Главная arrow Форум arrow Тематические разделы arrow Физика arrow Кто прав, Шрёдингер или Борн - "волна" одна и та же... атом Демокрита, орбиталь,
Главная
Поиск
Статьи
Форум
Файловый архив
Ссылки
FAQs
Контакты
Личные блоги
Кто прав, Шрёдингер или Борн - "волна" одна и та же... атом Демокрита, орбиталь,
Добро пожаловать, Гость. Пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь.
14 Декабря 2017, 07:13:29
Начало Помощь Поиск Войти Регистрация
Новости: Книгу С.Доронина "Квантовая магия" читать здесь
Материалы старого сайта "Физика Магии" доступны для просмотра здесь
О замеченных глюках просьба писать на почту quantmag@mail.ru

+  Квантовый Портал
|-+  Тематические разделы
| |-+  Физика (Модератор: valeriy)
| | |-+  Кто прав, Шрёдингер или Борн - "волна" одна и та же... атом Демокрита, орбиталь,
0 Пользователей и 1 Гость смотрят эту тему. « предыдущая тема следующая тема »
Страниц: 1 ... 7 8 [9]  Все Печать
Автор Тема: Кто прав, Шрёдингер или Борн - "волна" одна и та же... атом Демокрита, орбиталь,  (Прочитано 81442 раз)
valeriy
Глобальный модератор
Ветеран
*****
Сообщений: 3852



Просмотр профиля
« Ответ #120 : 03 Декабря 2017, 12:54:36 »

В результате вместо нелокальной квантовой информации в матрицах мышления появляются "эфиры" с волнами,потом Ньютоно-Картезианская эвклидова клетка... Так до Демокритовских неделимых "атомов" дойдем.
А чем тебе не нравится нелокальный квантовый эфир Аристотела. Следует отметить, что в античной Греции конкурировали две концепции эфира. Одна концепция Аристотеля, а другая Демокрита. У последнего эфир представлялся сборищем случайно блуждающих неделимых атомов в абсолютно пустом пространстве. То есть между атомами является абсолютная пустота. Эта концепция была мила многочисленным натуралистам в силу ее предельной ясности (можно сказать. эта концепция мила кондовым материалистам), до тех пор пока эксперимент Майкельсона и Морли не поставил под сомнение ее истинность.

Кстати, Ньютон для обоснования своих трех законов вынужден был принять концепцию абсолютно пустого пространства, чтобы никакие неучтенные факторы не мешали бы строгому выполнению законов. Очевидно, должно полностью отсутствовать трение для выполнения первого закона Ньютона. В данном случае можно заметить, что Ньютон как истинный физик, отметая все лишнее, что мешало бы объяснить действие законов (вспомните действие бритвы Оккама).

У Аристотеля эфир в корне иной. У него нет абсолютных пустот в пространстве. Все пространство заполнено особой средой, которую он называл эфиром. В отличие от эфира Демокрита, она не поддается такой легкой интерпретации, поскольку, как подчеркивал Аристотель, она не имеет аналогов среди знакомых земных элементов. Вот почему эфир Аристотеля оказался так мил средневековым схоластам всех мастей и теологам в том числе.
Записан
Oleg
Модератор своей темы
Ветеран
*
Сообщений: 2060



Просмотр профиля
« Ответ #121 : 03 Декабря 2017, 13:00:47 »

попытки заболтать эксперимент с доской не пройдут. Где дощечные экспериментальные данные из реального эксперимента с доской пронзающей вселенные ?

а маслично -дощечные подобия могут отражать только одну из граней реальности. как

+ без дойча вы не объясните наличие юнговских синхроний.. ну вот никак хоть тресни

когда нановаттное событие в мозге микрокосма вызывает в макромире события несопоставимые ни с каким "спрятанным зелёненькими усилителем мозговолн" поблизости.. некоторые события даже усилить то непонятно как
« Последнее редактирование: 03 Декабря 2017, 13:22:17 от Oleg » Записан
Станислав
Ветеран
*****
Сообщений: 817


Просмотр профиля
« Ответ #122 : 03 Декабря 2017, 13:13:07 »

Ньютон как истинный физик, отметая все лишнее
отметают все лишнее только религиозные догматики, каким и был Ньютон.
Записан
valeriy
Глобальный модератор
Ветеран
*****
Сообщений: 3852



Просмотр профиля
« Ответ #123 : 03 Декабря 2017, 13:52:07 »

попытки заболтать эксперимент с доской не пройдут.
хде ета доска пронзающая мультиверсные миры покажьте мне сначала
Для особо одаренных. Читаем еще раз и конспектируем:
Возможные миры — одно из средств интерпретации вероятности, гипотетических суждений и т. п. В связи с этим, ряд философов, в частности Дэвид Льюис, утверждает, что любой возможный мир реализуется, поскольку возможность и действительность — два дополнительных свойства одного и того же мира.
Вот, по сути, Дэвид Льюис и описал действие случая, который верен для доски Гальтона.

Когда мы подбрасываем монету и в зависимости от того, как она ляжет, мы решаемся выполнять вполне определенное действие - мы совершаем выбор из двух альтернатив. Это вовсе не означает, что не выбранная альтернатива существует в какой-то параллельной вселенной. Если вы полагаете, что параллельная вселенная остается существовать в памяти субъекта, то в данном случае память является только слепком, хранящемся наподобие костей динозавров в прошлом, который удаляется и постепенно меркнет со временем. Кости динозавров только говорят о том, что когда-то давно была жизнь, отличная от нашей действительности.
Записан
valeriy
Глобальный модератор
Ветеран
*****
Сообщений: 3852



Просмотр профиля
« Ответ #124 : 03 Декабря 2017, 14:00:54 »

без дойча вы не объясните наличие юнговских синхроний.. ну вот никак хоть тресни
Юнговские синхронии вполне объясняются признанием существования безбрежного океана сверхтекучей квантовой среды, поскольку именно в такой среде возможны проявления сверхдальних корреляций. Как видите здесь также не обойтись без квантовой механики. Но в отличие от Хью Эверрета или Дэвида Дойча здесь не требуется привлекать каких-то дополнительных гипотез о расщеплении на параллельные вселенные. Здесь особую роль играет сверхтекучая фаза, или как принято говорить - конденсат Бозе-Ейнштейна, благодаря чему осуществляется почти мгновенная передача на далекие расстояния.
Записан
Oleg
Модератор своей темы
Ветеран
*
Сообщений: 2060



Просмотр профиля
« Ответ #125 : 03 Декабря 2017, 14:12:31 »

Это вовсе не означает, что не выбранная альтернатива существует в какой-то параллельной вселенной.
дойч так и не прочитан..?

Когда мы подбрасываем монету...

а чтобы ви таки сказали на юнговскую синхронию например 20из20 выпаданий орла вызываемую биохимическими процессами в мозге мощность которых микроватты

или про человека который зайдя к вам в гости убил бы "мыслью" не только ваш комп, телек, мабилу.. но и лампочку накаливания(!) под потолком.. вероятность тут какая ?
а уж про тех кто как-то "подгоняет" нужные им события типа встречи с нужным человеком или дождь..

для неособо одарённых гуглим _эффект Паули && синхронии

там особливо интересно как его не подпускали к заводам где клепали ядрёную бомбу

к примеру вотъ

Цитата:
http://castalia.ru/posledovateli-yunga-perevody.html?start=100
Дэвид Линдорф. Юнг и Паули

Глава 1.
Совесть физики: Надвигается буря
«Формальная вежливость есть великая ересь, и эта догма для меня непоколебима. [Она] должна быть безжалостно вырвана из человеческих отношений»
Вольфганг Паули
… Именно в Гамбурге получил своё название эффект Паули – его легендарная способность влиять на физические явления одним своим присутствием. Георгий Гамов, один из первых приверженцев теории Большого взрыва, заметил: «Паули прославили три вещи: принцип Паули (принцип исключения), нейтрино и эффект Паули»[15]. Разумеется, упоминание эффекта Паули было шуточным, да и сам эффект порой вызывал курьёзные ситуации. Эрвин Панофский, знаменитый историк искусства, вспоминает обед с Паули и еще одним общим другом в дни их юности в Гамбурге. Поднявшись из-за стола после продолжительной трапезы, двое из них обнаружили, что всё это время сидели во взбитых сливках, и только стул Паули был девственно чист[16]. Характерным для эффекта Паули было то, что он никогда не затрагивал самого Паули[17].
Эффект Паули иногда доходил до крайности. В возрасте пятидесяти лет Паули писал (в шутку ли?) своему другу Карлу Майеру, некогда работавшему с Юнгом, что циклотрон в Университете Принстона полностью уничтожен огнём неизвестного происхождения, и предполагал, что здесь не обошлось без эффекта Паули.
Эффект Паули широко обсуждался, и некоторые относились к нему очень серьёзно. Физик-экспериментатор Отто Штерн был настолько убеждён, что его аппаратура будет работать неправильно в присутствии Паули, что просил последнего держаться подальше от своей лаборатории во время важных экспериментов (подчёркивая свою абсолютную серьёзность). Даже присутствие Паули в проходящем мимо поезде могло вызвать катастрофу. Скептики могут сказать, что эффект бессознательно вызывала сама «жертва», но истории о нём заставляют склоняться к другой точке зрения. Гейзенберг говорил, что сам Паули воспринимал эффект полушутя, а коллега Паули Маркус Фирц, напротив, утверждал, что Паули глубоко в него верил. По словам Фирца, «Паули испытывал неприятное напряжение перед грядущей катастрофой. Затем, когда она происходила, он ощущал необычайную лёгкость»[18]. Фирц считал это проявлением синхронистичности, о которой будет подробнее сказано далее. Дальнейший интерес Паули к синхронистичности и взаимосвязи психе и материи можно частично приписать эффекту Паули.
Однако за всем этим скрывалось нечто более глубокое: теневая сторона личности Паули. Ральф Крониг, первый ассистент Паули, так описал своё первое впечатление при встрече с ним: «Он выглядел совсем не так, как я ожидал, но я сразу же почувствовал некое энергетическое поле вокруг него; оно зачаровывало, но и вызывало смутное беспокойство»[19]. И действительно, Паули считал себя мистиком. Некоторые его мистические воззрения известны нам из писем, другие остаются тайной и по сей день. Однажды он сказал одному из ассистентов, что, по его мнению, на смену христианству придёт нечто другое, но не уточнил, что именно. Насколько мне известно, он так и не развил эту идею.
Маркус Фирц, годами тесно общавшийся со своим коллегой, говорил, что с ним легко ладить, но никогда не называл его своим другом, считая, что в их отношениях необходима определённая дистанция. Фирц ценил прежде всего «вечного Паули»[20].

Юнговские синхронии вполне объясняются признанием существования безбрежного океана сверхтекучей квантовой среды, поскольку именно в такой среде возможны проявления сверхдальних корреляций.

ну и где там будет усиление сигнала - нановатта до мегаватт ? и где пропеллер в мозгу который завихряет этот эфир-кефир ?
(уж не говорю о соблюдении "формы" его реализации как там "сделать хотел козу.. https://www.youtube.com/watch?v=k4NH37zezFo )
+
Притча про вызывателя дождя - была тут http://quantmag.ppole.ru/forum/index.php?topic=574.msg73401#msg73401
Записан
valeriy
Глобальный модератор
Ветеран
*****
Сообщений: 3852



Просмотр профиля
« Ответ #126 : 03 Декабря 2017, 14:13:15 »

отметают все лишнее только религиозные догматики, каким и был Ньютон.
Я не отрицаю что Ньютон был религиозно озабочен Религиозные взгляды Исаака Ньютона. Но при обосновании трех своих знаменитых законов он пристальное внимание уделял проблеме четкого восприятия пространства времени: Пространство и время (классическая механика И. Ньютона и теория относительности А. Эйнштейна):
Цитата:
Раскрывая сущность времени и пространства, Ньютон характеризует их как «вместилища самих себя и всего существующего. Во времени все располагается в смысле порядка последовательности, в пространстве — в смысле порядка положения». Он предлагает различать два типа понятий пространства и времени: абсолютные (истинные, математические) и относительные (кажущиеся, обыденные) и дает им следующую типологическую характеристику:

§ Абсолютное, истинное, математическое время
само по себе и по своей сущности, без всякого отношения к чему-либо внешнему, протекает равномерно и иначе называется длительностью.

§ Относительное, кажущееся, или обыденное, время
есть или точная, или изменчивая, постигаемая чувствами, внешняя мера продолжительности, употребляемая в обыденной жизни вместо истинного математического времени, как-то: час, день, месяц, год.

§ Абсолютное пространство
по своей сущности, безотносительно к чему бы то ни было внешнему, остается всегда одинаковым и неподвижным.

§ Относительное пространство
есть мера или какая-либо ограниченная подвижная часть, которая определяется нашими чувствами по положению его относительно некоторых тел и которое в обыденной жизни принимается за пространство неподвижное.

Из определений Ньютона следовало, что разграничение им понятий абсолютного и относительного пространства и времени связано со спецификой теоретического и эмпирического уровней их познания. На теоретическом уровне классической механики абсолютное пространство и время играли существенную роль во всей причинной структуре описания мира. Они выступали в качестве универсальной инерциальной системы отсчета, так как законы движения классической механики справедливы в инерциальных системах отсчета. На уровне эмпирического познания материального мира понятия «пространство» и «время» ограничены чувствами и свойствами познающей личности, а не объективными признаками реальности как таковой. Поэтому они выступают в качестве относительного времени и пространства.
« Последнее редактирование: 03 Декабря 2017, 14:37:11 от valeriy » Записан
Oleg
Модератор своей темы
Ветеран
*
Сообщений: 2060



Просмотр профиля
« Ответ #127 : 03 Декабря 2017, 17:03:11 »

«вместилища самих себя

почему если макрокосм может "сам себя вмещать в себя" - а микрокосм по-вашему - нет ?

жеж алфизика чистой воды Головин в амрите приводился

https://www.google.ru/search?q=Ньютон+алхимик
Записан
valeriy
Глобальный модератор
Ветеран
*****
Сообщений: 3852



Просмотр профиля
« Ответ #128 : 03 Декабря 2017, 17:05:36 »

когда нановаттное событие в мозге микрокосма вызывает в макромире события несопоставимые ни с каким "спрятанным зелёненькими усилителем мозговолн" поблизости.. некоторые события даже усилить то непонятно как
Пока что это всего высказывания человека, изумленного услышанным событием, а потому , в силу эмоциональной окраски услышанного, в стократ усиленного своим собственным описанием события. Как, например, описание феномена Паули, данное Дэвидом Линдорфом. Известен эффект приукрашивания происходящего, если человек, к тому же, является неординарной личностью. Так, например, приукрашивали некоторые поступки Льву Ландау, Зельдовичу, Капице и другим неординарным личностям. И это вполне нормально в человеческом обществе, как говорится шаг за шагом из человека делают икону. Достаточно взглянуть на пантеоны святых в религиях разного толка. Чтобы ту или иную личность внести в пантеон святых, надо привести доказательства сотворения чуда этим человеком при жизни. Смотри например Святые Римские Папы
или про человека который зайдя к вам в гости убил бы "мыслью" не только ваш комп, телек, мабилу.. но и лампочку накаливания(!) под потолком.. вероятность тут какая ?
а уж про тех кто как-то "подгоняет" нужные им события типа встречи с нужным человеком или дождь..
Это ваше желание подчеркнуть свою значимость, что вы что-то знаете такое, кому не дано знать. Я не прошу факты, поскольку факты в этим вопросе сами нуждаются в дополнительной верификации. А это дело очень затратное на сегодняшний момент. Вот почему наука пока старается обходить стороной эти вопросы. Впрочем, не отвергая их по принципу - "этого не может быть, потому что не может быть никогда".

Ну а если по серьезному говорить, то следует начинать с того, что выдвигать исходные постулаты (если угодно, что-то вроде "строительных лесов"), на которых возводится далее конструкции, объясняющие наблюдаемые эффекты. Постулаты - это не высосанные из пальца посылки, а утверждения, покоящиеся на жестких фактах, как например, "две параллельные прямые никогда не пересекаются".

Что можно сказать о бренном человеческом существе. Пока что следующее, что жизнь на Земле зародилась в воде. А поэтому вода является матерью и купелью всего живого, даже если некоторые живые виды покинули водные просторы и вышли на сушу. Они с собой унесли воду в организме. Человек на 75% состоит из воды, а при рождении и вообще включает почти 95%. По мере взросления и включения в социум, происходит утряска за счет накопления из внешней среды минеральных компонент, как например кальция - костного строительного материала.

Шаг за шагом формируется сложнейшая фрактальная структура, пропитанная водой вплоть до мельчайших деталей. Или можно сказать наоборот - фрактальная гребенка погружена в водный бассейн, который смачивает ее во всех мельчайших деталях.

Обрати внимание, что вся эта фрактальная гребенка выполняет роль своеобразной антенны, связывающей живой организм через воду, а точнее через постоянно флуктуирующие ионы водорода, с тем самым сверхпроводящим квантовой субстратом - с Аристотелевским эфиром, если угодно. Я не утверждаю, что все живые организмы поголовно так надежно связаны с этим квантовым субстратом. Но только часть из них, наделенных особой конструкцией этой гребенки, могут чувствовать такую связь.

Предвижу вопрос - что из себя представляет эта гребенка. Преимущественно она включает в себя микротрубочки клеточного склетона, белки, встроенные в мембраны клеток. Как это работает, вот над этим и приходится работать ученым, пока (до поры до времени) не заморачиваясь тем, как все это хозяйство связывает живой организм со сверхтекучим квантовым субстратом.
Записан
Oleg
Модератор своей темы
Ветеран
*
Сообщений: 2060



Просмотр профиля
« Ответ #129 : 03 Декабря 2017, 17:53:32 »

о тевтонах-невтонах

Цитата:
http://lib100.com/mag/book_alchemy/doc/
«Книга алхимии. История, символы, практика»: Амфора; Санкт-Петербург; 2008
ISBN 978-5-367-00706-0

перечень известных людей, посвятивших немало времени проблемам алхимии: Авиценна, Парацельс, Альберт Великий, Роджер Бэкон, Фома Аквинский, Раймонд Луллий, Гельвеций и другие. Этот список можно продолжать долго, но, возможно, самым убедительным примером в нем будет имя Исаака Ньютона, чья научная репутация никогда не подвергалась сомнению.
Ньютон всерьез занимался исследованием вопроса трансмутации металлов. Неужели он делал это только ради того, чтобы разбогатеть или прославиться? Славы ему было не занимать, а разбогатеть в этом мире, как известно, можно и множеством других, гораздо более легких способов.
Правда, многие и до сих пор пытаются отрицать причастность серьезных ученых к алхимическим штудиям. Например, отрицается факт написания алхимических трактатов Фомой Аквинским и Парацельсом. Ньютон же и вообще не опубликовал ни одной строчки, специально посвященной превращению одних металлов в другие. Однако вот что пишет по этому поводу наш замечательный ученый С. И. Вавилов: «Если иметь в виду алхимика как бытовую фигуру прежних времен, т. е. обманывающего или обманутого человека, применяющего магические заклинания к химическим операциям, опирающегося только на традицию старых книг, рукописей и легенд и лишенного критической мысли и чутья естествоиспытателя, то, конечно, не может быть и мысли о Ньютоне-алхимике. С другой стороны, основная идея алхимии – мысль о многообразии превращений вещества, о возможности трансмутаций металлов и элементов вообще. С этой идеей у Ньютона мы встречаемся всюду, в частности и трансмутация металлов не казалась для него принципиально исключенной. Если иметь в виду эту черту алхимии, то можно сказать, что Ньютон занимался алхимией».
Более того, благодаря изучению библиотеки Ньютона, в которой значилось около сотни книг по химии и алхимии, а также его рукописного наследия, все сомнения в интересе замечательного ученого к «закрытой» науке рассеиваются окончательно. Вот что он писал Локку 26 января 1692 года: «Я слышал, что Мр. Бойль сообщил свой процесс относительно красной земли и ртути Вам, так же как и мне, и перед смертью передал некоторое количество этой земли для своих друзей». А вот письмо тому же адресату от 7 июля того же года: «Вы прислали мне земли более, чем я ожидал. Мне хотелось иметь только образец, так как я не склонен выполнять весь процесс… Но поскольку Вы собираетесь его осуществить, я был бы рад при этом присутствовать». Уже почти в середине XX века один из исследователей творческой лаборатории Ньютона обнаружил в его бумагах следующую запись своего давнего предшественника Стекеля: «Он написал также химическое сочинение, объясняющее принципы этого таинственного искусства на основании экспериментальных и математических доказательств; он очень ценил это сочинение, но оно, по несчастью, сгорело в его лаборатории от случайного огня».
Так ли уж от «случайного огня» сгорело «химическое» сочинение Ньютона? Возможно, в гибели его повинно получение ученым поста директора Монетного двора. В XVII веке, когда среди широких кругов населения уже повсеместно распространилось мнение о том, что алхимия относится к разряду магии и колдовства, такое сочетание не сулило ничего хорошего. Один только слух о том, что директор Монетного двора «превращает медные фартинги в блестящие золотые гинеи» мог посеять в Англии настоящую панику. Но сомнение в «случайности» огня, уничтожившего уникальную рукопись, еще сильнее возникает после чтения письма Ньютона Ольденбургу, написанного 26 апреля 1676 года, после публикации Бойлем статьи «Экспериментальное рассуждение о нагревании ртути с золотом». «Способ, коим ртуть пропитывается, может быть похищен другими, которые о нем узнают, а потому не послужит для чего-либо более благородного; сообщение этого способа принесет огромный вред миру… Поэтому я не хотел бы ничего, кроме того, чтобы великая мудрость благородного автора задержала его в молчании до тех пор, пока он не разрешит, каковы могут быть следствия этого дела, своим ли собственным опытом, или по суждению других, полностью понимающих, что он говорит, т. е. истинных философов-герметиков?.
Значит, «процесс» все же имел место. А возможно, являются истинными и некоторые из тех фактов, что сохранила нам история алхимического делания о якобы удавшихся трансмутациях. Обычно в этом ряду прежде всего рассматривают истории, связанные с известными учеными ван Гельмонтом и Гельвецием. В 1618 году ван Гельмонта в его лаборатории в Вильворде посетил некто, сразу же начавший с ним разговор о герметическом искусстве. Ван Гельмонт немедленно остановил его, заявив, что считает алхимию суеверием и не собирается говорить на эту тему. Однако собеседник оказался настойчив и предложил ученому убедиться в истинности алхимии своими глазами. Для этого незнакомец насыпал на небольшой листок бумаги несколько гран порошка и положил на стол. Остановив его в дверях, ван Гельмонт спросил, не собирается ли он вернуться и узнать о результатах испытаний.
Незнакомец ответил, что в этом нет никакой необходимости. «Но почему вы обратились с этим предложением именно ко мне?» – «Чтобы убедить в истине заслуженного ученого, чьи труды делают честь его стране». Ван Гельмонт в точности выполнил все инструкции незнакомца. Взял тигель, положил туда восемь унций ртути, а когда металл накалился, бросил туда порошок, предварительно завернув его в бумажку. Затем накрыл тигель крышкой и подождал четверть часа. По прошествии этого времени ученый резко охладил тигель, плеснув на него воды, и снял крышку. На дне тигля он обнаружил кусок золота, равный по весу использованной ртути. «Я видел и держал в руках Философский Камень. Это был порошок шафранного цвета, очень тяжелый, и он блестел, как осколки стекла», – писал ван Гельмонт в опубликованной вскоре после этого случая книге «Сад медицины».
...
их привлекало исследование тайных законов природы, мимо которого ни один истинный ученый пройти не может. Но подобными исследованиями можно заниматься и не обращаясь к алхимии, чему в истории науки существует бесконечное множество примеров. Какой же специфический момент, интересовавший этих достойных людей, заключался именно в этой, долгое время считавшейся оккультной, дисциплине?
Для поиска ответа я предлагаю обратиться к исследованию известного швейцарского ученого XX века, не одно десятилетие занимавшегося изучением феномена алхимии, Карла Густава Юнга. Вот что он пишет в своей книге «Психология и алхимия»: «Я думаю, что во время химического эксперимента оператор испытывал определенный психологический опыт, который проявлялся в нем как особое поведение химического процесса» (§ 346). И еще одна цитата: «Хотя их труды над ретортами представлялись серьезной попыткой открыть секреты химических превращений, они были в то же время – и часто в ошеломляющей степени – отражением параллельных психических процессов… подобных таинственному изменению субстанции…» (§ 40). Таким образом, этот выдающийся психолог XX века сразу же перемещает акцент с исследования алхимиками материальной природы металлов и химических превращений вещества на личность самого исследователя. Иными словами, не веря в действительную возможность трансмутации металлов, Юнг увидел задачу алхимии совсем в другом – в преобразовании алхимиком самого себя.
Но не слишком ли категоричен такой вывод? Ведь если согласиться с его утверждением, то придется признать, что алхимик фактически всегда занимался не чем иным, как только исследованием своей собственной природы. Однако факты свидетельствуют о том, что из недр алхимии выросли химия и медицина – действительные практические дисциплины, которые не могли появиться без реального выполнения определенных процессов. В таком случае получается, что алхимик стремился осуществить завет Дельфийского оракула «познай самого себя» не одним только умозрительным размышлением, то есть философствованием, а еще и детальнейшим практическим изучением скрытых от внешнего наблюдателя законов преобразования материи. Значит, с одной стороны – философия, с другой – практика, заключающаяся в личном проведении научных экспериментов. Не об этом ли, прежде всего, и свидетельствует выражение Ньютона: «Non potest fieri scientia per visum solum»,  что, в свою очередь, весьма недвусмысленно перекликается с классическим тезисом алхимиков – Post laborem scientiam?
Итак, получается, что всякий алхимик непременно сочетал в своей деятельности два рода познания: высокую философию с ее бессмертным заветом «познай самого себя» и чисто практическую деятельность – врачевание или экспериментальное исследование природы. Этот вывод полностью подтверждается всей историей алхимии. В связи с этим возникает естественный вопрос: а разве не такой и должна быть любая истинная наука?
..
истинные алхимики обязательно учитывали в своей практике личные человеческие качества исследователя! И последнее, как ни покажется это кому-нибудь странным, имеет в алхимической практике решающее значение. Именно то, из-за чего отвергали и отвергают алхимию все «серьезные» люди, привыкшие принимать за истинно научное лишь то, что происходит «независимо» от личных человеческих качеств, и является одним из важнейших ее достижений. Ведь как раз благодаря этой внимательности они восприняли не только материальное единство всего сущего, но и единство духовное. Если же сегодня следовать мнению большинства, то по-настоящему истинным ученым может быть только бездушный автомат, холодно и методично регистрирующий всякое внешнее проявление. Не отсюда ли все моральные проблемы XX века? Вот что пишет Луи Повель в книге «Утро магов»: «Алхимики при проведении своих исследований всегда учитывали моральные и религиозные аспекты, в то время как современная физика – наука без совести…»
А разве можно людям без совести доверять знание о таких тонких вещах, которые постигали алхимики в своих скрытых от глаз людей лабораториях?! Вспомните письмо Ньютона Ольденбургу. Ведь основной секрет алхимии заключается в том, что существует способ манипулирования материей и энергией. И этот способ позволяет создавать то, что в современной науке называется силовым полем. Причем такое силовое поле воздействует не только на предметы манипулирования, но и на самого наблюдателя. Последнее для алхимиков куда более важно, и в соответствии с этим первовеществом для них является не что иное, как собственное тело

Известен эффект приукрашивания происходящего, если человек, к тому же, является неординарной личностью. Так, например, приукрашивали некоторые поступки Льву Ландау, Зельдовичу, Капице и другим неординарным личностям.

то что синхронии не приукрашивания кондовому скептику можно убедиться естессно только на себе.. если лень иль неохота немного понаблюдать за собой со стороны непредвзято - сие "собиратель чужих мнений" которого легко склонить к чему угодно ..

вот Терра которая прочитала Курилова (который не стремился ни к известности ни к славе) - подтвердит
http://www.koob.ru/kurilov/

фракталами в голове вызвать дождевые тучи и потоп когда тонны воды сверху - это ни одна мегаваттная антенна не потянет

и уж совсем непонятно как происходят "временнЫе подгонки" - вот идёт адептус-ньютонус, подумал о ком-то - а он ему навстречу в тот же момент

или вещие сны предсказамусов, Ванга , Мессинг, .. - это чего - тож ефир завихрился и "пронзил время" ? а что такое "время" у эфиристов ? у Дойча оно "в теории" а кефиристы зависают..

фрактальная гребенка выполняет роль своеобразной антенны, связывающей живой организм через воду, а точнее через постоянно флуктуирующие ионы водорода, с тем самым сверхпроводящим квантовой субстратом - с Аристотелевским эфиром

да кругом полно этих гребёнок но толку от них



« Последнее редактирование: 04 Декабря 2017, 02:02:57 от Oleg » Записан
Oleg
Модератор своей темы
Ветеран
*
Сообщений: 2060



Просмотр профиля
« Ответ #130 : 03 Декабря 2017, 21:11:41 »

кто был герметик а кто нет

Цитата:
http://lib100.com/philosophy/nauchnaya_racionalnost/doc/
Гайденко П.П. Научная рациональность и философский разум. - М.: Прогресс-Традиция, 2003. - 528 с.

Только квантовая гипотеза Планка, логические следствия которой до сих пор еще ждут своего анализа, выводит за пределы горизонта, очерченного аристотелевской теорией континуума» (Wieland W. Die Aristotelische Physik. S. 278-279).

6. Герметизм и физика Ньютона

С критикой картезианской механики в последней трети ХУЛ века выступил Исаак Ньютон. Целый ряд возражений Декарту Ньютон сформулировал еще б 1670 году53, а спустя 17 лет, в «Математических началах натуральной философии» 6н предложил отличную от картезианской научную программу.
..
Ньютонова трактовка христианской теологии и прежде всего догмата о творении мира существенно отличается от картезианской; в немалой степени она определяется, по-видимому, тем влиянием, которое оказали на Ньютона кембриджские неоплатоники, прежде всего Генри Мор, а также оккультно-герметическая традиция, С которой неоплатонизм был тесно связан54.

Выше был рассмотрен вопрос о том, как оккультно-герметическая установка эпохи Возрождения повлияла на самосознание человека, поставив его и его возможности на небывалую высоту. А вот теперь посмотрим, каким образом магико-оккультные течения оказали воздействие на ученых и в плане содержания тех идей, которые определили характер новоевропейской науки56.

Если у Декарта свойства тел сводятся к протяжению, фигуре и движению, причем источником движения Декарт, как мы знаем, считает трансцендентного миру Бога, то Ньютон присоединяет к перечисленным свойствам еще одно — силу, и это последнее становится у него решающим. Сила, которой наделены все тела без исключения как на Земле, так и в космосе, есть, по Ньютону, тяготение. «Подобно тому как нельзя представить себе тело, которое бы не было протяженным, подвижным и непроницаемым, так нельзя себе представить и тело, которое бы не было тяготеющим, т. е. тяжелым», — пишет в Предисловии к «Началам» Роджер Коте56.

Сила тяготения тел есть та причина, с помощью которой, как убежден Ньютон, можно объяснить, а не только математически описать явления природы. Это та последняя причина, к которой восходит всякое физическое, или механическое, познание природы. Сама же она, как подчеркивают Ньютон и его последователи, в рамках механики объяснена быть не может. «Я изъяснил, — пишет Ньютон, —небесные явления и приливы наших морей на основании силы тяготения, но я не указывал причины самого тяготения.

Упрекая Декарта в том, что он изгнал из природы все, что не сводится к протяжению и механическому движению, включая всякую силу и всякое активное начало, Ньютон решительно возражает против отождествления материи с пространством — отождествления, играющего в физике и философии Декарта ключевую роль. Ньютон хочет возвратить природному телу, природному миру в целом важнейшую долю того, что Декарт безоговорочно приписал трансцендентному — внемирному — Богу.

Интересно в этом отношении рассмотреть ньютоново понимание закона инерции. Вот как его формулирует английский ученый в «Началах»: «Врожденная сила материи есть присущая ей способность сопротивления, по которой всякое отдельно взятое тело, поскольку оно предоставлено самому себе, удерживает свое состояние покоя или равномерного прямолинейного движения»б8. На первый взгляд, это определение мало чем отличается от картезианского: «Всякая вещь... продолжает по возможности пребывать в одном и том же состоянии и изменяет его не иначе, как от встречи с другими»6'. Однако внимательный анализ позволяет раскрыть существенное отличие ньютоновского понимания инерции от декартова. Приведем ньютонову формулировку первого закона механики на латинском языке: «Corpus omne perseverare in statu suo quiescendi vel movendi uniformiter in directum, nisi quatenus a viribus impressis cogitur statum ille mutare» («Всякое тело сохраняет свое состояние покоя или равномерного прямолинейного движения, пока приложенные к телу силы не вызовут изменения этого состояния»). Обратим внимание на глагол perseverare, который переводится как «сохранять», «удерживать». В латинском этот глагол имеет несколько значений: продолжать, продолжаться, длиться, но также и упорствовать, быть настойчивым, упорно держаться. Думается, что Ньютон не случайно употребил именно глагол perseverare, а не, скажем, manere, который тоже имеет значение сохраняться, длиться, пребывать. Ему важно было подчеркнуть не просто дление того или иного состояния — покоя или движения, а упорство тела

в сохранении своего состояния, которое предполагает наличие некоторого стремления, силы, крепости этого тела противостоять всякой тенденции к уничтожению его настоящего состояния.

В отличие от Декарта, который видел основу закона инерции в том, «что Бог незыблем и что он простейшим действием сохраняет движение в материи»60, будучи при этом полностью отрешенным от природы и вынесенным за ее пределы, Ньютон подчеркивает, что активное начало, начало силы и деятельности, а также упорство в самосохранении присуще самой природе и природным телам. Разумеется, Ньютон тоже убежден, что мир есть творение Божие, но как само это творение, так и отношение между Богом и миром он понимает совсем не так, как Декарт. «...Мы не можем, — пишет Ньютон, — полагать тела, не полагая в то же время, что Бог существует и что Он сотворил тела в пустом пространстве из ничего... Но если мы вместе с Декартом говорим, что протяженность есть тело, не открываем ли мы тем самым дорогу атеизму?..

7. Пантеистическая тенденция теологии Ньютона: протяженность Бога

Как видим, здесь идет полемика не просто ученых, но скорее теологов, по-разному толкующих природу и сущность Бога и шире — сущность духа вообще. У Декарта Бог — чисто духовное, а потому непротяженное бытие, бытие сверхприродное, трансцендентное, поскольку природа есть в первую очередь протяжение, которое у Декарта тождественно материи. Что касается Ньютона, то он различа

ет протяженность и телесность, полагая, что Бог бестелесен, но протяжен, а значит протяженность есть нечто нетварное, совечное самому Богу62. И если у Декарта материя рассматривается как протяжение прежде всего, то у Ньютона она есть скорее сила.

Судя по всему, Ньютон в этом вопросе идет за Генри Мором, тоже считавшим, что Бог «протяжен на свой манер», и полемизировавшим с Декартом, который мыслил Бога как непротяженную субстанцию. В письме к Декарту от 11 декабря 1648 г. Мор следующим образом обосновывает эту свою точку зрения: «...Причиной, заставляющей меня считать, что Бог протяжен на свой манер, является то, что он присутствует везде и полностью заполняет всю вселенную и каждую из ее частей; иначе каким образом он сообщит движение материи — что он некогда сделал и что он, согласно Вам, делает в настоящее время, — как не соприкасаясь, так сказать, определенным образом с материей или по меньшей мере если он некогда не соприкоснулся с ней? А этого он никогда не сделал бы, если бы не присутствовал везде актуально и не заполнял собой каждое место и каждую область. Бог, следовательно, протяжен и распространен на свой манер; следовательно, Бог есть протяженная вещь...»63

С точки зрения Ньютона, отстаиваемая Декартом трансцендентность Бога ведет к обезбожению мира, к отсутствию в нем Бога, что открывает путь к атеистической, материалистической интерпретации природы. Характерен аргумент Мора и Ньютона: чтобы Бог мог создать протяженную вселенную, материю, Бог должен быть сам протяжен, ибо как иначе Он может создать нечто, абсолютно Ему инородное?

Именно эти соображения служат у Ньютона теологическим обоснованием его попытки вернуть природе отнятую у нее картезианцами активность, силу, самостоятельность, вернуть ей то, что связано с душой и жизнью.

Но как понимать тезис о протяженности Бога? Ведь все протяженное — делимо; значит, Бога тоже надо мыслить делимым на части, как всякую материальную вещь? Как известно, в «Математических началах натуральной философии» Ньютон вводит понятие абсолютного пространства, которое он мыслит всегда равным себе, самотождест

венным и неподвижным. «Абсолютное пространство, — пишет он, — по самой своей сущности, безотносительно к чему бы то ни было внешнему, остается всегда одинаковым и неподвижным. Относительное есть его мера или какая-либо ограниченная подвижная часть, которая определяется нашими чувствами по положению его относительно некоторых тел и которое в обыденной жизни принимается за пространство неподвижное... »64

Отвергая картезианское отождествление пространства с материей, Ньютон утверждает существование нематериального пространства, неподвижного и вечного (совечного Богу), — оно выступает как «вместилище» всего, что существует в физическом мире. В известном смысле Ньютон сближается здесь с атомистами, в отличие от Декарта допускавшими пустоту, в которой движутся материальные частицы — атомы. Но если у атомистов пустота есть синоним отсутствия, небытия (Декарт потому и отвергал пустоту, что не мог признать небытие существующим), то у Ньютона пустота оказывается синонимом присутствия, но не присутствия материи, а присутствия Бога. Абсолютное пространство Ньютон наделяет особым свойством активности, называя его «чувствилищем Бога» (Sensorium Dei). Вот недвусмысленное высказывание Ньютона по этому поводу: «Не там ли чувствилище животных, где находится чувствительная субстанция, к которой через нервы и мозг подводятся ощутимые образы предметов так, что они могут быть замечены вследствие непосредственной близости к этой субстанции? И если эти вещи столь правильно устроены, не становится ли ясным из явлений, что есть бестелесное существо, живое, разумное, всемогущее, которое в бесконечном пространстве, как бы в своем чувствилище, видит все вещи вблизи, прозревает их насквозь и понимает их вполне благодаря их непосредственной близости к нему»65.

«Чувствилищем Бога» называет абсолютное пространство и С. Кларк в переписке с Лейбницем, а Кларк здесь защищает точку зрения, общую с него с Ньютоном66. Аналогия между «чувствительной субстанцией» человека или животных, то есть душой, с одной стороны, и «чувствилищем» божественным — с другой, приводит к мысли, что ньютоново абсолютное пространство, обеспечивающее

всемирное тяготение, есть в сущности нечто вроде мировой души неоплатоников или мировой пневмы стоиков — та и другая осуществляет связь всех вещей во вселенной, подобно тому как душа животного — связь всех его органов и отправлений. В пользу такого понимания абсолютного пространства говорит и тот факт, что оно, согласно Ньютону, является неделимым. «Пространство конечное, как и бесконечное, — пишет Кларк, поясняя точку зрения свою и Ньютона, — совсем неделимо, даже мысленно, ибо представить себе, что его части отделены друг от друга, это значит допустить, что они отделены от себя; однако пространство не есть простая точка»87. Сам же Кларк подчеркивает и аналогию пространства с душой, указывая, что душа тоже неделима и что это не значит, будто она присутствует только в одной точке, т. е. что она внепространственна. Тем самым, по мнению Кларка, подтверждается мысль, что нечто протяженное может в то же время быть неделимым.

Налицо пантеистическая тенденция в ньютоновской натурфилософии, тенденция к сближению Бога и мира. И хотя Ньютон не согласен считать пространство мировой душой, поскольку это понятие трудно совместимо с христианством, тем не менее он в определенной мере возвращается к возрожденческой идее мира как второго Бога, разумеется, не употребляя таких выражений. Декарт элиминировал из природы все нематериальное, перенеся его в Бога; согласно Ньютону, это воззрение в корне ошибочно. В природе существуют активные, динамические начала; это прежде всего сила тяготения, которую, по словам Ньютона, признавали древние философы Халдеи и Греции. Эти начала происходят «от могущественного, вечного агента; пребывая всюду, он более способен своею волей двигать тела внутри своего безграничного чувствилища и благодаря этому образовывать и преобразовывать части Вселенной, чем мы посредством нашей воли можем двигать части наших собственных тел»68.

Апелляция к халдейским магам и греческим философам здесь не случайна. Учение об абсолютном пространстве идет у Ньютона не столько от христианской теологии, сколько от эзотерических учений, связанных с возрожденческим неоплатонизмом и Каббалой и распространив

шихся в натурфилософии XVI и XVII вв., в особенности среди алхимиков, к которым, как известно, принадлежал и Ньютон69. Надо сказать, что Ньютон не сразу пришел к той интерпретации силы тяготения, которую мы обнаруживаем в «Началах». В течение многих лет он размышлял над природой силы, приводящей тела в движение, но не мог дать однозначного ответа на этот вопрос. Первоначально английский ученый придерживался широко распространенной гипотезы всемирного эфира как той среды, с помощью которой передаются различные силы. Она тем более привлекала естествоиспытателей, что позволяла объяснять действие силы не только в неживой, но и в живой природе. С помощью гипотезы эфира Ньютон объяснял в то время и природу тяготения, не допуская при этом действия на расстоянии и тем самым не отходя далеко от механистических принципов картезианства. Тяготение Ньютон рассматривал в то время как «универсальную силу, которая, по всей видимости, является притяжением, следующим закону обратных квадратов, хотя фактически она возникает при контактном взаимодействии между эфиром и материей»70.

Механизм действия эфира на плотную материю Ньютон представлял себе примерно так: любое тело — планеты или Солнце — является носителем циклического процесса, преобразующего эфир: поток эфира постоянно падает на Землю и пронизывает собой ее части, плотность эфира возрастает по мере потери им количества движения в процессе взаимодействия с материей Земли; сгущенный эфир вытекает из Земли, образуя атмосферу, а затем рассеивается в эфирных пространствах, принимая первоначальную форму. С помощью эфира Ньютон объяснял не только гравитационное притяжение Земли, но и химические процессы, и световые явления, и явления электростатические, а также теплоту, звук и, как мы уже упоминали, ряд отправлений живого организма. «Пытаясь сделать понятной роль эфира в движениях животных, — пишет С.И. Вавилов, — Ньютон опирается на то, что «некоторые несмешиваемые вещи становятся смешиваемыми посредством третьей вещи», и приводит несколько химических примеров. «Подобным же образом, — заключает он, — эфирный животный газ в человеке может быть посредником между

эфиром и мускулярными соками, облегчая им более свободное смешение... Сделав ткани более смешивающимися с обычным внешним эфиром, этот спиритус позволяет эфиру на мгновение свободно проникать в мускул легче и обильнее, чем это произошло бы без его посредства; эфир снова свободно выходит, как только посредник смешиваемости устраняется... Благодаря этому произойдет растяжение или сжатие мускула, а следовательно, и животное движение, зависящее от этого»71.

Обратим внимание на такие понятия, как «эфирный животный газ», «спиритус» — они ведут свое происхождение от герметической традиции, так же как и само понятие эфира, игравшее ключевую роль в натурфилософии Б. Телезио (1508-1588), И.Б. ван Гельмонта (1577-1644), А.Т. Парацельса (1493-1541) и других представителей магико-оккультных наук. Именно следуя этой традиции, Ньютон вводит посреднические сущности, которые называет то «эфирным животным газом в человеке», то «мировыми духами», то «спиритусом», чтобы как-то нагляднее представить — «в воображении», как сказал бы Декарт, — как может действовать то, что впоследствии он назвал всемирным тяготением72.

Этот круг понятий имел своим источником, однако, не только «философов Халдеи», не только «магическое знание» оккультных наук, но и

Понятия пространства, эфира, «мирового дыхания» или «мировых духов» ассоциировались у некоторых возрожденческих натурфилософов с мировой душой неоплатоников, которая мыслилась как тончайшая материя или, как мы видели у Г. Мора, И. Ньютона и С. Кларка, — как пространство. При этом последнее рассматривается как одушевленное пространство у ряда представителей гер-метизма82; у Ньютона и Кларка, желавших остаться в пределах христианской теологии, оно получает название «божественного чувствилища».

У алхимиков стоическая «пневма» истолковывалась как «жизненный дух» или «архей», всеобщий «деятель» природы. Не забудем, что Ньютон, как показали исследования последнего периода, занимался алхимией около тридцати лет; он интенсивно ставил алхимические опыты не только в молодости, в 1670-е, но и в 1680-е годы83. Алхимические опыты и исследования Ньютона, как видим, были непосредственно связаны с его размышлениями о природе тяготения, что лишний раз подтверждает ньютоновский трактат «О тяготении», изданный в числе других неопубликованных рукописей английского ученого.

Не признавая необходимости в посреднике между человеком и Богом и тем самым отвергая иерархию церковных властей, кальвинисты подчеркивали, что Бог непосредственно обращается к человеку и столь же непосредственно правит вселенной, не нуждаясь в целом сонме небесных чинов — ангелов и архангелов, проводников божественной воли в земном мире. Для большинства ученых XVII века — к ним, несомненно, принадлежал и Ньютон — этот религиозный импульс был достаточно сильным и придавал особо глубокий смысл их научной деятельности. Тот темперамент, та поистине страстная энергия, с которой Галилей, Бэкон, Гоббс, Декарт, Ньютон, Гюйгенс и другие ученые выступали против перипатетической физики с ее иерархическим космосом, так хорошо согласовавшимся со средневековой картиной божественной иерархии мира, земным аналогом которой была иерархия церковная, — эта энергия во многом питалась движением Реформации.
..
не случайно Ньютон в полемике с Декартом делает акцент именно на воле Божией
..
Именно акцент на божественной воле, а не на божественном разуме определил характерный для протестантизма подход к изучению природы. Знание реальных явлений и процессов невозможно вывести из идей божественного ума, сообразно которым сотворены эти вещи; в этом вопросе последователи Лютера и Кальвина сходятся с номиналистами XIII-XIV вв. А потому познание природы требует обязательно обращения к опыту89. Протестантски ориентированные ученые и в самом деле апеллируют к опыту, как Фр. Бэкон, или к рационализированному с помощью математики эмпиризму, к эксперименту, как его понимают Гюйгенс, Гук, Ньютон. Это эксперимент реальный, а не просто мысленный, к какому главным образом прибегали и Галилей, и Декарт90.

Немецкий социолог М. Вебер отмечает тесную связь экспериментально-эмпирического подхода именно с протестантизмом: «Решающей для протестантской аскезы точкой зрения — она наиболее отчетливо сформулирована у Шпенера — ...является следующая: подобно тому как христианина узнают по плодам его веры, так и познание Бога и его намерений может быть углублено посредством познания его творений. В соответствии с этим все пуританские, баптистские и пиетистские вероисповедания проявляли особую склонность к физике и к другим, пользующимся теми же методами математическим и естественным наукам. В основе лежала вера в то, что посредством эмпирического исследования установленных Богом законов природы можно приблизиться к пониманию смысла мироздания, который вследствие фрагментарного характера божественного откровения (чисто кальвинистская идея) не может быть понят путем спекулятивного оперирования понятиями. Эмпиризм XVII века служил аскезе средством искать «Бога в природе». Предполагалось, что эмпиризм приближает к Богу, а философская спекуляция уводит от Него. В частности, философия Аристотеля принесла, по мнению Шпенера, наибольший вред христианству»91.

Вспомним заключительный пассаж «Математических начал натуральной философии» Ньютона, где он высказывает надежду, что установленные им законы природы будут содействовать пониманию смысла сотворенного Богом мира. Вспомним обращение к Богу Кеплера в предисловии к книге «Гармония мира»: «...я показал людям, которые будут читать эту книгу, славу Твоих дел; во всяком случае в той мере, в какой мой ограниченный разум смог постичь нечто от Твоего безграничного величия»92.

Это не просто риторика. Тут великие ученые, создатели новой науки, говорят о том, что вдохновляло их в их научных трудах; а были они — это особенно хорошо видно на примере Ньютона — подлинными подвижниками науки, составлявшей религиозный смысл их существования93.

Влияние протестантизма на генезис нового экспериментально-математического естествознания уже давно исследуется как в зарубежной, так и в отечественной философии и истории науки. Однако в первую очередь это влияние усматривают обычно в практической направленности новоевропейской науки, в ее ориентации на преобразование природы с целью поставить ее на службу человеческим потребностям и целям. Такая связь между Реформацией и наукой действительно налицо, и это особенно очевидно у английских философов и ученых, например у Фрэнсиса Бэкона, определившего дух и настроение Королевского общества, к которому принадлежал и Ньютон: необходимость ориентации на эксперимент и нетерпимость к отвлеченным спекуляциям и априорным построениям объединяла всех членов этого научного сообщества.

Но довольно долго оставалась в тени другая сторона дела, связанная с содержательными особенностями нового естествознания. А между тем протестантская теология оказала влияние также и на понятийный аппарат классической механики, на ее фундаментальные принципы и способы их обоснования. Сегодня, правда, есть уже немало работ, где анализируется такого рода связь между генезисом новоевропейского естествознания и религиозными движениями XVI-XVII вв. Многие из них мы здесь приводили и цитировали. Но это главным образом исследования зарубежных ученых; в нашей стране, где укоренилось чисто просветительское воззрение на науку, согласно которому она с самого своего зарождения выступала как носительница атеистического мировоззрения, такие исследовани
проводились мало и еще менее поощрялись. Нельзя не отметить в этой связи ценность тех реферативных изданий ИНИОН, в которых усилиями некоторых наших историков науки, и прежде всего Л.М. Косаревой, уже начиная с середины 70-х годов обсуждалась эта тема.

Конечно, новая наука — экспериментально-математическое естествознание — это необычайно сложное, богатое, трудно обозримое в своем многообразии и многосложности историческое образование. В своем становлении оно, как огромная река, вобрало в себя множество крупных и мелких потоков и ручейков; подобно могучему древу оно прирастало почти необозримым числом ветвей и листьев. Даже анализируя творчество одного ученого, не так легко реконструировать все те влияния, которые оставили печать на этом творчестве. Тот же Ньютон был, как мы хорошо знаем, не только физиком-экспериментатором, не только теологом и алхимиком, но и блестящим математиком

54 «...В личной библиотеке Ньютона... были сочинения Платона, Ямвлиха, Прокла, Архимеда, Евклида, Плутарха, Иринея, Иоанна Златоуста, Фотия, Агриппы, Я.Б. ван Гельмонта и Ф.М. ван Гельмонта, двухтомник Каббалы, изданный Кнорром фон Розенротом, книги Ф. Бэкона, А. Арно, Р. Гука, Н. Мальбранша, Р. Декарта, Т. Гоббса, П. Гассенди, Дж. Рафсона, И. Барроу, ...кембриджских платоников — Р. Кедворта, Н. Кемберленда, Г. Мора (с маргиналиями Ньютона) ...И при этом — ни единого сочинения Аристотеля, ни одного трактата Альберта Великого, Фомы, Бонавентуры или еще кого-либо из великих схоластов (Никулин Д.В. Пространство и время в метафизике XVII века. Новосибирск, 1993. С. 109). См. об этом также: Harrison J. The Library of Isaac Newton. Cambridge, London, New York. 1978, p. 59, 74.
« Последнее редактирование: 04 Декабря 2017, 12:43:21 от Oleg » Записан
valeriy
Глобальный модератор
Ветеран
*****
Сообщений: 3852



Просмотр профиля
« Ответ #131 : 04 Декабря 2017, 11:31:43 »

В личной библиотеке Ньютона... были сочинения Платона, Ямвлиха, Прокла, Архимеда, Евклида, Плутарха, Иринея, Иоанна Златоуста, Фотия, Агриппы, Я.Б. ван Гельмонта и Ф.М. ван Гельмонта, двухтомник Каббалы, изданный Кнорром фон Розенротом, книги Ф. Бэкона, А. Арно, Р. Гука, Н. Мальбранша, Р. Декарта, Т. Гоббса, П. Гассенди, Дж. Рафсона, И. Барроу, ...кембриджских платоников — Р. Кедворта, Н. Кемберленда, Г. Мора (с маргиналиями Ньютона) ...И при этом — ни единого сочинения Аристотеля, ни одного трактата Альберта Великого, Фомы, Бонавентуры или еще кого-либо из великих схоластов!
Две научные школы, во времена Ньютона, конкурировали за истинное описание законов Природы - Английская школа, локально расположенная на берегах Туманного Альбиона, и Французская школа, охватывающая территорию современных Франции, Германии, Италии, Испании. Конспективно можно отметить, что Английская школа брала начало от натурфилософии Демокрита, а Французская школа опиралась на натурфилософские воззрения Аристотеля. Эти различия предопределяли особенности математического аппарата, привлекаемого для описания законов природы, и трактовки этих самых законов. Эти же различия лежали в основе конкурентных баталий. К примеру, представления Ньютона на суть пространства, как на вместилище материальных тел, движущихся в этом пустом вместлище по законам Ньютона, в корне отличались от представлений Гюйгенса, согласно которому пространство не пустое, но заполнено под завязку вибраторами, которые себя никак не проявляют, до тех пор пока через пространство не проходит свет. Сама передача света через пространство и обусловлена работой этих вибраторов, которые, в ответ на приходящий фронт света, начинают синхронно работать и переизлучать свет на той же самой волне, что и исходный. Благодаря такому переизлучению, свет, по эстафете, распространяется в пространстве. У Ньютона свет распространяется за счет миниатюрных корпускул, которые двигаются в пространстве в согласии с законами Ньютона. Противоречивое несоответствие этих двух взглядов доходило до нетерпимости этих личностей друг к другу.

Но если взглянуть с высоты нашего века на эти две трактовки пространства, то мы обнаружим, что в основе каждой лежит расчленение света по признакам волны-частицы. Дуальный признак, принятый в квантовой механике, согласно которому квантовый объект, при одних обстоятельствах может проявляться как волна, а при других как частица, и явился причиной нетерпимой вражды Ньютона и Гюйгенса (здесь столкновение двух противоречивых взглядов неизбежно приводило к вражде постольку, поскольку, если противоположная точка зрения верна, то ошибаюсь Я).

Впрочем, истоки этого дуализма уходят еще далее вглубь истории - к временам Античной натурфилософии (а быть может и еще дальше). К двум противоположным философским пониманиям устройства Мира - к Демокриту и Аристотель. У первого пространство  абсолютно пусто и только мельчайшие атомы в случайном блуждании, сталкиваясь между собой и сцепляясь крючочками, могут образовывать наблюдаемые нами  материальные тела. У Аристотеля нет пустого пространства, оно заполнено эфиром, который не имеет ничего общего с известными на Земле телами.

Записан
Страниц: 1 ... 7 8 [9]  Все Печать 
« предыдущая тема следующая тема »
Перейти в:  


Войти

Powered by SMF 1.1.10 | SMF © 2006-2009, Simple Machines LLC
© Квантовый Портал