда и как идут провода, где они замыкаются или выходят на другие элементы схемы, что с чем соединено, и что через что с чем связано. Постепенно и смутно, частями он начинает отдаленно понимать, как идут внутренние взаимодействия и осуществляются взаимосвязи деталей цельного организма. Это - доатомный и доквантовый период физики после ее классического этапа.  

 Затем человек начинает расковыривать сами платы и корпуса микроскопических электронных деталей, и ничего не понимает - внутри уже нет знакомых проводков, контактов, соединений, выключателей и включателей. Как все это работает? Разглядеть ничего совершенно невозможно, можно только осуществлять логические догадки и проверять их математическими аналогами предполагаемых процессов. Но этому человеку легче, потому что какой-то другой человек некогда спроектировал этот его музыкальный центр
, и уж сам-то конструктор, точно знает, как все это работает и почему. На крайний случай - даже у него можно спросить.

Но с появлением атомной и квантовой физики больше нет никого, кто знал бы, как это собрано, и как оно работает. Произошло страшное для испытанных методов физического исследования - образовался разрыв между теорией и экспериментом. Исследуемый мир теперь недоступен ни рассмотрению, ни измерению, ни физическому моделированию, ни вообще даже самому простому эксперименту. Остается только осуществлять логические догадки и ... см. выше. Спросить не у кого.

Достоверных знаний об этом ни у кого нигде нет. Вот для нашей будущей работы со Случайным мы и выберем из этой последовательности вскрытия зафасадных систем мира только одну нужную нам линию.  

 Выберем, и посмотрим историю этих открытий и свершений. Сразу оговоримся, что нас будет меньше всего интересовать каждая подробность научной составляющей всех элементов или подлинная объемность выведенных законов и формул. Нам важен только основной смысл каждого шага пути науки к последним известным ей тайнам материи. И нам важны даже не столько сами эти шаги, сколько логика этих открытий и достижений. На определенном этапе физика стала постигать свой предмет не наблюдением и экспериментом, а именно логикой. А это - логика отдельных людей и выдающихся личностей. Кроме того, (и это очень отрадный факт), само то, что мир стал постигаться логикой, говорит о том, что в структуре феноменов и взаимодействий материи присутствует какая-то логика. Потому что подобное познается подобным, и если это познается логикой, то человек тем самым находит логику в материи, то есть своим разумом находит в материи присутствие иного себе разума. Итак, как это было.  

 Все началось с Ньютона, который сказал: "Уважаемое научное сообщество, леди, джентльмены и люди земли! Свет - это поток частиц, которые я называю корпускулами".  

 Научное сообщество, леди, джентльмены и люди земли сказали: "А чем докажешь"? Ньютон ответил - пока ничем, но это так.  

 1675 год, Ремер сказал - скорость света конечна.  

 Ученые сказали - "Будем знать".  

 1690 год. Гюйгенс сказал - свет не частица-корпускула, как говорит Ньютон, а волна.  

 Ученые сказали - "дорогие Гюйгенс и Ньютон, проверить кто из вас прав, можно только каким-либо достоверным опытом. Например, сведениями о прохождении света через тела с различной плотностью, где волна и частица ведут себя противоположным образом. Дерзайте".  

 1740 год, Пьер Луи Моро де Мопертюи сказал - если в природе происходит само по себе какое-нибудь действие, то необходимое для этого количество действия есть наименьшее возможное. Природа всегда совершает минимально необходимое усилие! Такое природой не объяснить, и на основании этого я утверждаю, как ученый, что есть Бог.  

 Ученые сказали - "Фу! У нас здесь серьезный разговор. Может, сан еще примешь? Между прочим - век Просвещения на дворе!".  

 1850 год, Фуко сказал - свет это, конечно же, волна, потому что его скорость в воде меньше, чем воздухе. Так только волна себя ведет.  

 Ученые сказали - "молодец, Фуко! Объяснил про свет, а то Ньютон нам тут голову морочил"... Но при этом они сказали еще кое что - "если свет, как выясняется, волна, то, извините, любая волна может распространяться только в какой-либо конкретной физической среде!
Это частицы-корпускулы могут лететь в пустоте, а для волны нужна среда, волнующаяся волнообразно!
В какой среде, например, идут к нам волны света от Солнца? Какая-то среда обязательно должна быть! Давайте эту среду введем в систему физических объектов и назовем эфиром"! И назвали. Это они "пятый элемент" Аристотеля вспомнили.  

 1859 год, Максвелл сказал - я тут исследую электромагнитное поле, так вот - оно распространяется в пространстве точно со скоростью света! Поэтому я утверждаю, что у света - электромагнитная природа! Потому что, хоть режьте меня, хоть ешьте, но скорость какого-либо физического явления - это результат взаимодействия внутренних свойств данного явления со всеми внешними факторами окружающего мира.
Внешние факторы - одни и те же и для света и для электромагнитного поля, следовательно, при одной скорости у них должны быть одинаковы внутренние свойства. То есть, они - одно и тоже. Таким образом - свет это волна, потому что он не что иное, как колебание электромагнитного поля.  

 Ученые сказали - "Дорогой, ты наш! То, что свет волна, мы уже знаем. Но, смотри, как бы не доиграться, потому что электромагнитное колебание может и без эфира обойтись"!  

 Максвелл ответил - и то... Чтобы не доиграться, давайте считать световую волну особой формой эфира.  

 Ученые сказали - "А, давайте". И так и считали.  

 1877 год, Герц сказал - ультрафиолет, когда попадает на металл, вызывает появление в металле электрического тока. Давайте назовем это "фотоэлектрическим эффектом" (фотоэффектом). И назвал.  

 Ученые сказали: "Смотри, ты..." Но смотреть не стали.  

 1881 год, Томсон сказал - я отказываюсь даже понимать, как это происходит, но энергия и масса связаны между собой, так как у наэлектризованного тела масса увеличивается!  

 Ученые сказали - "Тоже отказываемся понимать".  

 1881 год, Майкельсон сказал - господин Максвелл великолепно решил задачу с определением природы света через его скорость! Давайте и мы, наконец-то, решим проблему природы эфира через его скорость! Надо найти скорость эфира и тогда она нам про него многое чего может рассказать! Я провел опыты, и пока могу сказать только одно - (караул!!!!) скорость света не зависит от скорости источника, который его испускает!  

 Ученые сказали - "тихо, тихо, успокойся, перепроверь свои опыты, и мы их перепроверим, обсудим, разберемся, может, что-то сообразим, и вообще нам голову с этим не путай, ты опыты, зачем проводил? Чтобы выяснить подвижный эфир или неподвижный? Вот на это нам и ответь, в конце концов"!  

 1888 год. Александр Столетов сказал - тут давеча Герц про фотоэлектрический ток говорил, а никто слушать не захотел, так я покумекал и провел эксперименты. Чудеса! Вот три закона фотоэффекта, я их экспериментально все вывел, кому интересно, можете ознакомиться.  

 Ученые сказали - "Столетов, только тебя еще не хватало! Тут Майкельсон чуть всех в шок не отправил, а теперь еще и ты со своими законами! Мы их посмотрели, и получается, что свет - это не волна, а частица?! Волна никак и никогда не может производить таких количественных закономерностей. Частицы могли бы, это - пожалуйста, а волна не может. Но ведь все же знают, что свет не частица, а волна! Добавил ты нам головной боли"!  

 1889 год, Фицжеральд сказал - я поработал над результатами Майкельсона, у меня получается, что время при околосветовой скорости для наблюдателя замедляется, а длина предмета сокращается!  

 Ученые сказали - "С ума сошел"?  

 1891 год. Стоней сказал - тут мистер Максвелл не так давно про электрические заряды нам рассказал, я тут кое-что посчитал, получается, что эти заряды должны состоять из единичных минимальных зарядов. Давайте назовем их "электроны". И назвал.  

 Ученые сказали - "Ты эти свои электроны видел? Ты их слышал? Не спится тебе там, что ли? Ты еще скажи, что электричество тоже из атомов состоит"!  

 1892 год, Хендрик Лоренц сказал - Фицжеральд не сошел с ума, все правильно - время замедляется, а тело сокращается.  

 Ученые сказали - "ты-то человек у нас серьезный! Дай формулу, и дело с концом"!  

 1895 год, Хендрик Лоренц сказал - вы сейчас сами с ума сойдете, но длина тела при его движении с большой скоростью действительно сокращается, а время замедляется! Вот по этой формуле, смотрите! Я называю ее "множитель Лоренца". И вы называйте.  

 Ученые сказали - "ты, хочешь, называй, хочешь, не называй, а не работает твой множитель".  

 1895 год, Анри Пуанкаре (математик) сказал физикам - абсолютного движения нет, его невозможно обнаружить.  

 Ученые сказали - "Спасибо, мсье Пуанкаре, когда нужны будут подробности от математиков, мы Вас позовем"...  

 1897 год, Томсон сказал - тут мистер Стоней не так давно про "электроны" говорил, так я их открыл и экспериментально доказал. Кстати это самая маленькая и самая легкая частица, известная в природе. Чудеса!  

 Ученые сказали - "Так и запишем: "Электричество имеет атомистическую природу". Мы это, кстати, так всегда и предполагали".  

 1898 год, Пуанкаре сказал - нет абсолютного времени и нет однозначной одновременности событий.  

 Ученые ответили: "Ну, ну..."  

 1899 год, Лоренц сказал - напомню: мой множитель для выражения замедления времени и сокращения масштабов тел при околосветовой скорости вам не понравился! А господин Пуанкаре мне помог, и я даю новый. Он работает.  

 Ученые сказали (Лармор) - "я проверил в расчетах, и правда работает"!! А еще ученые сказали (Пуанкаре) - "давайте назовем его "преобразованием Лоренца"! И назвали.  

 1900 год, Анри Пуанкаре на празднованиях юбилея Лоренца, сказал физикам - "как хотите, но время замедляется при околосветовых скоростях, а энергия должна быть равна массе".  

 Ученые сказали - "Ох, уж эти счетоводы"...  

 1900 год, Анри Пуанкаре сказал физикам - "вот вы тут собрались в Париже на конгресс, а сидите и не знаете, что эфира, может быть, и нет в природе"!  

 Ученые сказали - "математик, что возьмешь"?..  
« Последнее редактирование: 12 Апреля 2018, 14:24:04 от Oleg » Записан
Oleg
Модератор своей темы
Ветеран
*
Сообщений: 3143



Просмотр профиля
« Ответ #204 : 12 Апреля 2018, 13:52:04 »

add
http://nwalkr.tk/b/159713/read
- Будущее настоящего прошлого 1148K скачать: (fb2) - (epub) - (mobi) - Виктор Артурович Нюхтилин

Цитата:


1900 год, Макс Планк сказал - я и сам в это еще не совсем верю, но упорные расчеты показывают, что энергия излучается и поглощается только отдельными мельчайшими порциями, которые пропорциональны частоте света. Я называю их "квантами". Я бы назвал их энергетическими атомами, но они даже более атомы, чем сами атомы - в отличие от физических, они уже не дробятся. Кстати, фамилия Мопертюи никому ничего не говорит?  

 Ученые сказали - "погоди, погоди, уж не хочешь ли ты сказать, что не только материя состоит из атомов, но и энергия? Это что же такое получается - энергия зерниста как материя?
Ты вообще понимаешь, что ты сказал? Мы тоже... Но на всякий случай, давайте, назовем теперь всю последующую физику "эрой квантов"! И назвали.  

 1904 год, Анри Пуанкаре приехал в Сент-Луис и собравшимся там со всего мира физикам сказал - вам всем придется считаться с тем, что ничто не может иметь скорость, превышающую скорость света.  

 Ученые сказали - "Ладно. Время покажет, мсье Пуанкаре".  

 1905 год, Эйнштейн сказал - я могу объяснить законы фотоэффекта Столетова. Дело в том, что волна не может нигде и никогда производить таких количественных закономерностей. Частицы могли бы, это - пожалуйста, а волна не может. Упорные расчеты показывают, что энергия излучается и поглощается только отдельными мельчайше возможными порциями, которые пропорциональны частоте света, так что, уважаемое научное сообщество, леди, джентльмены и люди земли! Свет - это поток частиц-корпускул! И вот эти частицы света выбивают электроны в металле со своих мест, и таким образом этот фототок и происходит.  

 Ученые сказали - "Молодец, Ньют..., то есть Пла.., тьфу! Эйнштейн! Дайте ему Нобелевскую премию"! И дали.  

 1905 год, Эйнштейн сказал - скорость света (караул!!!) не зависит от скорости источника, который его испускает!!! Вы сейчас с ума сойдете, но длина тела при его движении с околосветовой скоростью сокращается, а время замедляется!!! Абсолютного движения нет, его невозможно обнаружить!!! Скорость света должна рассматриваться как постоянная!!! Эфира, может быть, и нет в природе!!! Ничто не может иметь скорость, превышающую скорость света!!! Нет абсолютного времени и нет однозначной одновременности событий!!! Я называю это "Специальной Теорией Относительности"!!! И вы называйте.  

 Ученые сказали - "а мы про все, про это, уже знаем. Ты лучше скажи, почему ссылок на предшествующих авторов не даешь? Мы первый раз в истории видим научную статью, где нет ни одной литературной ссылки. Такого еще не было. Это же элементарные правила! Или хочешь сказать, что сам все придумал"?  

 Эйнштейн сказал - сам, все сам. Не ведаю, про кого говорите. Про Лоренца что-то такое отдаленное слышал, про всех остальных же вообще ничего не знаю. Просто сел и на школьной тетрадке все вывел.  

 Ученые сказали - ...ничего они не успели сказать, потому что такой шум в прессе и в обществе поднялся вокруг Эйнштейна, что их уже никто не слушал.  

 1911 год, Эрнест Резерфорд сказал - сам не видел, врать не буду, но из картины опытов получается, что атом состоит из ядра, вокруг которого по орбитам вращаются электроны.  

 Ученые сказали - "ты что-то такое нам рассказываешь, аж даже не верится. Это ж как электроны вращаются, если атом не излучает? Если электрон вращается, то он тратит энергию, и она должна излучаться. А у нас атом не излучает. Он только тогда излучает, когда меняет свое состояние, короткое время, а потом опять не излучает. Ничего не понятно",  

 1913 год, Нильс Бор сказал - а знаете, как электрон перемещается по атомным орбитам? Он сейчас здесь, а в следующий момент совсем в другом месте! Скачком! Просто - раз! и уже на новой позиции! Не преодолевает атомное пространство в сплошную, а просто оказывается в следующее мгновение совсем в другом месте! Я бы даже сказал, что это происходит вот так: просто - раз! и уже на новой позиции! Скачком!  

 Ученые сказали - "Еще одно-два таких сообщения, и мы все действительно сойдем с ума. Давайте просто запишем: "В атомном пространстве электрон совершает квантовые скачки" и не будем об этом сильно думать, потому что такого физика никогда не сможет объяснить".  

 1923 год. Его высочество принц Луи де Бройль сказал - я могу объяснить квантовые скачки. Это происходит потому, что электрон это не частица, а волна, вернее он частица, но он волна, то есть, он волна, но частица, то есть... в общем он имеет волновую природу, кто бы он ни был, и ему просто деваться некуда, как только ступенчато менять радиус орбиты, а не в сплошную изменять его. Потому что если он волна, то круг из волны бывает только с целым числом колебаний этой волны. Такой круг не может, как обычный, растягиваться или сжиматься как резиновый сплошным образом, он может быть только тех радиусов, при которых образуется целое число колебаний его волны, а между этими значениями круга не может быть. Вот и всё! Вы то все думали, что электрон это частичка, которая вращается по орбите и скачет как блоха (хихик!), а электрон это сплошная волна, которая меняет сразу целыми значениями свой радиус в зависимости от своей энергии!  

 Ученые сказали - "Все сказал? Закончил? А ты подумал, что если электрон у тебя волна, то материя - это что же, тоже волна"?  

 Де Бройль сказал - ну так, да...Если электрон волна, то да... Если вы так хотите... Лично я ничего такого... просто сказал, если что... Нет, я не подумал! В общем - беру свои слова обратно!  

 Ученые сказали - "а - всё!!! Уже сказано! Теперь посторонись, потому что мы уже записываем - "материя имеет волновую природу".  

 Шредингер сказал - я докажу, что де Бройль прав и никаких этих безобразных квантовых скачков в природе быть не может, а механика квантового мира - волновая и никаких частиц там нет.  

 Гейзенберг сказал - я докажу, что де Бройль не прав, что скачки существуют, и что механика квантового мира корпускулярная и там нет никаких волн, а есть только частицы.  

 Ученые спросили - "А как это сделаете"?  

 Шредингер сказал - я создам математическую модель волнового квантового мира, где всё будет правильно описываться и достаточно успешно предсказываться, и этим самым станет ясно, что противоположный вариант Гейзенберга (корпускулярный) абсолютно абсурден, как невозможный.  

 Гейзенберг сказал - я создам математическую модель корпускулярного мира, где все будет правильно описываться и достаточно успешно предсказываться, и этим самым станет ясно, что противоположный вариант Шредингера (волновой) абсолютно абсурден, как невозможный.  

 1926 год, Шредингер создал математическую модель волнового мира, где все правильно описывается и достаточно успешно предсказывается, и этим самым стало ясно, что противоположный вариант (корпускулярный) абсолютно абсурден.  

 1926 год, Гейзенберг создал математическую модель корпускулярного мира, где все правильно описывается и достаточно успешно предсказывается, и этим самым стало ясно, что противоположный вариант (волновой) абсолютно абсурден.  

 И как раз вот здесь ученые начали говорить - как страшно жить, лучше бы этого не было, пять минут торжества после открытия сменяются десятилетиями горя: все, чего достигли... всё, во что верили... чем гордились... а Эйнштейн сказал - " это конец физики".  

 А Шредингер сказал - да, не волнуйтесь, это просто запись одних и тех же закономерностей разными математическими аппаратами, а что там на самом деле в природе делается - разве ж кто-нибудь знает? Ой, что я сказал!  

 Ученые сказали - "Вот именно. Ты бы уже помолчал лучше, чем нам такое говорить".  


 Гейзенберг сказал - это все получается потому, что создание математических моделей квантового мира у нас всегда предшествовало непосредственному пониманию этого мира. Вместо реального мира мы изучали всего лишь какую-то математическую абстракцию. Увлеклись. Создали математическую ширму, подменив ею реальный физический мир.  

 Ученые сказали - "Ты плохой! Ты плохой! Мы тебя не любим"!  

 Так наступил конец физике.  


 Поймем эту ситуацию правильно - если одна и та же наука, всеми своими самыми передовыми расчетами, в одном варианте говорит, что камень - это огонь, а в другом варианте, что камень - это жидкость, то эта наука исчерпала свои возможности рассказывать нам о камнях, потому что про сам камень она при этом ничего не сказала - этот объект не может быть и тем и другим одновременно. Он что-то третье. Если подобное сказано в отношении самих оснований материи, то нам рассказывают не об этих основаниях. Эта наука в данных вопросах несостоятельна. Эти основания - что-то третье.  

 И как забавно, что всё произошло в одном и том же 1926 году! Вот и еще одно, можно сказать, статистически невероятное совпадение! Шредингер и Гейзенберг работали в совершенно разных условиях (Шредингер в несравненно более оптимальных). Они шли совершенно противоположными путями и при совершенно разных возможностях (у Шредингера они были исходно более широкими). Они занимали совершенно разные позиции в научной иерархии (Шредингер - маститый физик, Гейзенберг - никому не известный лаборант), а закончили свои работы - одновременно! Представим себе, что было бы, если бы все произошло так, как бывает в жизни, когда в жизни ничто никуда не вмешивается своим тайным Промыслом.

Кто-то из них, Шредингер или Гейзенберг, дал бы картину квантового мира (кто-то первый из них), раздались бы фанфары, и началось бы чествование. А в этих условиях другому, тому, кто не успел, просто закрыли бы тему - зачем тратить средства и время на поиск того, что уже найдено и великолепно всё объясняет? Ведь ясно же, если что-то уже объясняет, то противоположное ему и отрицающее его ничего объяснить уже не сможет! Например, если бы Шредингер успел первым, то Гейзенбергу на отчетной конференции его кафедры большинством голосов было бы рекомендовано изменить направление исследования на другое.

И он бы никуда не делся, да и не возражал бы. Точно также произошло бы и со Шредингером, опереди его Гейзенберг. Какая-то из этих двух картин квантового мира стала бы доминирующей, а любая другая теперь рассматривалась бы, как альтернативный бред! Но вмешалось Провидение, и теперь мы имеем две равноценные и достойные научные концепции, каждая из которых по отношению к другой является альтернативным бредом! Так работают совпадения и случайности! Они в нужный момент приходят и поправляют непоправимое. И, похоже, у их Хозяина действительно есть чувство юмора...  

 Официально считается, что ничего страшного не произошло, потому что целый год печали сменился эпохой надежд, когда в 1927 году Гейзенберг всех спас и вывел принцип неопределенности. Этот принцип только потом стали так называть. Сам Гейзенберг назвал его по-другому, он назвал его как-то что-то вроде "принципа неточности". Смысл этого прометеевского шага Вернера Гейзнберга был простым - поскольку знание о природе теперь всегда следует считать ошибочным, то неплохо было бы вывести такой диапазон ошибки, который хоть приблизительно давал бы нам представление хотя бы об отдаленных чертах исследуемого микромира.

Сам по себе этот принцип был не концептуальным (какая разница, каков диапазон ошибки в пределах изначально ошибочной картины?), он давал возможность ученым производить расчеты корректным образом именно относительно расчетов. Это был метод, который просто не оставил их без работы. Но любить Гейзенберга от этого больше не стали, потому что герр Вернер никогда не стеснялся сказать, что все это означает не столько конец физики, сколько конец материализму, потому что теперь всем должно быть ясно - с той стороны материи что-то есть.  

 Гейзенберг вообще - эпохальная фигура в современной науке. Его руководитель Макс Борн сказал, про этого мальчишку - мало образован, но как умен!!! Когда Гейзенберг взялся доказать корпускулярную теорию квантового мира, Борн не отнесся к этому серьезно, потому что дебройлевские волны давали привычную веками непрерывную картину материи без ее исчезновения в одном месте и появления в другом месте во время скачков, и Борн ей симпатизировал.

Но он предоставил Гейзенбергу возможность поработать. Когда, через несколько недель, Гейзенберг принес руководителю свои расчеты, Борну плохо стало - он увидел, как его слабо образованный сотрудник... открыл и создал заново матричное исчисление! Борн тут же дал ему в помощь четырех математиков - ты не считай больше, за тебя другие посчитают, зачем велосипеды изобретать? Раз уж ты такой умный, то веди тему, а эти пусть на тебя работают. В наши бы времена такой либерализм научных руководителей!  

 Но мы о конце физики. За 22 года до этих событий, в 1904 году, Пуанкаре на международном конгрессе физиков в Сент-Луисе сделал пророческий доклад, который назвал "Настоящее и будущее математической физики". Он оценил состояние этой самой "математической физики" как фазу глубокого кризиса. Пуанкаре был математиком, но его всегда приглашали туда, где собирались разные важные физики. Потому что физики уже не могли без математики не только в расчетах, они вообще ничего не могли уже без математики. Более того, физика стала плестись в хвосте у математики, потому что если раньше всё проверялось экспериментом, то теперь все проверялось расчетами в пределах математической модели мысленного эксперимента, который в реалии был неосуществим.

Пуанкаре всё прощали, потому что без него и без других математиков тогда уже прожить не смогли бы. Поэтому никто с ним не стал спорить по поводу оценки своей науки, но название "математическая физика", все же, заменили в дальнейшем на "теоретическая физика". Так приятнее звучит. Но смысл один и тот же, потому что - какая ж это физика, если в ней вместо наблюдения и эксперимента за основу берется математическое моделирование ненаблюдаемого? Но звучит-то приятнее, в самом-то деле. Итог через двадцать два года мы увидели.  

 Но этот итог говорит не только о беспомощности физики. То же самое можно сказать и о беспомощности математики для физики. "Чудо" 1926 года - это одинаковый позор и для физики и для "математики для физики". И это не удивительно, давайте вообще попытаемся понять, как можно выразить в формулах высшей математики реально движущийся электрон? Хотя бы даже простую идею движения частицы, давайте, выразим в формулах. При самых успешных результатах такой модели - это никогда не будет то же самое, что реальность. Кроме того, все эти математические модели, не могут самого главного - они не могут порождать из себя движения. Ни одна математическая модель не обнаружит в самой себе, что вот тут-то и вот тут-то было инспирировано обстоятельствами такое-то движение с такими-то характеристиками. Модель мертва. Природа - жива. Эту пропасть не перешагнуть.  

 Поэтому вот так напрямую смотреть в созданный наукой квантовый мир, и пытаться понять, как в нем живет и работает Случай, переходящий в Закон, совершенно бесперспективно. Потому что этот мир ужат до сухой схемы возможностей математического моделирования с одной стороны, и выплескивается в неограниченные ничем математические конструкции с другой стороны. Невероятные успехи квантовой механики должны расцениваться именно как невероятные успехи теории квантовой механики только для теории квантовой механики. Отношение к реально происходящему в природе Случая эти успехи имеют самое отдаленное.

Какие бы споры вокруг квантовой физики не возникали, объективно следует признать, что это один из самых удивительных отделов физического знания, потому что в нем до сих пор не создано ни одного физического закона. И ничего бы страшного, но с квантовой физики стали брать пример все другие физики. И в этой науке воцарилось просто математическое фантазирование. И в этих фантазиях стало появляться черт-те что. Математическая переработка физических величин в математические знаки приводит к тому, например, что для плодотворного ведения заумных расчетов вдруг требуется четырехмерная формулировка.

И вот математическая необходимость системы расчетов требует введения четвертого измерения, которое физически этому миру не то, чтобы не нужно с той же очевидностью, но которого вообще нет в физическом мире. У мира вообще всего лишь одно измерение - форма своего собственного единого существования, явленного нам в ширине, высоте и длине (вспомним Канта - мир является нам в явлениях, созданных нашими врожденными стандартами сознания). На самом же деле в мире нет ничего ни одномерного, ни двухмерного, потому что все в нем имеет объем, то есть трехмерно. Но это не вмещается в нашу голову единым феноменом и заставляет выдумывать для этого мира различные степени мерности ниже третьей. И это при чисто физическом описании. Чего же удивляться, когда в математике еще и четвертое появляется? Удивляться приходится другому - авторитет современной математико-физики настолько высок, что в мире начинает кое-где признаваться реально существующим и четвертое измерение. Чтобы убедиться в реальности четвертого измерения, достаточно, очевидно, просто выглянуть в окно и повнимательнее посмотреть. Так надо полагать?  

 Причем для названия этого нелепого четвертого измерения используется несчастное и безответное "Время", которое не может за себя постоять или подать против этого голос. Вообще сейчас укрепилась странная привычка хватать "Время" за лацканы и требовать от него исполнения той или иной функции в качестве некоей материальной субстанции, которая еще не найдена ни в одном шкафу физически, но везде подозревается математически. И вот все эти псевдокоординаты с мнимыми значениями в расчетах вешают себе на грудь табличку с надписью "Время", и никакой суд не поможет Времени подать на возмещение морального ущерба. Причем, в самом Времени совсем нет ничего такого, провоцирующего на подобное грубое с ним обращение. Но ищут-то, ведь, не свойства Времени. Ищут название системам различных математических операторов, ведущих расчеты в нужную (задуманную) сторону. И находят. И называют.  

 В этом методе очень много удобного - как только в модели появляется что-то реально физически неопределимое, но хорошо математически спасающее какую-то идею, так сразу же приказ дежурному по части - а подать-ка, мне, Время, есть работа для него... И логика прозрачная - ведь, что, если не Время? Оно, ведь, где-то тут, всегда рядом валандается, пусть хоть что-то для науки сделает. И логика - удивительная!

Например, теория торсионных полей появилась из факта различных математических фокусов с еще одним математическим фокусом - с уравнением теории гравитации Гильберта-Эйнштейна.

В результате этих фокусов итоговые формулы говорят, что массивный материальный объект при вращении должен искривлять вокруг себя пространство, да не просто так, а еще и таким безумным образом, чтобы, отразившись в зеркале, показать совершенно обратное тому, что происходит на самом деле. Ну, как не спасти такую красивую теорию? И для таких чрезвычайных ситуаций сразу же привлекается Время, и вот оно уже летит к месту происшествия на самолете, "и одно лишь слово твердит: "Лимпопо, Лимпомо, Лимпопо...".


И вот оно прилетело и сразу же уже становится материальным, а затем оно уже переходит в иное состояние и становится информацией и т.д. И при этом, ни в Сахаре, ни в Калахаре, никого уже не волнует, что, если сделать Время материальным, то в этом случае, ведь, материальное время переходит в информацию, и тогда информация тоже - материальна!

А на простой вопрос - а разве бывает информация без сознания? - никто не отвечает, потому что если ответить утвердительно, то это признать, что при фразе жены, например, "у нас кофе закончился", от нее к мужу некоторым интересным для физики образом переносится некое количество материи. А также из всех телевизоров по всему миру ежесекундно... Или с каждой страницы каждой книги.  

 Если же ответить отрицательно, то есть, что информация не может быть материальной, то материальное время, не нарушив таким же интересным для физики образом закона сохранения вещества, не может перейти из своего материального состояния в нечто нематериальное. Куда же тогда исчезла бы эта материя в составе материального Времени? Куда б осыпалась? А ведь весь абсурд начался с простого и такого любимого в среде теоретиков действия - Время сделать материальной субстанцией.  

 И что же получается? Если мы хотим понять Случай, то мы понимаем, что нам надо идти именно сюда, в кванты и микромир, поскольку здесь его Царство и его Владения. Но, учитывая всё вышесказанное, мы должны понять и то, что при таком подходе к этому Царству (в стиле свободных фантазий, где даже Время мнится материальной субстанцией), мы попадаем туда слепыми и вообще безо всяких органов чувств.  

 Но надо понять и физиков. Сложнее тех проблем, которые перед ними сейчас стоят, наука еще не знала. Они - умнейшие люди. Но у них нет иного пути. Потому что объект познания стал ненаблюдаем.

Микромир не видим человеком.
А если видим... то не видим. Для того чтобы увидеть то, что происходит в микромире, создание оптики нужной степени увеличения и разрешения со временем не составило бы особого труда. Беда в том, что за этими степенями увеличения никогда не будут увеличиваться сами микрочастицы. Что в этом страшного? Страшное заложено в самой технологии наблюдения микромира, которая проста - чтобы увидеть, надо осветить.

То есть, пустить на наблюдаемый объект поток света, то есть - поток фотонов. Масса же фотонов достаточна для того, чтобы превратить процесс освещения микромира просто в фугасную бомбардировку. Один из физиков сравнил это с тем, как если бы в толпу прогуливающихся в парке людей на полном ходу врезался мотоциклист. Поэтично, конечно, и даже изысканно, но происходит еще хуже - говоря о толпе, мы знаем, хотя бы, исходную расстановку положения людей на дорожках парка. Говоря о микромире - мы не можем определить даже исходного состояния и начальных характеристик частиц, потому что сам момент начала наблюдения уже является моментом разрушения всякого порядка.

Представим себе абсолютно темную комнату, свет в которой специальной автоматикой включается на звук удара биллиардного шара о другой шар. Мы видим только бьющий шар и кий в собственных руках, остальное в полной темноте, но мы знаем, что на каком-то направлении нашего будущего удара расположены в каком-то порядке другие биллиардные шары. Мы бьем по нашему видимому шару и он, столкнувшись в темноте с одним из невидимых нам шаров, включает звуком удара свет, и мы сразу же наблюдаем, как по столу мечутся в разные стороны биллиардные шары. Так мы наблюдаем микромир, пытаясь определить - что же в нем было до нашего шара, который навел этот самый кавардак?  

 Вторая проблема этой беды состоит в том, что данное разрушение характеристик "наблюдаемого" происходит абсолютно случайным, непредсказуемым образом и не имеет обратимости для восстановления исходной картины. Главный принцип физического эксперимента - независимость характеристик объекта наблюдения от процедуры измерения - здесь не просто навсегда нарушается, он здесь издевательски превращается в полное искажение картины наблюдения. Наблюдать элементарный мир в его собственном, не нарушенном наблюдением состоянии, человек никогда не сможет.  

 Но наблюдать приходится. И хотя бы то, что остается от расколошмаченной картины мира микрочастиц, приходится фиксировать и анализировать. Здесь, помимо полностью искаженной исходной картины, есть еще и другая заноза - наблюдает по большому счету не человек, а прибор. У этого прибора также всегда простая технология наблюдения - послать сигнал и получить ответ на этот сигнал. Здесь опять получается только дополнительное искажение действительного положения дел, так как частица наблюдается всегда только во взаимодействии с прибором, а не в чистом взаимодействии с другими частицами и силами.

Если это сложить с предыдущим, то совершенно очевидно, что без математики тут ничего не сделать. Причем без математики именно статистической. То есть все, что эта математика будет выводить - будет иметь вероятностный и гадательный характер. При этом мы механически переносим характер этой случайностно-вероятностной методики исследования на характер самого микромира, и заявляем, что его природа случайна и статистична всего лишь потому, что наши знания о ней опираются на статистические методы.  
Записан
Oleg
Модератор своей темы
Ветеран
*
Сообщений: 3143



Просмотр профиля
« Ответ #205 : 12 Апреля 2018, 13:54:45 »

add
http://nwalkr.tk/b/159713/read
- Будущее настоящего прошлого 1148K - Виктор Артурович Нюхтилин

Цитата:

 Говоря ближе к некоей сути этого процесса, можно сказать, что здесь объект исследования (микромир) и субъект исследования (прибор) становятся неотделимы друг от друга.

Все это приводит к тому, что исследуемый мир становится полностью неотделимым от самого исследователя, который создал этот прибор, и теперь исследователь довольствуется тем набором сведений, весь возможный пакет которых он сам же и заложил в известную ему измерительную технологию.

Дикость такого исследовательского метода совершенно очевидна: что может прибор, то исследователь и увидит, а прибор может то, что в него заложил исследователь. А что же заложил в прибор исследователь? Исследователь заложил в прибор то, что он хочет увидеть, то есть то, о чем он и так уже знает. То, чего он не знает, и о чем даже не подозревает, он искать не может, так как не может создавать приборы, просто наблюдающие независимую и объективную картину, как она есть.

В итоге исследователь никогда не увидит и не узнает о том, что же там есть на самом деле. В этом случае ему действительно остаются лишь игры в дифференциальные уравнения второго порядка, лишенные всякого физического смысла.  

 Теперь посмотрим, что будет, когда исследователь наконец-то узнает от прибора то, что он и предполагал узнать. Прибор - объект макромира, который исследует микромир. Параметры прибора из этого мира, из нашего, из макроскопического, как и получаемые данные. Эти макроскопические данные будут только теми, которые могут распознаваться в макромире. В итоге прибор даст информацию лишь о тех частях микромира, которые могут отзываться на зов прибора в тех сигналах, которые могут существовать в макромире. Прибор как в зеркале увидит самого себя, то есть работу своих сигналов, и не больше.

Все зоны микромира, не воспринимающие данных сигналов, будут для прибора просто прозрачными и пустыми. Для исследователя тоже. Остается и дальше проводить только мысленное экспериментирование, абстрактно-логическое конструирование и математическое моделирование. И всё это на базе уровня собственных знаний, собственных ожиданий и на основании только того, что сигналы прибора каким-то безобразным образом могут сопрягаться с реальным миром разбитых вдребезги микрочастиц в характеристиках абсолютно иного им мира макроскопических явлений. Сильный метод.  

 Ну, и, наконец, все данные собраны, систематизированы, подвержены расчетам и подлежат обобщению и анализу. Чем и как это будет делать исследователь? Он это будет делать шаблонными классическими понятиями макромира, потому что других понятий у человека просто нет. У него нет мыслительных категорий и логических элементов даже для элементарного представления процессов, реально происходящих в квантовом мире.

Все наши научные образы являются макроскопическими, и выход за них опять же возможен только через математическую абстракцию, в пределах которой нет уже ни исходного макромира (он пропадает в пучине мертвых формул), ни искомого микромира (он остался еще ранее вне нашего наблюдения). Совершив блистательный виток по математической абстракции микромира, сверстанной в характеристиках макромира, исследователь вновь обработает полученные данные микромира в шаблонах классической физики макромира. Такая череда предельно логических соответствий здравому смыслу в современных методах исследований, конечно же, не может не внушать к полученным результатам самого благоговейного уважения. Со стороны тех, кто эти исследования проводит, естественно.  

 Но и это еще не все беды, которые сомкнулись над "теоретической физикой". Завершает эту беду тот самый принцип неопределенности. Напомним - этот принцип просто делает все эти вероятностные расчеты хоть как-то корректными заботами упоминаемого нами Вернера Гейзенберга. В математическую основу этого метода мы вдаваться не будем. Пусть математика остается математикой. Мы посмотрим, что означает этот принцип в своей методологической основе, ("принцип неточности", если мы еще не забыли), как способ познания. Уже само по себе интересно, когда в точной науке неточность возводится в принцип. Так посмотрим, на каких хотя бы теоретических основаниях.  

 А основания эти следующие. Для определения какого-либо будущего положения частицы в пространстве нам необходимо знать ее нынешнее положение, ее скорость и направление движения. Чем точнее мы определим при этом положение частицы в пространстве, тем более мы должны пренебречь ее скоростью. Наиболее точно положение в пространстве определяется, если тело находится в состоянии покоя. Вот оно именно здесь, никуда не уходит, и мы очень точно можем определить его координаты. Если тело начинает двигаться, то нам с координатами уже труднее - местоположение не бывает уже никогда точным, поскольку какое бы местоположение мы для тела не определили, оно все время его покидает. Поэтому, чем лучше мы хотим знать, где именно находится частица, тем меньше мы должны интересоваться, какова у нее скорость, и тем решительнее мы должны отказываться от того факта, что частица вообще передвигается.

Для этого нам приходится искусственно, математически "умертвить" частицу, допустив, что она никуда не сходит с того места, где мы хотим ее видеть. И наоборот - если мы хотим с предельной ясностью знать, с какой скоростью движется частица, то мы с той же предельной ясностью должны понимать, что частица не должна иметь никакого точного пространственного расположения. Если мы ее начнем где-то жестко располагать в своем описании, то у нас моментально исчезнет ее истинная скорость. Чем точнее мы хотим знать ее скорость, тем неопределеннее у нас должны быть данные о ее пространственном положении. В итоге, при тех сумасшедших скоростях, которые существуют в субатомном мире, нам приходится смириться с простой мыслью - мы не можем знать объективной картины, поскольку любой из параметров своей точностью превращает второй параметр в издевательскую фикцию.  

 Отсюда получается, что мы не можем никогда точно описать ни одно состояние, ни одной частицы микромира. Точность всех ее характеристик (положение в пространстве, скорость и направление) не может приниматься для практических нужд по отдельности, поскольку частица всегда движется и никогда невозможно представить себе ее без одной из этих характеристик, которые всегда только вместе присущи движущемуся телу. Принять более близкими к сердцу для расчетов можно, например, точные пространственные данные. Можно, наоборот, склониться к скоростным, но это всегда будет в непоправимый ущерб другому. Чем более определенным будет у нас одно, тем более неопределенным будет у нас другое. Вот Гейзенберг и создал некий способ минимально возможного выбора этих неопределенностей, что подразумевает в итоге получение наименьшего зла из того обязательного зла, которое мы непременно будем иметь, погнавшись за хорошим.

Вся смелость Гейзенберга состояла в том, что он решил отказаться вообще от понятия "траектория", выводя его полностью из принципиальных основ своего метода. Как видим, дело не столько в математических нюансах, сколько в пределе познания, который наступил для физики. Когда уже невозможно понять "почему и как", остается лишь математически в пределах определенной ошибочности определить "что и сколько".  

 Нам здесь важно понять другое - этот принцип берется и применяется для моделирования, то есть для прогнозирования положения частицы, для выяснения ее будущего. Понятно, что если никогда нельзя описать точного исходного состояния, то нельзя описать точно и будущее состояние. Ведь если не определимо в принципе ни направление движения, ни местоположение, ни скорость в начальный момент наблюдения, то не определимо так же в принципе и ничто другое относительно путешествия этой частицы. Понятно, что это можно сделать только с помощью теории вероятности. Понятно, что, попав в теорию вероятности, будущее частицы для исследователя становится непредсказуемыми. Понятно, что непредсказуемое будущее частицы и ее поведение становится для исследователя, таким образом, всегда случайным.

Непонятно одно - почему сам квантовый мир считается случайным, если случайны только наши прогнозы его поведения? Если мы не умеем даже исходного положения одной лишь частицы зафиксировать просто по характеру мыслительного процесса, присущего человеку, то не поторопились ли мы, назвав случайными все взаимодействия мира микрочастиц? Тем более что на выходе из этого из этой случайной мешанины взаимодействий квантов и элементарных частиц, почему-то всегда возникает поразительно стабильная и полностью прогнозируемая картина физического мира.  

 Вот здесь и приходит синергетика со своим обещанием отыскать истоки поразительной стабильности и прогнозируемости в хаосе элементарных частиц. Почему именно в хаосе микромира? Мы отвечали на этот вопрос - потому что на других уровнях материи источник порядка не обнаружен. Следовательно - надо искать в микромире, или ниже него.  

 А надо ли? Причем не только синергетически вот таким мечтательно-интуитивным путем, но и термодинамически, где хаос это отсутствие энергии, а порядок - много энергии? Да, так уж заведено в физическом мире, и с этим пока никто не спорит, что если в одной части какой-либо системы хаос повышается, то порядок в другой ее части соответственно понижается. При этом по-разному понимаются и порядок, и хаос, и физические основы переходов одного в другое, но в принципе мир миролюбиво признается и теми и этими некоей системой, в которой есть и хаос и порядок. При любых обстоятельствах для любой научной доктрины в любой действующей системе всегда существуют две эти зоны - порядка и хаоса.

Это тоже достижение термодинамики, которая понимает состояние мира как переход от порядка (высокие энергии) к хаосу (безэнергийное состояние) Синергетика же зоной хаоса определяет мир элементарных частиц, а зоной порядка - атомно-молекулярный и выше. Отсюда и вот это главное революционное синергетическое понятие - если существует такой порядок выше элементарного мира, то он может переходить в себя только из хаоса, а хаос у нас - микромир. Здесь надо только слегка оговориться, что "хаос" здесь понимается не как полная беспорядочность вообще с отсутствием взаимодействия, а как некая недостаточно организованная фаза процесса. Это не хаос вообще, а хаос, связанный со сравнительными эталонами, с состоянием порядка.  

 Сейчас просвещенный читатель уже приподнялся на стуле в нетерпеливом ожидании, когда же автор начнет рассказывать "о стреле времени", переходить к понятию необратимости и т.д. Можно присесть и расслабиться. Ни о чем таком дальше речи не пойдет. Потому что, по невежественному мнению автора, всё это лишь терминологическая трескотня, вводящая в заблуждение и тех, кто ею пользуется, и тех, кто пытается увидеть эти необратимости в переходах из хаоса в порядок, или из порядка в хаос. Хроники перетягивания на себя этой "стрелы времени" группами различных физических школ мало увлекают автора, потому что ему никак не удается понять одну простую вещь - где эти люди ухитряются увидеть уменьшение хаоса и повышение порядка в мировом процессе, или, наоборот, увеличение хаоса и уменьшение порядка в нем же? Автору наивно кажется, что данный процесс людьми обнаружен не в самом мире, а в научном видении этого мира.  

 Мы как-то давно говорили, что научное видение мира - это постоянное замещение самого мира какой-либо его частью, рассматриваемой в данный момент. Если говорить о мире как о физической картине, то его материя четко структурируется на различные свои уровни, участки, о каждом из которых есть свое отдельное знание. При данной структуризации мир не только заслоняется поочередно каким-либо участком знания о себе, он при этом еще и собирается в научном видении вот этими отдельными частями механистически из них же. Когда рисуют схемы существующих уровней материи, то это выглядит примерно так:  



Про «Зону качественного скачка» на рисунке пока ничего говорить не будем. О ней пойдет разговор дальше. А что сказать про остальное? Если смотреть слева направо, то, как открывали мир, так его здесь и нарисовали — от планет и до элементарных частиц. Если же теперь посмотреть наоборот, справа налево, то здесь, в этой схеме, наглядно представлено постепенное структурное усложнение материи от простых элементарных частиц к большим и сложным макрообъектам. На каждом новом уровне материи появляются новые типы связей, новые виды взаимодействий, новые явления и свойства. Когда мы научным оком видим только микромир, то не видим остальных уровней материи. И вот, если перед нами сейчас этот самый микромир, то он должен на наших глазах, одетых в синергетические очки, начать понижать свою хаотичность и передавать какой-то свой порядок высшим, организационно более сложным ступеням материи (атомам, молекулам и т. д.).

Мы в нетерпении хотим увидеть, как это будет происходить. Но пока мы видим лишь обратное — на этом этапе мы из свойств элементарных частиц вообще не можем вывести никаких свойств более сложных и системных образований материи. И даже форм движения этой более сложной материи в свойствах элементарных частиц микромира нет! Следовательно, усложнение материи происходит не за счет самоповторения качеств элементарного мира, а за счет появления новых свойств, никак не выводимых из характеристик микромира. Причем, более сложные формы материи не только сразу же содержат в себе характеристики, неведомые микромиру, но в них не проникают даже основные характеристики этого микромира. Наоборот! При переходе на более высшие ступени организации вещества, мы сталкиваемся вообще с прямой потерей микрочастицами всех основных характеристик, присущих их элементарному миру (волновые свойства, спин, четность и т. д). Откуда же берутся новые свойства организованной материи, собранной из элементарных частиц? Явно не из этих частиц, в которых этих свойств физически нет. Они там только математически разыскиваются.

Пусть разыскиваются. Мы же можем определить для себя, что здесь (в «Зоне качественного скачка») совершается очень странный и нигде более в материи не повторяющийся качественный скачок к совершенно другому и высокоорганизованному своему состоянию через какую-то физическую пустоту физически не вмещенного в себе нового качества. Причем это новое качество приходит физически буквально ниоткуда и, начинаясь именно здесь, не заканчивается уже далее нигде. Везде далее при повышении уровня сложности своей организации, все свойства структурных единиц материи не только сохраняются, но еще и возрастают с увеличением того количества материи, которое они из себя собирают. И это вполне понятно — что есть в единичном, должно тем более проявляться, если этого единичного становится всё больше и больше. Например, чем больше массы, тем больше на ней реализуется сила притяжения. И везде дальше всё так и происходит. И так и должно быть. Но этого нет именно при переходе от квантового мира к следующей по сложности ступени организации.

Если, когда-то выше, мы определили мир как систему со скрытым параметром, в котором происходят Случайности, которые мы называем случайностями только потому, что не видим их источников или причин, то мир элементарных частиц как раз и выглядит тем самым местом, где этот скрытый параметр себя проявляет. Он полностью случаен в нашем понимании (микромир), но из него тут же складывается абсолютно неслучайная организация закономерных взаимодействий физического мира. Микромир ничего не может из себя привнести в эту организацию, потому что в нем ничего подобного нет, следовательно, здесь есть какой-то «незнакомец», который делает мир единым, то есть через себя самого переводит квантовое поведение элементарных частиц в упорядоченное. Этот «незнакомец» и является владельцем этих новых свойств более сложной материи. И он же является владельцем Случая.
...
Сто лет продолжается соседство ньютоновской классической физики с теорией относительности. Классическая физика не только не уступила ни одной позиции, не только не расширила области своего применения, но и вообще не знает, что такое теория относительности. Что такое теория относительности, как говорят информированные люди, знают только один или два человека в мире. По существу это соседство не двух физик, а соседство одной физики с одним или двумя человеками, который знают, что где-то у них в голове есть еще и другая физика, только нигде не могут ее применить. Даже на отдельно взятой территории.

Даже после того, как объявили о кончине классической физики, как марксисты в свое время объявили о крахе капитализма. Опять удивительное историческое совпадение — первый марксистский опыт реального исторически масштабного раскачивания России в 1905 году, и первое появление ТО в официальном виде — тоже в 1905 году. Итог — от марксизма осталось то, что осталось от Ленина, и лежит в мавзолее, а от ТО осталось то, что и было с самого начала. ТО убереглась. Потому что неприменима в исторической практике. Она с самого начала уже была в мавзолее. Без потрясений для себя. Сразу слава и бессмертие без промежуточного трудного этапа практического позора. Завидная судьба.

А зачем мы вообще столько времени уделили ТО? Чтобы понять всего лишь одно — на подступах к последним рубежам материи наступил конец физике. Само существование теории относительности, это наиболее наглядный пример наступившего конца. Это понял Лоренц. Старик Лоренц, выросший на традициях классического понимания значения и смысла науки, конечно же, понял уже в 1905 году то, что поняли все остальные только в 1926 году, когда встретились пси-волна Шредингера с матричным исчислением Гейзенберга. Он уже в 1905 году увидел, как некая теория, выросшая из его наработок, пусть математически, но объясняет без эфира всё то, что он, (пусть тоже только математически), но объясняет с эфиром. Вот сейчас те эффекты, которые объясняются с помощью ТО, может объяснить еще приблизетльнно 20–30 научных систем с применением эфира. Всё, что может описать теория относительности, точно также может описать и вычислить с той же верностью и классическая электродинамика, основывающаяся на действии предполагаемого эфира, поскольку там тоже, как и в ТО одна лишь сплошная математика. Загвоздка только в одном — найдите в природе эфир и докажите физическим опытом, что он существует. Тогда на ТО будет поставлен крест. Эфира пока не нашли.

Но дело не в эфире. Дело в Лоренце. Если уж сегодня кто-то в таком количестве может решить проблему равноценной замены ТО для расчетов, то мог бы это сделать и Лоренц, создавший классическую электронную теорию. Почему Лоренц не предложил в качестве соперничающего с ТО, свой вариант? Потому что Лоренц понял, что когда совершенно противоположными базовыми физическими основаниями, с абсолютно исключающих друг друга позиций, физический мир успешно моделируется, то это не что иное, как — конец физике. Потому что в настоящей фундаментальной науке истина только одна и подкрепляется экспериментом. Поэтому Лоренц до конца жизни вообще отказывался от одного только упоминания о своем возможном участии в существующей славе ТО и всегда подчеркивал, что эта теория принадлежит Эйнштейну. Однажды на вопрос, а как относиться к тому, что «преобразование Лоренца» составляет основу расчетов ТО, а теория принадлежит только Эйнштейну, он досадливо махнул рукой — «мое преобразование? я дарю его этой теории»…

Не мог не видеть мудрый Лоренц всех этих физических уродцев, которых плодит эта теория. Пуанкаре — понятно. Он был более математиком, чем физиком. Это был математический спецназ, который появлялся там, где регулярные физические части уже не могли вести наступление или попадали в безвыходное положение. Пуанкаре помог, в частности, Герцу при открытии электромагнитных волн, подсказав, почему у того в опытах скорость волны не равна скорости света. Пуанкаре и Беккерелю при открытии радиоактивности всё считал, чего не смогли посчитать другие, и он же лоренцовские расчеты постоянно правил, а Лоренц также постоянно и публично благодарил его за проявленные при этом терпение и такт. Пуанкаре все эти четырехмерности и остальные причуды теории видел лишь в качестве удобного расчетного приема, и просто постоянно предупреждал физиков, что перенос этих расчетных приемов в природу, все же, требует прямого экспериментального подтверждения. Когда остыл к теории Лоренц, охладел к ней и Пуанкаре. Лоренц же остыл сам по себе, потому что, несомненно, понимал, что сон физического разума родит математическое безумие. И перестал в этом участвовать.

И, правильно сделал, потому что придет время, и никто не будет связывать его великое для науки имя с тем, например, заявлением, что наш мир четырехмерен, пространство в нем искривлено и пустоты нет. Никто не свяжет с именем Лоренца то, что гравитационные эффекты объясняются не силой притяжения Ньютона, а тем, что в этом искривленном пространстве планеты катятся по инерции под уклон вниз по круговым воронкам искривленного пространства.

И когда, наконец, зададут этот вопрос по-настоящему — почему же инерцию можно занулить (то есть, прекратить ее действие), а силу притяжения занулить нельзя, и не говорит ли это о том, что ТО полностью не согласуется с тем, что существует в природе — отвечать придется не Лоренцу. И когда, наконец, зададут по-настоящему этот вопрос — почему планеты никак под действием силы инерции не скатятся, наконец, в эти воронки искривленного пространства и не остановятся — отвечать придется тоже не Лоренцу. Лоренц не хотел за это отвечать (и за все остальное), и поэтому стал открещиваться. Он увидел, к чему это все приводит, хоть с эфиром, хоть без эфира. Потому что — физика уже бессильна.
...
Атомный мир и квантовые взаимодействия — это как книжка «Раскрась сам», где есть определенные известные точки физической картины, которые соединяются между собой различными теоретическими контурами. Зоны в пределах этих полученных контуров раскрашиваются физиками с помощью различных математических моделей. Во время заполнения таинственной пустоты очередного гипотетически вычерченного контура когда-то и возникло понятие о волновой природе вещества, и возникло оно как противодействие теории квантового скачка. Когда говорят о квантовом скачке, то, естественно, имеется в виду электрон, который перескакивает с орбиты на орбиту. Но при этом часто забывают, что речь-то идет не просто о скачущем электроне, речь идет о переходах из одного состояния в другое целого атома. И весь парадокс этих переходов состоит в том, что атом, (реально существующий атом), в процессе перехода из одного физического состояния в другое не имеет никаких промежуточных физических состояний!

Чтобы это понять во всей парадоксальности, представьте себе подростка, с которым вы знакомитесь в электричке, выясняете, что он мечтает стать знаменитым футболистом, беседуете далее, и он прямо в процессе своего монолога, непосредственно между звуками «а» и «б» следующего слова, превращается в старца
, который показывает в своем кабинете макеты мостов и виадуков, которые он за всю свою долгую жизнь настроил.

Именно такие чудеса творит с атомом электрон, когда меняет свои орбиты. При этом сам электрон также не имеет никаких промежуточных состояний. Он просто исчезает с одной орбиты и тут же появляется на другой. Это должно произойти абсолютно одновременно, иначе будет нарушен закон сохранения вещества. Смелые Бор и Гейзенберг решили, что не будет большой беды, если поверить в то, что природа в какой-то момент может стать непознаваемой, а вне природы может быть что-то, что этой природой руководит. Эта позиция встретила сильное внутреннее сопротивление Шредингера, который решил бороться за непрерывность материи насмерть, (почти две тысячи лет материя считалась непрерывной в изменениях, а тут — скачки!). Он создал волновую концепцию квантового мира, где вместо скачка было непрерывное пространственное изменение вещества в форме неких волновых пакетов. Но у него получилось, что у этих, спасающих материалистические традиции, волновых пакетов, … нет никакой массы.

То есть они, эти волны непрерывной материи, все-таки, — не материальны, поскольку у них нет никакой физической плоти. Так физика перешагнула тот самый порог «потрогать и увидеть». Впрочем, это более оказало влияние на самого Шредингера, который впоследствии склонился к идеалистическому мировоззрению. Основную же массу физиков такими простыми вещами, как нематериальная основа поведения материальных частиц, с толку не собьешь. Поэтому основная масса физиков — не Шредингеры. Но и они все горой стоят за шредингеровскую волновую механику, где электрон направляется некоей непрерывной волной.
...
« Последнее редактирование: 12 Апреля 2018, 20:27:00 от Oleg » Записан
Oleg
Модератор своей темы
Ветеран
*
Сообщений: 3143



Просмотр профиля
« Ответ #206 : 12 Апреля 2018, 20:28:05 »

end

Цитата:
http://nwalkr.tk/b/159713/read
- Будущее настоящего прошлого 1148K - Виктор Артурович Нюхтилин

.. Описывается просто по факту, по конечному итогу. А «как», да «почему», наука объяснить не берется. Ей это не нужно.
А не нужно ей это потому, что сложилось дурное положение, при котором наука отвечает только на некие «правильные» вопросы, то есть на те, которые могут быть сформулированы в системе распознаваемых ею научных методов. Неправильными же считаются все те вопросы, которые нельзя этими научными методами решить.

И всё это было бы совершенно не страшно, если бы наукой высокомерно не считалось, что правильные научные вопросы относятся к действительно бытийствующему, а неправильные — к выдумкам и дилетантским фантазиям. Однако даже на этом судейско-третейском принципе, даже у самой науки, никак не получается четко разграничить нашу действительность на заслуживающую внимания, куда наука смотрит, и на остаточно-сомнительную, куда наука смотреть даже не намерена.

Потому что уже в пределах самой науки, при рассмотрении несомненно действительных явлений мира, можно задавать любые вопросы, которые будут правильными, но наступит порог, за которым какой-то вопрос уже будет неправильным. Например — броуновское движение молекул. Задавай любой вопрос, и тебе на него ответят.

Один только вопрос не задавай, а именно — «что заставляет двигаться молекулы»? Это будет неправильный вопрос.
На него тебе ответят (возмущенно) — «ничто!». То есть, порог реальности, который отграничивается наукой, и за которым какая-либо иная реальность ею уже отрицается, самой же наукой может быть определен и отграничен очень легко даже в тех пределах, в которых она обитает по роду своих обязанностей.

Это одна из особенностей именно науки и только науки — способность совершать подобные умственные подвиги, когда удается разрывать что-то реально неразрывное в природе.

Ведь в природе, если реально существуют субъекты движения (молекулы), то таким же реальным должен быть источник их движения. Как будто мы должны поверить, что молекулы двигаются сами.
Неизвестно, насколько сами ученые верят в это, но еще никто не сказал, вместо «ничто» — «нечто, не распознаваемое наукой». То есть, всё, не распознаваемое наукой, считается сразу же нереальным. И в этом состоит основа ее метода, который сам себе присвоил полномочия выступать критерием реальности.

Где же располагается тот порог, за которым всё реальное уже называется наукой нереальным? Если вернуться к броуновскому движению в качестве близкого нам примера, то, учитывая, что эти самые молекулы движутся хаотично и беспорядочно, то есть, случайно, можно определенно сделать вывод, что как только что-то теряет предсказуемость именно в качестве последствий известных причин и становится случайным, наука опускает занавес представления.

Так и должно быть. На то она и наука. В самих ее принципах уже заложена эта идея выделения наиболее общих, повторяющихся и практически важных особенностей наблюдаемых объектов. Только для таких явлений наука вводит научные понятия, которые при этом обязательно должны выражаться количественно, то есть быть доступными измерению.

Все, что измерению не поддается, считается несущественным для научного метода и не признается своим. Таким образом, несмотря на саму сложность науки, в ее основе лежит метод упрощения реальных обстоятельств за счет исключения явлений, не вписывающихся в подвластные методы исследования, или не поддающиеся измерению. Строго говоря, наука — это статистическая идеализация действительности.
Записан
Oleg
Модератор своей темы
Ветеран
*
Сообщений: 3143



Просмотр профиля
« Ответ #207 : 02 Мая 2018, 06:23:17 »

ахахахаха

закидоны у великих стоящих на плечах гигантов тоже великие

а точнее узкий спецьялист подобен флюсу.. без рингсэ как без рук..

представления Ньютона на суть пространства, как на вместилище материальных тел, движущихся в этом пустом вместлище по законам Ньютона, в корне отличались от представлений Гюйгенса, согласно которому пространство не пустое, но заполнено под завязку вибраторами, которые себя никак не проявляют, до тех пор пока через пространство не проходит свет.

Цитата:
https://scisne.net/a-1819
http://flib.flibusta.is/b/426022/read
- Уроки атеизма 1079K скачать: (fb2) - (epub) - (mobi) - Александр Глебович Невзоров

Исаак Ньютон был убеждён, что метеориты – это чепуха, потому что им вообще неоткуда падать. И тот же самый Исаак был убеждён и горячо проповедовал, что в соотношении исторических и археологических данных Земля имеет 6 тысяч лет своего возраста.

Гюйгенс был абсолютно уверен в том, что на Юпитере настолько штормливые моря, что самой большой проблемой Юпитера является качественный такелаж для юпитерианского флота.

.. с Аристотеля, полагавшего, что метеориты – это «испарения земли, которые поднимаются ввысь, а приближаясь к некой «сфере огня», загораются и падают вниз». Можно припомнить его же трактовку существования палеонтологических останков: Стагирит объяснял их действиями «подземных подражательных сил, которые копируют происходящее на поверхности».

Роберт Бойль, который Бойль – Мариотт, обязывал рудокопов докладывать, на какой глубине начинаются демонские гнёзда, и описывать, как выглядят гнёзда демонов.

Кеплер считал, что кратеры на луне – это строения, которые воздвигли лунные жители, Фламмарион был убеждён, что на Луне есть растительность. А Галилео Галилей всерьёз полагал, что разговор Кеплера о том, что приливы и отливы это следствие влияния Луны, – это глупость и ребячество.

Гальвани до конца дней пребывал в уверенности, что открыл «электрический флюид», способный воскрешать мертвые организмы.

Коперник не сомневался в наличии описанных Птолемеем «хрустальных сфер неба». Он лишь скорректировал египтянина, сократив количество «сфер» с восьмидесяти до тридцати четырех. Это милое заблуждение даже вынесено в заглавие основного труда его жизни – «О вращении небесных сфер».

великий Гейгер, и Штарк, и Ланг, и даже Филипп Ленард активно участвовали в гитлеровском проекте по оснащению Третьего рейха атомным оружием. И даже безусловный авторитет, один из творцов квантовой теории Гейзенберг, больше других и с большим огоньком сделал для Третьего рейха в плане оснащения ядерным оружием, потому что именно Гейзенберг был автором и разработчиком атомного реактора, который для нацистской Германии должен был поставить сырьё для 10 или 12 атомных бомб сразу.

.. мы не вправе придавать гипотезе бога, даже если ею увлечен сам Ньютон или Гюйгенс, больше значения, чем проблеме дефицита пеньковых веревок на Юпитере.

http://flib.flibusta.is/a/8812
Записан
valeriy
Глобальный модератор
Ветеран
*****
Сообщений: 4025



Просмотр профиля
« Ответ #208 : 02 Мая 2018, 10:44:44 »

Глумиться над заблуждениями великих людей прошлого много ума не надо. Корчи из себя атеиста, на манер Александра Глебовича Невзорова, и вовсе не обязательно вникать в суть заблуждений. Но даже изучение заблуждений великих людей прошлого (почему они заблуждались, и в чем причина этих заблуждений) может дать очень много современным ученым в плане того, как самим не попасть в мутную пучину современных заблуждений.

Простой рецепт подсказывает - не надо ничем заниматься и ты не станешь очередной жертвой заблуждений. Но этот рецепт для маргинального общества, которому суждено остаться на обочине развития цивилизации.

А попыток познания истины без заблуждений не бывает. Примером является развитие современной теории поля. Ведь до сих пор люди не знают, что из себя представляет магнитное поле, например. Рисуют магнитные силовые линии, пытаясь показать как действует магнитное поле. И подобных поверхностных пониманий - "воз и прицепленная тележка".  В будущем найдется еще один атеист-правдоруб, который будет также глумиться над учеными конца двадцатого века, начала этого.
Записан
Oleg
Модератор своей темы
Ветеран
*
Сообщений: 3143



Просмотр профиля
« Ответ #209 : 03 Мая 2018, 03:50:13 »

даже изучение заблуждений великих людей прошлого (почему они заблуждались, и в чем причина этих заблуждений) может дать очень много современным ученым в плане того, как самим не попасть в мутную пучину современных заблуждений.

ну и что может дать современным ученым заблуджение про метеориты ? которые не могут падать с небесной тверди ? ибо там качественная кирпичная кладка сделанная руками самого всемогущего господа

из себя атеиста, на манер Александра Глебовича Невзорова

плохо же вы читали мою амриту..

а вот дзен-буддизм к примеру - по вашему религия ?

и монахи в монастырях там верующие ?

и в какого бога ?

глебыч про многое не в курсах но тут он хорошо порыл, видно достали его попы когда он был верующим в православие и пел в церковном хоре..

кстати вот - про путешествие одного истово верующего в библию -

https://rutracker.org/forum/viewtopic.php?t=4598515 - Дарвин Чарльз - Путешествие натуралиста вокруг света на корабле Бигль [Светлана Репина, 2013 г., 96 kbps, MP3]
+
https://www.youtube.com/watch?v=dAcEtOvVGgs&list=PL0ML1CaEtn_sup_0f60jzV2rjdh3UwWbl&index=7



https://www.google.ru/search?q=артемон&tbm=isch
« Последнее редактирование: 03 Мая 2018, 19:46:22 от Oleg » Записан
Страниц: 1 ... 12 13 [14]  Все Печать 
« предыдущая тема следующая тема »
Перейти в:  


Войти

Powered by SMF 1.1.10 | SMF © 2006-2009, Simple Machines LLC
© Квантовый Портал